Чтение онлайн

Подъемный мост ведет к передовым укреплениям, которые строители расположили с таким расчетом, чтобы держать нападающих под фланговым огнем. Точкой О обозначен плацдарм, а точкой R – вероятно, конюшни. От замка передовые укрепления отделяет широкий ров, через который перекинут второй подъемный мост В. Он ведет к воротам с узкой дверцей С. С донжона Е, который имеет необычную форму, хорошо просматриваются все окрестности и внешнее укрепление S. Буквой Р обозначены жилые помещения, в которые можно было пройти по прекрасной винтовой лестнице J. Буквой D обозначена лестница, ведущая в донжон, вход в который располагался на некоторой высоте над землей. S – сооружение, отделенное от замка донжоном. Когда оба моста были подняты, в замок можно было попасть только через ворота F, пробитые в стене внешней линии укреплений. Далее надо было идти по дну рва N, пройти вторые ворота G, расположенные в центре поперечного вала, а потом третьи ворота Н, которые вели на широкую площадку М. Затем надо было подняться по лестнице I и пройти по небольшому мостику К. Наконец, мы подходим к широкой красивой лестнице, соединяющейся с внутренней лестницей J узким и темным коридором, по обеим сторонам которого в стенах пробиты бойницы. Большая лестница оканчивается на первом этаже (на высоте нескольких футов от земли) во внутреннем дворе, верхняя часть образует большую квадратную башню.

Мы находим в этом замке все те уловки, которые использовали строители старых феодальных замков для маскировки входов и затруднения доступа к ним. Но появились уже и новшества – во-первых, передовые укрепления с площадкой М сильно выступают за пределы замка, благодаря чему можно было держать под обстрелом большие площади. Во-вторых, на уровне контрэскарпа рвов или верхней части внешних стен на первых этажах куртин и башен были пробиты амбразуры для пушек. Сами башни стоят почти изолированно, что позволяло более эффективно обстреливать с них подступы к стенам. Насколько мы можем судить по проемам дверей в этих башнях, пушки, объединенные в батареи, не могли быть большого калибра. Стены и башни наверху снабжены парапетами с бойницами и машикулями, но зубцы парапетов, сохранившиеся до наших дней, имеют бойницы такой формы, что сразу становится ясно, что они были сделаны для пушек. Мы приводим здесь общий вид замка со стороны входных ворот (рис. 88). Мы видим, что в нижних этажах зданий пробиты амбразуры для артиллерии, что они повторяют все изгибы поверхности и позволяют держать под обстрелом передовые укрепления. Что касается укреплений в верхней части башен, то они точно такие же, какие использовались в XIV веке. Таким образом, все свидетельствует о том, что это замок переходного периода, и задачу укреплений этого периода можно выразить следующей формулой: держать под обстрелом дальние подходы к замку и его передовые укрепления с помощью настильного огня артиллерии и не давать осаждающим подняться по лестницам на стены, обстреливая их с парапетов и машикулей, расположенных в верхней части высоких башен и куртин, согласно старым принципам ближней защиты.

На рис. 89 показано строение амбразур замка Бонажуиль. Через отверстие амбразуры, над которым расположена щель для прицела, могло пролететь ядро и больше ничего.

Однако этих изменений все равно было недостаточно, чтобы противостоять артиллерии осаждающих. Расходящийся огонь нескольких пушек, установленных на первом этаже башен и куртин, почти не наносил ущерба осадным батареям, которые состояли из нескольких пушек, установленных в одном месте. Послав одно ядро, защитники получали в ответ двадцать; укрепления не могли устоять перед залпами, которые били в одну точку и превращали их в руины задолго до того, как пушки осажденных могли нанести какой-нибудь ощутимый урон врагу. Когда инженеры убедились в недостатках старой системы фортификации, они поступили так, как это было принято в те времена, – занялись исправлением деталей. Старая система сохранилась, но строители пытались придать укреплениям большую мощь. Они начали с усовершенствования башен, которые стали теперь строить не такими высокими, как раньше, но гораздо большего диаметра, выдвигая их при этом все сильнее и сильнее вперед. Отказавшись от изолированных укреплений, строители оставляли башни открытыми с внутренней стороны, чтобы в них можно было устанавливать более мощные пушки. Башни имели теперь больше боковых амбразур, расположенных ниже уровня рвов, благодаря чему рвы можно было простреливать по всей длине. В нижних этажах устанавливали пушки, которые прикрывали огнем куртины в то время, когда противник форсировал ров. С верхних этажей обстреливали окружающую местность на как можно большем расстоянии.

Очень интересны для изучения укрепления города Лангр – по ним можно проследить, какие новшества для защиты крепостей появились в XV и XVI веках (рис. 90) [82] .

Лангр был основан римлянами, а та часть города, которая обозначена на плане буквой А, была пристроена в начале XVI века к крепостным стенам, сооруженным еще римлянами. От них остались ворота, довольно хорошо сохранившиеся. Стены Лангра, пережившие столько переделок, были почти полностью перестроены при Людовике XI и Франциске I, а в конце XVI – начале XVII века усилены сооружениями, возведенными в соответствии с системой, принятой в то время. Только после того, как появились пушки, были сооружены башни С, которые должны были защищать куртины. Эти башни имели две параллельных стены, соединенные полукругом. Город Лангр построен на плато Лангр, возвышающемся над рекой Марной и всей окружающей местностью. К городу можно подойти только со стороны D, где в XVI веке было воздвигнуто передовое укрепление [83] .

