Среди безмолвия, под сводами, меж арок,Брожу отравленный к безмолвию враждой.На плитах от луны железный отблеск ярок,Печальный отблеск бездн, дрожащий и седой.Какая тишина предвечных обещаний!Я слышу отзвуки робеющих шагов,Я сердце чувствую былых воспоминаний, —И взоры мертвые угаснувших богов.У тени я прошу: коснись меня рукою!И чую на лице прикосновенье рук…Объятый я стою безумною тоскою;Душой стремлюсь уйти от сладострастных мук.
VI
Раскалились камни в знойности лучей,И смесились краски побелевших стен;Знаю я бессонные странности ночейИ люблю горячность беззаветных смен.Жгучая истома лень в окно струит.Нежится под сводом, зыблется в тенях;Тени засыпают и просвет блестит;Ночью все смешалось, то что было в днях.Лунность безлучистая, непонятный свет, —И ленивых линий безраздумный сон;Взгляды и улыбки, полуяркий цвет;Полуслов намеки, полувнятный тон.
Ночь на реке Лене
Посвящаю Нюре
Было ярко, безумно, светло;По лазури скользил наш челнок;Чайки белой сверкало крыло;Свод небес был бездонно-глубок.Ночь была, но казалось, что деньРаскрывает объятья свои;Странных точек неясная теньКолебала речные струи.И река распростерлась меж скал,Как владычица светлых ночей;Ветерок, набегая, шепталСказки северных, властных лучей.И смущенный дощатый наш челн;И воды искушающий плеск;И нестройных зыбление волн:Было все — неразгаданный блеск.
VIII
Я помню этот переулокИ зыбкий ряд трепещущих огней,Бессонное томление прогулокВ прохладной тишине внимательных ночей.Какие жадные, глубокие объятья!Безумно-странные, немые небеса,И счастье сладкое — без крови, без изъятья —И внятно-страстные признанья, голоса.Я не забыл весны смущенное волненье,Томительную дрожь раскрывшихся страстей, —И чары юности — роскошное забвеньеСтраданья тяжкого, изломанных путей.
Пляска звезд
Памяти Тютчева
Тебе, поэт разлада, раздвоенья,Я воскурю душистый фимиам;Предчувствие твое, твое томленьеВ себе пересоздам.Наметил ты стопою дерзновеннойПути опасные в хаосе зыбких скал;И я — твой спутник неизменный —На них вступал.И ныне жаждущий святого возрожденьяИ чуждый тлеющим гробам,Предчувствие твое, твое томленьеВ себе пересоздам.
«Слышишь трепет безмолвных ночей?..»
Toute la vie est dans l’essor.
Emile Verhaeren.
Душа хотела б быть звездой.
Тютчев.
Слышишь трепет безмолвных ночей?Понимаешь безумье стремнин?Будь лучистой, пылай горячей…Я стихии и звезд властелин.Видишь Вечности странный просвет?Чуешь линий изломанных ход?Я во сне. На земле меня нет;А вокруг меня звезд хоровод.Угадаешь загадку теней?Жизни смутной туман разорвешь?Будь, как я, меж лучей, —И тогда ты безумье поймешь!
«Обрыв и тьма…»
Чуешь линий изломанных ход?
Обрыв и тьма. Зигзаги и откос.Вода недвижная с огнями на груди.И жажда знойная томления и роз.В тумане жду тебя. Приди ко мне, приди!Небес изогнутых раздвинувшийся свод;Перила темные, скользящие с высот;И пляска звезд — лучистый хоровод;И роза влажная на девственной груди…Хочу я розу смять! Приди ко мне, приди!
«Мне понятно все, где краски…»
Мне понятно все, где краски,Где узор лучей;Мне понятны жизни ласкиИ восторг ночей.В беспредельности уклонаМгла, изъяны, свет;В недрах вечного законаКрасок внешних нет.Мне понятно все, где звуки,Ход воздушных волн;При свиданье и разлукеДух мой красок полн.Но мне ближе рой мятежныйВнепространных слов:Звук беззвучный, бледно-нежныйВечно юн и нов.
«Понимаю я и ландыш влажно-внятный…»
Понимаю я и ландыш влажно-внятный, ароматный;Мне понятно все, что внятно, что проходит невозвратно.Я живу, живу во сне, непрерывно, необъятно;Звук и солнце — все во мне, все, как отблеск, мне понятно.
Сонет
Великий Пушкин дань любви отдал сонету,Влюбленного Петрарки вспомнив сладкий стих…Я их путем иду, служу я их завету;Но не хочу в сонет вложить восторга миг.Крылатый гимн заре, искание ответа,Стыдливый блеск очей и трепет скрытых силЯ не хочу стеснить оковами сонета!В творениях других он сердце мне пленил.Сонет — Италии роскошной пробужденье,Желанье чувств продлить стесненное томленье,Четырнадцать стихов — созвучия любви…Я в вас мистический закон почуял ныне:Четырнадцатый век, средневековья дни!Дитя веков мечты! Ты — чудный звон в пустыне.
Стихийной
Я молюсь тебе, как солнцу, как сиянью дня!И с восходом и с закатом я — у алтаря.И стихийной безраздумно вечно я служу,Гимном ранним, предрассветным я мечты бужу.Тайна — ты. И в безднах Тайны вижу я себя;И предвечно, не случайно ты моя, моя!Не сомненье, рассужденье, а заря — ответ:Только в ней себя познаешь, только в ней твой свет.Принимай же мои жертвы. Я у алтаря.Я молюсь тебе, как солнцу, как сиянью дня.
Песня песней
Вступление
Я хочу подняться на Ливана склоны,Я хочу услышать голос Соломона.Пусть мне кедры страстно говорят о счастье,Кипарисы шепчут думы сладострастья.Передам я внятно жизни древней сказки,Древнего еврея вымыслы и ласки. Я пойму мечтою красоту запястья;Жить душой устал я — жить среди ненастья.Я пойду с надеждой на Ливана склоны,Чтобы там услышать песни Соломона.Пусть они дадут мне сладость вдохновенья,Пусть они дадут мне бледных дней забвенье.Нард, шафран, алоэ, мирра и корица,Аромат любовный, страстность голубицы,Виноградник, розы, смуглой груди трепет!Ваши краски ярки, ваш понятен лепет.Я пойду с восторгом на Ливана склоны,Чтобы там подслушать вздохи Соломона.