Чтение онлайн

– Действительно! Давай конкретные действия!
– начала скандировать толпа на площади.

Серёга снял камеру со штатива и стал снимать скандирующую толпу. Роман был рядом с ним и смеялся:

– Капец Губастику! Его фишка с памятником не прошла!

Петрович улыбнулся, посмотрел на Петровского, сидящего в кабинке колеса обозрения.

– В-с-е в-ы-х-о-д-и-т с-а-м-о с-о-б-о-й!

– Это еще не все!
– сказал Изтом.
– Внимание, господа!
– Изтом подал знак. Антошка, выглядывавший из приоткрытой двери павильон видеоигр, покачал головой в ответ. Понял. Послышался громкий стук, как будто железнодорожный работник перевёл стрелки на железной дороге. Толпа затихла. Подул внезапный ветерок. На глобусе зажглись лампочки. После чего глобус плавно закрутился. Изтом окинул взглядом изумлённую толпу. Люди, как по команде физкультурника, выпрямились и широко открыли глаза. Зрачки сузились и стали похожи на маленькие черные точки, а сами глаза будто бы покрылись лаком и стали стеклянными.

– Давайте наш лозунг, ребята!
– сказал Изтом.

Лиза сделала шаг вперёд, за ней - Юра и остальные атаковцы.

Изтом! Изтом! Изтом!
– наш депутат!

Изтом! Изтом! Изтом!
– поддержите его!

Изтом! Изтом! Изтом!
– наш депутат!

Изтом! Изтом! Изтом!
– поддержите его!

Народ поднял вверх руки и закричал уже в поддержку Изтома:

Давай Изтом, закрой пивные!

Давай Изтом, очисти парк!

Давай Изтом, закрой пивные!

Давай Изтом, очисти парк!

Настроение толпы резко поменялось, и все просто благотворили теперь Изтома. Народ стал улыбаться и радоваться, как будто бы пришёл на землю мир после затяжной войны. Изтом как американский президент махал всем руками и тоже вместе со всеми смеялся и радовался, раздавая флаера на очередной субботник. Продавец воздушных шариков стал бесплатно всем раздавать и накачивать газом разноцветные праздничные шары. Воцарилась атмосфера всеобщей эйфории и радости. Жена деда Вовы побежала в церковь ставит свечку за здравие Изтома.

Белочник в обнимку с собакой сидел в тоннеле детской железной дороги и ждал сигнала. Внезапно на весь тоннель запищал на груди Белочника его любимый БомжХелпер. Собаки залаяли. Белочник постучал по БомжХэлперу указательным пальцем в надежде, что это просто глюк, и прибор сейчас выключиться. Но это не помогло. Устройство настырно пищало. Кроме красного светодиода, обозначавшего алюминий, горел зелёный - медь.

– Боевая готовность! Сейчас будем выдвигаться!
– нахмурив брови, сказал Варвара Петровна.
– Степа, давай своим команду!

Мужики окружили Карнавал Монстров.

– Миха, давай команду окружить Глобус!
– крикнула Варвар Петровна.

Мужики двинулись к Глобусу.

– Эй, Изтом! Пошли на пиво в Че-Гевару!
– крикнул один из мужиков и заржал как конь. Второй мужик поддержал своего товарища и вдогонку крикнул:

– Скажи - Слава Петровичу!

Ротный Степа, глядя на мужиков, подмигнул и показал большой палец.

Петрович сидел на своей ветке, смотрел в бинокль и просчитывал ситуацию. Он видел, как не по команде первая рота начала наступление и окружила Глобус.

– Пора!
– сказал Борис Петрович.
– Вот теперь - пора!
– Схватился за верёвку и забил в бутылки.

По всему парку прокатился звон бутылок.

Мужики взяли в кольцо центральную площадь парка.

Прямо над его головой через дерево проходил электрический кабель.

Борис Петрович, не раздумывая, выдернул ремень и накинул его на провод. Схватился за концы и оттолкнулся от ветки ногой, схватив недопитую бутылку пива.

Петровский выпрыгнул из кабинки колеса обозрения и стал проталкиваясь через толпу в центр площади. Петрович прицельно точно десантировался в центре, возле Петровского, обняв его в момент приземления.

– Круче любого аттракциона!
– Засмеялся Петрович и встал на ящик, с которого буквально пол часа назад выступал сам Изтом. Поправил очки привычным ему способом, похлопал ладонями по карманам ветровки и не нащупал там своей кары.
– Кажись, я посеял карту Че-Гевары!

– Всем привет!
– держа руки в карманах своих красный штанов, сказал Петровский.

– Ну, короче, меня зовут Петровский, кто не знает. А это мой друг - Петрович.

– Что вы хотите? что за сборище бомжей?!
– Возмутился недовольный Изтом.

– Мы хотим помешать тебе лишить людей пива!
– крикнул Петрович.

Мужики загудели как пчелы и подняли плакаты.

Пиву быть!
– Пиво пить!

Истом - ЛОХ, Петрович - Бог!

Пей до конца , не оставляй пенку!

Изтом надулся как жаба и ещё больше покраснел. Затем сделал пару шагов вперёд и встал возле Петровича.

– Вы собрали бомжей со всего города и хотите сказать, что это нормально сидеть в парке и пить пиво? Это нормально что в парке стоит кафешка, разливающая пиво??
– жестикулируя руками, говорил Изтом, глядя на народ.

Петрович достал из кармана начатую бутылку пива и демонстративно сделал глоток, затем поднял её высоко над головой.

– Мужики! Пиво - сила! Пиво - наша жизнь!
– крикнул гордо Петрович.

Пиву быть!
– Пиво пить!

Истом - ЛОХ, Петрович - Бог!

Пей до конца - не оставляй пенку!

– Люди, опомнитесь!
– заговорил Петровский.
– Губастик использует вас с одной целью - он хочет стать директором парка! Не видитесь на это!

– Да объединит нас пиво!
– закричали в один голос Петрович и Петровский!

Мужики сектанты опустили свои плакаты, сглотнули слюну и посмотрели друг на друга. Ной опустил очки и презрительно посмотрел на своих святых братьев, показывая им сжатый кулак. Сектанты вздохнули и снова развернули свои плакаты.

Чилл сидел на лавке и нервно тряс ногой. В висках бил мощный пульс. Лицо покрылось холодным потом.

"Чего тупишь? Пей пиво, пока оно стоит перед тобой! Давай - сделай это!"

"Не могу, я должен дождаться команды", - мысленно отвечал сам себе Чилл.

Чилл тёр руками лицо. Затем резко остановился, выпрямил спину, перестал трястись - и присосался к бутылке. Выдохнул и выбросил пустую бутылку в толпу. С удовлетворённой улыбкой откинулся на лавку, обхватил оставшуюся ещё одну двухлитровую бутылку пива и стал ждать команды.

Тем временем Петрович рассказал народу много всего интересного из своей жизни. Похвастался своим значком и показал удостоверение. Петровский, размахивая руками, рассказывал о себе и о своих предках. Не забыл упомянут и своего деда, который крышевал самих Брауницких и был первым крутым в городе. Люди с широко открытыми глазами (черные как точки зрачки) внимательно слушали их, по крайней мере Петровичу так казалось, и он думал, что сумел их настроить против Изтома.