Кремлевское дело Бешеного
Шрифт:
— Но соглашение действительно при одном непременном условии: взрывчатка должна быть заложена, — уточнил Тим Рот.
— Несомненно.
— Принимается! Что еще?
— И, наконец, последнее: после запуска таймера на взрыв в Президент-отеле и ровно через три часа после якобы обнаружения «террористов» и сообщения о них в «органы» вашим человеком, который их обезвредил..; Кстати, чем он там занимается?
— Он работает заместителем директора по административно-хозяйственной части. Связь с ним вы получите…
— Так вот, с момента сообщения в милицию и должен пойти отсчет — около трех часов понадобится оперативникам на предварительный осмотр Президент-отеля. Кстати, устройство, которым я заминирую ГУМ, никто не сможет отключить без того, чтобы не подорваться, и я это гарантирую на девяносто девять процентов. После подтверждения, что таймер включен, меня тут же отвезут в аэропорт Шереметьево на рейс в какую-нибудь тмутаракань, где я смогу отсидеться как минимум с годик, после чего хочу стать полноправным членом вашего Тайного Ордена, причем на правах Советника Великого Магистрата, со всеми соответствующими полномочиями и привилегиями,
— Почему все-таки на девяносто девять, а не на сто процентов? — спросил Тим Рот. — При вашем-то профессионализме…
— Это процент дьявольского вмешательства, — пояснил Рассказов.
— Или Божьего, — улыбнулся его собеседник. — Я согласен на все ваши условия и только о последней вашей просьбе мне необходимо переговорить с Великим Магистром Ордена: назначение Советников Великого Магистрата — его прерогатива. — Тим Рот с большим трудом скрывал свое удовлетворение: Десятый член Великого Магистрата был уверен, -что Рассказов запросит гораздо больше, и он был готов дать больше. — Вопрос вашей безопасности после выполнения задания, поверьте мне, заботит нас не меньше, чем вас: Великий Орден не только нуждается в таких толковых сотрудниках, как вы, но и всячески заботится об их личной безопасности. А чтобы вы оценили мое доверие, открою вам то, что не должен был бы открывать. Будь вы простым исполнителем, то, конечно же, речь шла бы не о вашей безопасности, а о безопасности Ордена и…
— …и меня постарались бы поскорее убрать, чтобы замести следы… — невесело закончил за него Аркадий Сергеевич.
— Скучно с вами — вы с полуслова все правила игры заранее знаете. Так что выбросите мрачные мысли из головы, если таковые посетили вас: вы нужны нам, и мы действительно умеем ценить своих верных соратников! — не без пафоса заявил Десятый член Великого Магистрата. — В противном случае наш Великий Орден не был бы столь силен и, во всяком случае, не продержался столько веков, и, конечно же, не Смог вершить судьбы не только выдающихся личностей мирового масштаба, но и многих стран.
— Нисколько не сомневаюсь… — кивнул Рассказов и неожиданно спросил: — Скажите, господин Рот, вашему человеку из ГУМа тоже покровительствует Орден?
— Что вы имеете в виду?
— Насколько вы в нем уверены?
— Интересный вопрос. — Тим Рот задумался.
Задуматься было о чем: человека из ГУМа он знал не настолько хорошо, чтобы однозначно ответить на вопрос Рассказова, — его ему навязали, причем Рот только сейчас вспомнил, как его не только усиленно расхваливали, рекомендуя в ближайшие помощники, но и настойчиво просили сохранить для дальнейшего использования. Почему-то именно сейчас, после вопроса Рассказова, Тим Рот вдруг почувствовал, будто в отношении этого человека ему что-то явно недоговаривали. Он сразу догадался, что имеет в виду Рассказов, а потому задал сам себе вопрос: «Если бы передо мной стоял выбор» за кого я поручился бы: за Рассказова или за Михаила Гельдфельда, человека из ГУМа?»
К счастью для Рассказова, выбор Тима Рота был в его пользу.
— Честно говоря, однозначного ответа у меня нет! — признался Тим Рот.