Вторые ворота Е хорошо защищены массивной круглой башней (или бульваром) с двумя крытыми батареями, расположенными в двух залах. Своды этих залов опираются на центральную цилиндрическую колонну. В другой башне на противоположной стороне имеется спиральный пандус, или наклонный въезд, по которому на боевую площадку, венчавшую большую башню, поднимали пушки. Третьи ворота F выходят на Марну и защищены земляными валами, сооруженными в конце XVI века. На рис. 91 мы приводим план первого этажа большой башни или бульвара, защищавшего ворота Е, а на рис. 92 – план ее второго этажа.

На плане второго этажа (рис. 92) видно, что амбразуры пушек расположены таким образом, чтобы можно было держать куртины под перекрестным огнем. На рис. 93 приводится разрез этого бульвара (башни), на вершине которого можно было установить барбетную батарею. Мы приводим план (рис. 94) еще одной башни (бастиона) Лангра, которая, как и вышеописанный бульвар, была сооружена в начале XVI века. Эта башня, построенная на крутом склоне, является самым настоящим бастионом, ибо на каждом ее этаже можно было разместить до пяти орудий. От точки С мы спускаемся по лестнице с четырьмя пролетами. Перед амбразурами Е, F, G также имеются ступеньки, что позволяет этим амбразурам располагаться снаружи на одном уровне над поверхностью земли. Лестница широкая и не крутая – по ней легко можно было поднять или спустить пушки. Стены башни были очень толстыми (около 21 фута – 6,4 м), чтобы противостоять артиллерии врага.

Первый пролет стены поддерживается четырьмя сводами, опирающимися на одну колонну; арка, соединяющая два конца поперечной стены, делит зал на две части. Вторая часть имеет крестовый свод (см. продольный разрез этой башни-бастиона по линии CD (рис. 95) и поперечный (рис. 96) – по линии AB плана).

Амбразуры F и G (рис. 94) снаружи закрывались ставнями, а пороховые газы выходили через вентиляционные отверстия Н. В двух небольших помещениях I, вероятно, хранился порох. Эта башня изначально имела наверху боевую платформу и парапет с бойницами, позади которого можно было расположить пушки или аркебузеров, однако эта часть башни уже давно перестроена. Барбетная батарея, расположенная на крыше, возвышалась над парапетом прилегающих куртин примерно на метр – еще один пример живучести средневековых традиций, согласно которым башни должны были всегда быть выше стен [84] .

Неуверенность и колебания архитекторов в первый период существования артиллерии породили огромное разнообразие защитных средств, описать которые просто невозможно. Тем не менее следует отметить, что стройная система фортификаций, сложившаяся с 1300 по 1400 год и достигшая к тому времени совершенства, оказалась совершенно непригодной для защиты крепостей от артиллерии, и поиски новых средств продолжались до XVII века. Феодальные традиции так прочно въелись в умы военных инженеров, что они никак не могли от них отказаться и находились под их влиянием еще долго после того, как неспособность средневековой системы укреплений противостоять артиллерийскому огню сделалась очевидной всем. Поэтому нет ничего удивительного в том, что даже в XVI веке мы встречаем машикули в сочетании с крытыми батареями, хотя против пушек машикули были совершенно бесполезны. Итак, со времен Карла VIII (1470, король 1483–1498) до эпохи Франциска I (1494, король 1515–1547) города и замки не могли устоять перед армиями, имевшими артиллерию, и в течение этого периода не было ни одной длительной осады, которыми были так богаты XII, XIII и XIV века. Военные инженеры делали все, чтобы приспособить старую систему фортификаций к новым способам нападения и защиты – они сооружали новые укрепления перед старыми стенами или, как в Лангре, сносили слабые участки обороны и на их месте возводили массивные круглые или квадратные башни, в которых устанавливались пушки. В конце XV века инженеры размещали орудия в открытых помещениях на первом этаже башен, оставляя верхние этажи башен и куртин лучникам, арбалетчикам и аркебузерам. До нашего времени дошло большое число подобных башен. Мы приводим в этой книге (рис. 94, 95, 96) планы башен Лангра, но их верхние участки не сохранились и не могут считаться удачным примером, поэтому мы хотим рассказать о квадратной башне, пристроенной к укреплениям (очень древним) Пюи-Сен-Фрон в Перигё. Она была реконструирована с таким расчетом, чтобы на ее первом этаже [85] можно было разместить пушки, которые держали бы под обстрелом реку, ее берег и одну из двух куртин.

Первый этаж, небольшого размера (рис. 97), имеет четыре амбразуры для небольших пушек, не считая бойницы во втором от берега реки углу.

Это помещение с низким потолком могло вместить всего две пушки (которые приходилось перетаскивать от одной амбразуры к другой, в зависимости от того, откуда приближался враг). Оно имело мощный цилиндрический свод, непробиваемый для каменных ядер. Амбразуры для пушек (рис. 98) расположены горизонтально – в них могло пролететь ядро и больше ничего. Горизонтальные щели над ними служили для прицеливания и выхода пороховых газов. На второй этаж вела прямая лестница. В стенах этого этажа были проделаны бойницы для арбалетов и аркебуз, а в верхней части башни имелись машикули и парапет без бойниц, но с круглыми отверстиями, куда вставляли стволы небольших кулеврин и ручных аркебуз. Это было довольно слабое укрепление, и враг легко мог найти такое положение, в котором он оказывался вне досягаемости артиллерийского огня защитников. Вскоре обнаружилось, что, во-первых, эти батареи, установленные в небольших помещениях и имевшие подобные амбразуры (которые позволяли вести огонь только под острым углом), не могли достать орудия противника и не наносили ему серьезного ущерба. Во-вторых, стало понятно, что необходимо разработать общую систему фланговых укреплений, соответствующих новым способам осады и штурма крепостей.