Кремлевская пуля
Шрифт:
– О том, что у него деньги появились, ты знала? – спросил Лев Иванович.
– Конечно, – с вызовом ответила женщина. – Только вот никак понять не могла, почему он ко мне не вернулся. Я уже было подумала, что он себе другую завел, попросила кое-кого посмотреть за ним. Оказалось, что нет у него никого, кроме меня. Тут я стала допытываться, чего он чудит. Митенька и объяснил, что его старый знакомый попросил двух нужных людей между собой свести. Ему за посредничество заплатили, но дело не совсем чистое, вот он и не хочет меня впутывать.
– Какие-нибудь фамилии, имена или клички называл? – тут же спросил Гуров.
– Нет! – Надежда покачала головой. – Да я тогда и не спрашивала. Разоралась просто, что он, мол, опять на зону захотел, и все такое! Хлопнула дверью и ушла. Через несколько дней поостыла, решила помириться, а он на звонки не отвечает. Приехала к нему, а Митя меня в квартиру не пускает. Ну, думаю, есть-таки баба! Я так на лестнице скандалила, что открыл он мне все-таки дверь. Вошла я, а бабы-то нет! И в окно ей было не выпрыгнуть, с пятого-то этажа. На улице день белый, а окна все занавешены. Сам Митенька до того дерганый, что от каждого шороха вздрагивает. Тут уж я на него насела!
– Не сомневаюсь! – заявил Степан, но под грозным взглядом Гурова тут же стушевался.
– Раскололся он, – не обратив внимания на него, продолжала Надя. – Сказал, что его попросили наемного убийцу найти, и он начал искать, потому что помочь человеку хотел. А потом объяснили ему, что с ним будет, если он это сделает, и он насмерть перепугался. Я сначала не поверила, чуть не расхохоталась. Это его-то попросили наемного убийцу найти? Полным идиотом надо быть, чтобы ему такое поручить? Потом присмотрелась к нему, а на нем лица нет, вид такой, будто до смерти два дня осталось. Тут-то я и поняла, что правда это. А он все твердил, что прикончат его теперь. Потому Митя и на звонки не отвечал, и на улицу нос не высовывал, и даже к занавешенным окнам не подходил.
– Неужели ты даже тогда не выпытала, кто его об этом попросил? – осведомился Лев Иванович.
– Да я только что на коленях перед Митенькой не стояла, чтобы выяснить, кто это, а потом ему морду набила! – гневно заявила она. – Но ведь так и не сказал! – Она стукнула себя кулаком по колену. – Может, за меня боялся, или того, что я проболтаюсь. Поняла я, что бежать ему надо. А как его далеко отпускать, когда я уже почувствовала, что беременная? Я уж на такое счастье и не надеялась после стольких-то абортов! А ну как он там себе кого заведет? Пусть уж на глазах будет. Есть у меня знакомые одни, позвонила я, договорилась, приехали два парня в спецовках, Митенька переоделся и вместе с одним потом вышел. Куда идти, я ему объяснила. Ну а я вместе со вторым в одежде Митеньки, когда уже совсем стемнело, под ручку вышла. Прошагали мы два квартала, а потом сделали вид, что разругались, и разошлись в разные стороны.
– Не жалко было так человека подставлять? – поинтересовался Степан.
– Да это такой проныра, что его хрен поймаешь! – Надежда усмехнулась. – Ваши до сих пор не смогли. Но никаких имен я не назову! – предупредила она.
– Да бог с ними, – отмахнулся Гуров. – Но проверить, жив ли он, надо. А ты как думала? Дмитрий где?
– На складе одном живет, – вздохнула она. – У меня уже вся душа изболелась. Как он там?.. По телефону-то не видно. Говорит, что все в порядке, а уж как на самом деле, кто знает?
– Как же ты не побоялась звонить? – спросил Лев Иванович.
– Да что я, дура, что ли? Я же с работы звонила, с одного обычного телефона на другой.
– Куда жесткий диск из компьютера дели? У тебя дома лежит? – спросил Гуров.
Она непонимающе уставилась на него, и он повторил свой вопрос.
– Да до него никто и не дотрагивался, – заявила она. – Не до компьютера нам было! Митенька только что в истерике не бьется, я вокруг него ношусь как оголтелая. Да и покормить надо было хоть чем-то. У него в холодильнике мышь от голода сдохла. Я из всего, что нашлось, суп сварила, вот он и поел горяченького.
– Поехали, Надя, – предложил Лев Иванович. – Пора познакомиться с Дмитрием.
– Мне с работы отпроситься надо, – спохватилась она.
– Сиди, я сам все урегулирую, – пообещал Степан, вылез из машины и ушел.
Надежда тем временем достала сотовый и кому-то позвонила, но ответа не получила. Немного подумав, она набрала другой номер и спросила, куда делся Валек. Услышав ответ, женщина побледнела, сказала невнятно что-то про землю пухом, отключила телефон и снова закурила.
– Как я понял, ты искала того, кто тогда Дмитрия изображал, и тебе сказали, что он умер? – спросил Лев Иванович.
– Ну, суки! – яростно прошипела Надя. – Найду того, кто это сделал, горло перегрызу! Это же был чудо что за парень! А его, получается, из-за меня в тот же вечер застрелили! Блин! – Она не выдержала и разрыдалась. – Как я теперь людям буду в глаза смотреть? Ох, Боженька меня за это накажет. Лишь бы с ребеночком ничего не случилось! Ой, вы только Митеньке не говорите. Он же переживать будет, что из-за него человек погиб, начисто себя изгрызет!
Гуров достал блокнот, протянул ей вместе с ручкой и сказал:
– Пиши, как парня звали. Ты убийце горло при всем желании перегрызть не сможешь, а я его найду. Он мне для дела нужен.
Продолжая плакать и причитать, она все написала.
Тут вернулся Степан и сообщил:
– Пусть свободен, можно ехать. – Он глазами показал на женщину.
Гуров покачал головой, давая понять, что сейчас ее лучше не трогать, на что Савельев изобразил рукой в воздухе большой знак вопроса. Мол, а ехать-то куда?
Сыщик осторожно потрепал Надежду по руке.
– Адрес назови!
– Может, не надо ехать? – Она всхлипнула. – Вдруг за нами следить будут, и мы этих сволочей прямо к Митеньке приведем?
– Не волнуйся, больше за тобой никто не следит, – заверил ее Степан. – Так куда ехать?
Она назвала адрес, и они тронулись.
Гуров спросил у парня:
– Надеюсь, обошлось без членовредительства?
– Как можно, Лев Иванович? – возмутился Савельев. – Нешто мы звери какие? Люди свою работу с великим прилежанием исполняли, но притомились чуток, вот и вздремнули в своей машине. А как очнутся, так опять исполнять будут.
– Ох, не доведут тебя до добра эти фокусы, – осуждающе сказал Лев Иванович.
– Вот и матушка, бывало, мне это в детстве говорила. – Степан вздохнул.
Притихшая Надежда сидела, сжавшись в комочек.
Потом, когда они уже подъезжали к складам, она сказала:
– Давайте уж я первой пойду, чтобы Митеньку предупредить. Он и так перепуганный до смерти, а тут вы.
– И долго ты его собираешься от реальной жизни прятать? – возмутился Савельев. – Пусть ведет себя как мужик!