— Спасибо за правду! — ответил Рассказов, и они принялись за более конкретную разработку всех деталей операции.
Первым делом Тим .Рот достал подробнейший план здания ГУМа, на котором уже были отмечены все возможные пути не только завоза взрывчатки и два основных места ее закладки, но и отхода Рассказова.
Во время закладки взрывчатки и установки таймера Рассказова должен был страховать тот самый сотрудник, о котором говорил Тим Рот.
Кроме того, была особо тщательно разработана система связи и взаимодействия Рассказова с человеком, который будет руководить закладкой взрывного устройства в Президент-отеле, ведь именно от их слаженности и точности зависели не только успех всей операции, но и безопасность Рассказова.
Его отход, а также все действия в Президент-отеле должен был подстраховывать один из самых доверенных парней Тима Рота, исполняющий к тому же роль его личного охранника. Наиболее любимым оружием этого типа был нож. Они просидели несколько часов, за которые Рассказов должен был не только запомнить все мельчайшие детали операции, но и, как «Отче наш», выучить на память многочисленные адреса, телефоны и имена нужных для операции людей…
Все было настолько обстоятельно продумано, что даже Рассказов, не раз лично планировавший подобные операции и прекрасно понимавший, как они трудны для подготовки, пришел к выводу о том, что у российских спецслужб, а тем более у российских ментов нет ни малейшего шанса помешать успешному выполнению теракта.
VI. «Кремльгейт» — сделано в ФБР
Из аэропорта Шереметьево Говорков отправился в свою квартиру на Фрунзенской набережной. Распаковав вещи, Савелий почувствовал усталость и решил принять контрастный душ, попеременно обливаясь сначала горячей, потом холодной водой. Ощутив прилив бодрости, он крепко растер тело махровым полотенцем, после чего позанимался активными упражнениями, сделал комплекс дыхательной гимнастики по системе ушу. Затем, подняв перед собой руки ладонями вверх, принял позу «лотоса». Просидел в этой позе несколько минут, но никаких отрицательных импульсов не получил.
После этих не слишком утомительных физических нагрузок ощутил голод, сделал несколько бутербродов с икрой и белой рыбой, быстро расправился с ними. На сытый желудок клонило в сон, но уже пора было подумать о дальнейших действиях.
С одной стороны, думать было вроде бы и не о чем: задание выполнено успешно, осталось только доложить о результатах, представить доказательства и почивать на полагающихся тебе лаврах. Но Савелий по своему богатому опыту знал: так просто в этой жизни ничего не происходит.
В любом случае надо было подстраховаться от. всякого рода неожиданностей и — чем черт не шутит? — подстроенных кем-нибудь (а желающие всегда найдутся!) ловушек. Ко всему прочему Савелий не был до конца уверен даже в том, что добытая им информация дойдет до Президента, если по каким-либо причинам не он сам передаст ее Президенту лично в руки.
«А если в мое отсутствие за Фадеевым установили наблюдение? — подумал Савелий. — Кто? Да хоть тот же генерал Скворцов, непосредственный начальник Фадеева. И руководитель президентского аппарата Щенников, и управляющий делами Администрации Президента Можаев, и даже тихоня пресс-атташе Глушков вполне могли „заказать“ Фадеева одной из многочисленных спецслужб. И как только я передам дискету Виктору Илларионовичу, у него ее изымут, уничтожат, а меня — к ногтю, по всем правилам криминальных разборок, как слишком много знающего, а потому лишнего и опасного свидетеля…»
Поразмышляв на эту тему некоторое время, Савелий пришел к выводу, что лучше всего ему двигаться двумя параллельными курсами: сделав для страховки нужное количество копий, он одну из, них отдаст Фадееву, но все же на всякий случай постарается лично встретиться с Президентом. Савелию иногда казалось, что те данные, которые он раздобыл в Швейцарии и Англии, пока нужны исключительно Президенту и больше никому. И именно от самого Президента будет исходить решение о дальнейшей судьбе тех, кто фигурировал на дискете «Банко дель Боггардо». :