Крепкий орешек Джонс и нарисованный город
Шрифт:
Дети захлопали глазами.
Штришок залаял.
– БЕЖИМ! – мгновенно нашёлся мистер М.
Подхватив Лялябет и Штришка, он запрыгнул на один из самокатов. Роквелл и Орешек запрыгнули на другой.
– Там кнопка на двигателе! – прокричала Орешек.
Орешек и мистер М наклонились, нажали на маленькую круглую пуговку, и оба самоката понеслись вперёд. Орешек только удивилась их способности ускоряться.
– АЙЙЙЙЙЙЙЙ-ЙЯЯААААА! – заголосила радостно Лялябет.
Мистер М вырулил на своём самокате перед Орешком и крикнул через плечо:
– ЗА МНОЙ!
Он стремительно повернул налево, по направлению к лесу, пока ещё не тронутому Большим Крестом.
Внезапно их окружили сотни летучих рыб, которые появились из ниоткуда, словно покинувшие гиперпространство звёздные истребители-крестокрылы. Орешек с ужасом поняла, что по-прежнему держит Хвостик к руке, и ещё сильнее сжала вокруг него пальцы.
– В ЛЕС! – громко прокричал мистер М.
Они стремительно скатились по склону и полетели к деревьям.
Два реактивных самоката петляли между деревьев, а рыбы одна за другой гнались за Орешком. Они следовали за ней по пятам. Некоторые с глухим металлическим звуком врезaлись в стволы и взрывались шарами пламени. Роквелл вытаращил глаза.
– Ой-ёй! – завопил он. – Я же забыл про это!
– Забыл про что? – закричала Орешек.
– Э-э… ерунда. Смотри не вляпайся в дерево!
Он стянул со спины рюкзак и принялся отчаянно шарить в переднем кармане.
Тем временем мистер М с потрясающей ловкостью выписывал всяческие трюки и фокусы. Он резко поворачивал, нырял под ветки, пролетал над корнями, разворачивался на 180 градусов, проезжал змейкой на головокружительной скорости, грозя свернуть себе шею. У них с Лялябет был такой вид, словно ничего веселее в их жизни никогда не случалось.
Орешек изо всех сил старалась не отставать, но такой радости вовсе не испытывала. Главным образом из-за того, что приходилось отбиваться от Экзосетий, которые, похоже, преследовали единственную цель: не отставать ни на шаг от неё и карандаша.
– Отгоняй их, не останавливайся! – закричал Роквелл. – Оно должно быть где-то здесь!
– Что должно?
– Это устройство, которое мне дал Джонатан Хиггинботтом! Которое взрывает рыб!
Внезапно два самоката вылетели из леса и вновь оказались на открытом пространстве. Они уже летели холмами и долинами Северного Контура, и тут мистер М обернулся и крикнул Орешку:
– МЫ ПОЧТИ НА МЕСТЕ! НАДО ИЗБАВИТЬСЯ ОТ НИХ, ЕСЛИ ВОЗМОЖНО, ПОКА МЫ НЕ ДОБРАЛИСЬ ДО БУНКЕРА!
– Поняла! – ответила Орешек. – Роквелл, у нас мало времени! Поторопись!
Когда они взобрались на особенно большой холм, Орешек заметила вдруг вдали что-то цветное. Его нельзя было не заметить, потому что всё остальное в Северном Контуре было очень уж монохромным. Ещё она заметила какое-то передвижение. Как будто… люди. Да. Много-много людей что-то строили. Что-то большое. Что-то… розово-синее.
– ЧТО ЭТО ТАМ ТАКОЕ? – прокричала Орешек.
– Я СКАЖУ ТЕБЕ, ЧТО ЭТО ТАМ ТАКОЕ! – ответил мистер М. – МОЯ ЖЕНА, ВОТ ЧТО ТАМ ТАКОЕ!
Орешек отмахнулась от ещё одной Экзосетии, которая подлетела опасно близко.
– ЧТО ВЫ ХОТИТЕ СКАЗАТЬ?
– Я ЗНАЛ, ЧТО ОНА НАС НЕ ПОДВЕДЁТ! – просиял мистер М. – ОНА МОБИЛИЗОВАЛА СОПРОТИВЛЕНИЕ!
71. Сопротивление
Они летели с холма в долину на самокатах с реактивными двигателями, и перед ними открывалась совершенно фантастическая картина.
Сотни огромных колючих крестовин, связанных между собой, стояли в снегу, образуя гигантский круг, который тянулся во всю ширину Северного Контура. Эти штуковины в точности напоминали противотанковые заграждения времён Второй мировой войны – Орешек видела такие на побережье Нормандии, куда, ещё в «Мелодии», ездила с классом на экскурсию. Ежи – вот как они называются. Орешек запомнила название, потому что ёжики – существа хорошенькие и дружелюбные. А эти штуковины никак нельзя было назвать ни хорошенькими, ни тем более дружелюбными. Зато они могли остановить даже самый большой танк, даже такой огромный, как Большой Крест. Шутки шутить Сопротивление не собиралось!
Но это было ещё не всё. Внутри необъятного круга из синих и розовых ежей стояла гигантская конструкция, похожая на купол. Поначалу они её не заметили, но, подъехав ближе, Орешек разглядела, что она целиком соткана из очень частой сетки, нарисованной синим карандашом. Под сетчатым куполом стояло множество людей. И один огромный аллигатор.
– ДЖОНАТАН ХИГГИНБОТТОМ! – воскликнула Лялябет.
Ещё три летучие рыбы спикировали на Орешка. Она дёрнулась в сторону, самокат резко свернул налево и чуть не перевернулся.
– ЕДВА НЕ СВАЛИЛИСЬ! – вскрикнула она.
– СМОТРИТЕ! СПРАВА! – крикнул им мистер М. – ТАМ МИЛЛИСЕНТ!
И действительно, Орешек увидела, как миссис М кивает головой, показывая им на маленькое отверстие в сетке. Мистер М, Лялябет и Штришок тут же прямиком устремились туда. Орешек поехала следом, метрах в пятидесяти позади, а за ней тянулась хвостом почти сотня Экзосетий. Орешек увидела, как второй самокат стремительно въехал под купол.
– РОКВЕЛЛ! – закричала она. – МЫ, КАЖЕТСЯ, ДОБРАЛИСЬ!
72. БУМ!
Что она могла с этим поделать? Это называется неблагоприятное стечение обстоятельств.
Во-первых, управлять летящим на скорости самокатом Орешку удавалось только отчасти: приходилось уворачиваться то в одну сторону, то в другую, чтобы избежать ежей, рассеянных по земле между их самокатом и спасительным убежищем сетчатого купола.
Во-вторых, на спуске в долину возник Большой Крест, отчего снег отчаянно заштормило, и сопротивляться этому грозному колыханию оказалось непросто.
А в-третьих, как раз тогда, когда сотня летучих рыб сомкнулась вокруг самоката Орешка, Роквелл наконец ухитрился нажать на кнопку противоэкзосетийного устройства, которое им дал Джонатан Хиггинботтом. И это, без сомнения, сыграло самую большую роль в том, что случилось дальше.
Взрыв оказался огромным. Самокат вместе с пассажирами подбросило высоко в воздух, а потом разметало на несколько метров по мягкому снегу. Когда столько механических рыб взрываются одновременно, это, как выяснилось, не игрушки.