Чтение онлайн

Снова в кабинете наступила тишина, но уже совсем другая – пронизанная воспоминаниями о страшных днях, о днях войны, молодости и дружбы.

– Извини, сестренка… – поднял на Полину глаза Федор, – у меня работа такая… опасная. Не всякому можно доверять. Несколько раз киллеров ко мне подсылали, поэтому я сперва так насторожился.

Он опять замолчал, внимательно вгляделся в лицо Полины и вдруг воскликнул взволнованно:

– Как же я сразу не заметил! Как ты похожа!

– Похожа? – переспросила Полина. – На кого похожа?

– Артем носил в бумажнике фотографию… она прошла с ним всю войну. Когда его ранило в Ниджрабском ущелье, фотографию пробило осколком и залило кровью. Он остался жив только потому, что очень хотел вернуться к ней, к той девушке со снимка.

«Моя мать… – в панике подумала Полина, – не может быть, чтобы она…»

Федор подъехал ближе и впился в лицо Полины долгим изучающим взглядом. Ей даже стало неуютно, как будто ее обдало горячим сухим ветром пустыни.

Когда молчание стало невыносимым, Аргунов спросил Полину:

– Ты его дочка?

– Что? Его дочка?

Полину охватил ужас: неужели судьба сыграла с ней такую кошмарную шутку? Неужели она действительно дочь Артема? Федор Аргунов не врет – и про фотографию, залитую кровью, которой Артем так дорожил, и про то, что только ради нее, той девушки с фотографии, он выжил в афганском аду. Чтобы вернуться к ней. По возрасту Артем Погудин годится Полине в отцы – двадцать лет разницы, вполне мог быть им. Неужели она была замужем за собственным отцом?

Полина откинулась на стуле, чувствуя, как по спине бежит струйка пота. Уши как ватой заложило, перед глазами замелькали красные мухи.

– Эй, детка! – Федор усмехнулся, одной рукой взял ее за подбородок, а другой нажал какую-то точку на шее, отчего Полина сразу же пришла в себя. Только в голове будто комар зудел.

Как же так? Ведь Кира Яковлевна утверждала, что ее отцом был художник Аркадий Глебович Летунов…

Но что она знает, эта Кира? Морочила Полине голову столько лет, не могла сразу сказать! И вчера мялась, жалась, пока Полина не приперла ее к стенке и буквально не вырвала признание. Да и то было впечатление, что старушка чего-то недоговаривает. Ох, вот ведь тайны мадридского двора!

– Я… я не знаю, – неуверенно ответила Полина. – Я уже вообще ничего не знаю… Мама давно умерла, у нее не спросишь…

– Ты какого года рождения? – спросил Федор и снова будто заглянул в душу Полины своими прозрачными глазами.

– Восемьдесят второго… июнь…

– Значит, не дождалась, – вздохнул Федор. – Артем в то время служил, как раз за год нас всех в Афган послали. А он так верил, так надеялся… Ну что ж, так сложилась судьба… Но тогда… тогда откуда у тебя это кольцо? Кто для тебя Артем?

– Он был моим мужем, – ответила Полина после короткой паузы, глядя в необыкновенно светлые глаза Аргунова. – Мы прожили с ним три года. Он погиб несколько дней назад, и теперь я хочу все о нем узнать.

И она рассказала про их встречу три года назад, про гибель мужа в аварии на шоссе, про Ивана из Приветнинского и про капитана милиции Сидорова, который заварил всю кашу с расследованием.

– Вот оно как… – Аргунов опустил голову. – Значит, Артем нашел в тебе свою первую любовь… Ну что ж, выходит, хотя бы в конце жизни судьба вознаградила его за верность.

– Расскажите мне о нем! – попросила Полина.

– Мы были боевыми товарищами, – просто ответил Аргунов. – Я рассказал, как он спас меня. Позже мне удалось вернуть долг – тогда, в Ниджрабском ущелье. Я три часа тащил его под огнем… Да что об этом говорить, война есть война.

– А потом, после войны, вы с ним не встречались?

– На гражданке наши пути разошлись… – признался Федор. – Сначала я мотался по госпиталям… Ад был почище Афгана! Хорошо, что нашлись старые друзья, помогли, вытащили меня. Правда, не даром. Потом мне пришлось отдавать долги… Честно тебе скажу, я связался с криминалом… вот тогда Артем снова появился у меня. – Федор помолчал, как будто выбирая слова, но наконец решился: – Он очень изменился. Из него как будто вытащили стержень. Я стал его расспрашивать, хотел узнать, что с ним произошло, но он не пожелал ничего рассказывать, а заставлять его я не мог… За ним кто-то охотился. Он ужасно боялся каких-то людей, говорил, что они очень могущественны и что ради меня он не назовет ни одного имени. Мол, мне и так досталось в жизни, только-только все начало налаживаться. Хотя, знаешь, детка, глядя на него, я понял, что Артему едва ли не хуже, чем мне. Я в той войне потерял ноги, а он – душу. Уж не знаю, что важнее.

– А для чего же он пришел?

Федор посмотрел на нее пристально:

– Ты была его женой, должна знать. Да ты, наверное, и знаешь. Он попросил меня достать ему новый паспорт. Он действительно от кого-то скрывался, и паспорт нужен был, чтобы сбить тех людей со следа.

– Вы ему помогли?

Федор кивнул:

– Как я мог ему не помочь? Мы были с ним почти как братья… Конечно, я достал ему паспорт.

– На какое имя? – взволнованно спросила его Полина.

– На имя Николая Нарезова.

Мозаика сложилась. Полина увидела последнюю матрешку, теперь она знала все имена своего мужа. Артем Погудин превратился в Николая Нарезова, затем, женившись на Глафире, он стал Николаем Савеловым и, наконец, превратился в Илью Моргунова. Чтобы умереть под этим именем…

Федор молча глядел на фотографию.

– У меня тоже такая была, только затерялась где-то, пока я по госпиталям валялся…

– Возьмите, – сказала Полина, поднимаясь, – я все равно знала его другим, у меня есть снимки.

На самом деле она подумала о неизбежном визите настырного капитана Сидорова и решила не давать ему никаких наводящих ниточек. Еще привяжется к Федору, начнет копать в своей манере…

Возвращаясь домой, Полина думала о том, что рассказал ей Федор Аргунов. Точнее – о его последней встрече с Артемом, когда тот попросил у своего однополчанина новый паспорт. А еще он сказал Федору, что сделал ужасную вещь…

Встреча однополчан совпадала по времени с датой смерти Аркадия Глебовича Летунова. С датой смерти настоящего отца Полины.

Так что же сделал тогда Артем?

Ответ напрашивался сам собой, но был настолько мучительным, что Полина не могла, не хотела его принять.

– Не может быть! – проговорила она, возражая самой себе. – Он не мог…

Мужчина, который шел навстречу ей по тротуару, отшатнулся и проводил ее удивленным взглядом. Полина поняла, что разговаривает вслух сама с собой, как сумасшедшая, и постаралась взять себя в руки.

Не может быть? А почему, собственно?

Полина представила себе Илью… то есть Артема, каким тот был двадцать три года назад. Молодой парень, только что вернувшийся из Афганистана, прошедший там все девять кругов ада, хоронивший боевых товарищей, сам едва избежавший смерти.