Крещенные кровью
Шрифт:
– Что, сестра? – уставился на нее холодным враждебным взглядом тот. – Мы же как с тобой уговаривалися… Ты морочишь башку энтому попу и выпытываешь, где он прячет свое богатство. А ты? Сама в него втрескалася, и с ним меня обнести сговорилася?
– Игнат, чего ты мелешь, – попробовал вступиться за жену Аверьян. – Она же…
– А ты, убогий, и вовсе заткнись! – рявкнул на него шуряк. – Энто не твое собачье теперь дело за Стешку встревать! Теперь это наше с ней дело о чем судачить. Ивашка хоть и скопец, но особый, не кастрированный, как вы, дурни. И он не отворачивался от бабьих прелестей, как и от богатства своего, в тайник у ей запрятанного.
– Игнат, ты што, очумел што ль?! – воскликнула Стеша, делаясь белой, как бумага. – Да хто тебе про меня эдакую напраслину наплел?
– А то ты не знаешь! – ухмыльнулся брат. – Ты же тварь хитрющая. С виду здоровая, умная, трудолюбивая. Мечта любова мужика! А вот что касается порядочности, то энто еще вопрос! Ну, могет ли сговор, который она с полюбовничком супротив брата своего замыслила, быть доказательством порядочности? Ты не знаешь, Стеша «преподобная», где чемодан с богатством Ивашки припрятан, а?
– Чемодан какой-то у меня в подполе, – просто ответила вдруг Стеша, и ее признание обескуражило не только Аверьяна, но и Игната, у которого от неожиданности в самом прямом смысле отпала челюсть.
– И… ты заглядывала в него? – проглотив слюну, спросил брат в сильнейшем волнении.
– Даже не притрагивалась, – округлила глаза Стеша. – У чамадана, чай, хозяин есть, вот пущай он сам в нем и копается.
Она вдруг замолчала и напряглась. И это тут же заметил Игнат.
– Ну чего умолкла? – заинтересовался он, разглядывая сестру с подозрением. – Договаривай, что сказать хотела, и не заводи меня недомолвками!
– Щас в подполе, с чамаданом рядом, Анька сидит, – нехотя созналась Стеша.
– Хто-о-о? – чуть ли не в один голос воскликнули потрясенные Игнат и Аверьян.
– Я ее тама заперла зараз, кады она за чамаданом явилася, – сказала Стеша, пряча глаза. – Девка сказала, што за чамаданом ее Петя послал. Но я-то знала, што Петя-то в ЧК сидит арестованный. Теперя она хотела забрать чамадан и сбегнуть с ним.
Шмыгнув носом, Стеша вытерла рукавом увлажнившиеся глаза и замолчала в ожидании.
– Вот это да! – воскликнул Игнат, оправившись от шока, вызванного словами сестры. – Теперь я понял, в кого ты, Стеша моя ненаглядная! Ты в прабабку Химку пошла, Царствие ей Небесное! Та везде свой нос совала, где надо и не надо, и у плетня так и померла, когда за соседским двором подглядывала!
– Нашел с кем сравнить, – поджала обиженно губы Стеша, которой слова брата пришлись не по вкусу.
– Анька и щас в подполе мается?
– Полезай сам туды и погляди. Можа, деньги зараз перещитывает.
– Деньги? – прошептал Игнат, багровея. – А она… – Он метнулся к крышке подпола и не мешкая ни минуты, проворно спустился вниз.
Аверьян и Стеша недоуменно переглянулись, услышав оттуда злобные выкрики, брань и проклятия.
Она пеняла на себя за беспечность и доверчивость. «Где была моя голова, когда я доверилась этой коварной бабе»? – думала девушка, с трудом сдерживая слезы. Трагедия, которую ей сейчас приходилось переживать, не оставляла ничего другого, кроме как уповать на помощь Бога. Сильнее, чем когда бы то ни было, она надеялась на чудо и на свою счастливую судьбу.
– Все это грех! – тихо шептала Анна. – А еще больший грех верить в то, что сектантские догмы и обряды завещены Иисусом. Вот за что я сейчас и расплачиваюсь, сидя запертой в этом ужасном месте!
А ведь она всего-то-навсего попросила у этой мерзавки забрать из подпола старый чемодан. Стешка не отказала – видимо, сразу сообразила, что «мышка» сама желает быть пойманной, и впустила ее в ловушку…
От утомительного лежания на жесткой земле быстро затек правый бок. Было холодно, тело сотрясала дрожь. Она вдруг почувствовала, как что-то живое приблизилось к ней. Крыса? Девушка вздрогнула от омерзения и затаила дыхание. Но «крыса» оказалась мягкой и пушистой. А когда она с мурлыканьем стала тереться об ноги, Анна с облегчением вздохнула, сообразив, что к ней присоединилась кошка. Но откуда животное взялось в закрытом подполе?
– Мурочка, – прошептала Анна и погладила животное.
Вдруг скрипнувшая над головой половица спугнула кошку, та прыгнула в сторону и …исчезла.
– Куда же ты? – встрепенулась девушка и вдруг поняла, что нужно делать.
Игнат встал на корточки и пригляделся.
– Эй, Аннушка? – тихо позвал он.
Не услышав ответа, Брынцев стал шарить вокруг себя руками.
– Эй, ответь, чего пришипилась?
Снова молчание. Тогда чекист стал потихонечку обследовать подпол, осторожно продвигаясь вперед. Он медленно пробирался на коленях все дальше и дальше, ежесекундно пригибаясь, чтобы не задеть головой деревянные бруски. Когда глаза привыкли к темноте, ему удалось рассмотеть еще один люк, только в другом конце подпола. Люк был открыт, а вот в подполе никого не оказалось!
– Ах, ты змея подколодная! – выкрикнул Игнат, поспешил к обнаруженному люку, спешно выбрался через него и оказался в чулане избы.
Перемежая проклятия бранью, он осмотрелся. Чулан представлял собой каморку, в которой хранился различный хлам, в хозяйстве уже практически не нужный. Игнат не поверил своим глазам, увидев тот самый чемодан, обладать которым он так стремился! Чемодан запросто лежал брошенным в пыльном чулане!
Он испугался, схватил добычу и внес в комнату. Как только он закрыл за собой дверь и запер ее на засов, Аверьян и Стеша в ту же секунду оказались рядом. Они зачарованно поглядывали то на чемодан, то на раскрасневшееся от возбуждения лицо Игната. Тот поставил находку на стол, щелкнул замками и открыл крышку.
– Вот это ни хрена себе! – присвистнул он, увидев толстые пачки денег. – Да сколько их тут?!
– Видать, мульены! – предположил Аверьян, тяжело дыша от возбуждения. – Мне никогда не доводилось зрить стоко!
– Аль взаправду все энто деньги?! – прошептала пораженная Стеша. – Да ведь на них всю Россею купить можно?
– Было можно, – приходя в себя, прохрипел сорванным от волнения голосом Игнат. – Деньги-то все царские! Раньше были они огромным богатством, а сейчас… это бумажные картинки для растопки печи!
Он вывалил содержимое чемодана на пол. Кроме пачек с бесполезными царскими банкнотами, в нем ничего больше не оказалось.
– А ну разрывайте упаковки, – приказал Игнат сестре и зятю. – Может, в них что меж купюр запрятано?
Но и меж купюр тоже ничего не нашлось. Ни золота, ни бриллиантов… По-видимому, Ивашка еще до революции превратил все свое состояние в деньги, и эта огромная сумма валялась сейчас на полу бесформенной никчемной кучей. Но вдруг Сафронов возил за собой эту бумагу с какой-то другой целью, а золото спрятал?