Чтение онлайн

— Если толково, то прямо сейчас начинайте тренировать благожелательный и наивный взгляд. Заодно и мне станет менее… жутко.

Девушка вопросительно посмотрела на Чара. Он выглядел вполне серьезным и даже не улыбался.

— Ну… хорошо, - она опять посмотрелась в зеркало. Вспомнила лицо дочери алькальда, широко распахнула глаза и изобразила идиотскую улыбку. Скорчила страшную мордочку, поджала губы, еще раз распахнула глаза, быстро заморгала и опять улыбнулась.

— Поменьше разума во взгляде, - посоветовал Чар.
– Улыбка почти хорошо, но глаза все портят. Расслабьтесь, подумайте о ромашках.

— О каких ромашках?
– растерялась Кара.

— Вот! Стоп, не меняйте выражение, смотрите в зеркальце.

Девушка посмотрела на свое отражение. Инквизиторский взгляд пропал, в глазах появилась легкая растерянность.

— Теперь добавляем улыбку… Нет, не эту… И не эту… И не надо так скалиться, вы ж не в бой сейчас идете. Побольше доброты и чуткости. Представьте, что они у вас есть.

— Чар!
– разозлилась Кара.

— Прошу прощения, сеньорита. Только вы опять испортили взгляд. Верните его на место и продолжим. Представьте себе, что у вас на коленях маленький щенок…

Тяжело вздохнув, Кара изобразила растерянность, потом честно представила себе щенка на коленях, потом ей стало скучно и мысли вернулись к письму, а от него - к поставленной крестным задаче.

— Все хорошо, сеньорита, почти идеально, вот только теперь опять многовато мыслей, вы попроще лицо сделайте, попроще… - бесцеремонно прервал ее размышления слуга.
– Забудьте о том, кто ваш крестный и о том, зачем именно вы едете в Кассарийское урочище, вспомните, скажем, сто одиннадцатый псалом. И твердите его по кругу.

Кара сначала хотела возмутиться, но потом решила, что в чем-то Чар все же прав. Еле вспомнив нужный псалом, начала твердить его по кругу. Стало скучно. Глаза заволокло пеленой сна.

— А теперь быстро зеркало к лицу. Вот! Почти идеально, только еще немного над улыбкой поработать. Уж больно вид сонный.

— Все. На сегодня хватит, - Кара убрала зеркало в сумку.
– Я все поняла. Если с погодой повезет, завтра буду твердить этот сто одиннадцатый псалом и изображать… Кстати, а кого мне изображать?

— Ну, поскольку служанка, согласно легенде, у вас была, придется изображать деревенскую благородную сеньориту. Дочь идальго.

— То есть, меня?

— Вас, но не совсем, - Чар вновь занялся своим мечом, хотя, по мнению Кары, он и так выглядел чуть ли не лучше, чем все мечи, которые она когда-либо видела - ни пятнышка ржавчины, ни грязи, ни даже сколько-нибудь существенной царапины.
– Вас, но только дочь идальго, а не крестную дочь монсеньора. Вспомните вашу соседку.

— Соседку?
– вскинула голову Кара.

— Ну у вас была же какая-нибудь соседка, - невозмутимо пояснил Чар.

— Была.

— Вот ее и вспомните. Наверняка был кто-то того же возраста, что и вы.

— Допустим.

— Я не спрашивал. Просто вспомните и попытайтесь вести себя так же. Будем в урочище, понаблюдайте за поведением деревенских девушек. Попробуйте его скопировать. У вас получится, пусть даже и не сразу. А теперь, - Чар посмотрел на небо. Его потихоньку затягивало тучами, - ложились бы вы спать, сеньорита. Не ровен час, к утру дождь пойдет, выспаться не успеете.

Вздохнув и тоже, в свою очередь, посмотрев на тучи, Кара направилась к обустроенному для нее ложу. На настиле из лапника была расстелена теплая медвежья шкура, в изголовье вместо подушки - сложенное в несколько раз одеяло. Чего еще желать после целого дня пути? Скинув сапожки, и закутавшись в плащ, Кара легла спать. Костер тихо и очень уютно потрескивал, иногда выстреливая в небо крохотными искрами. Ветер шумел верхушками деревьев. В лесу кричала какая-то птица. Иногда чуть в стороне от путников, мелькали еле заметными тенями летучие мыши. Чар сидел, отвернувшись от костра и облокотившись об одно из бревен. То ли спал, то ли нес охрану, впрочем, от кого здесь было охранять?

— Отец, ну можно мне еще пару оладий?

— Можно, но после того, как ты мне обоснуешь, почему они тебе нужны, - отец улыбнулся в усы и кивнул слуге, чтоб не уносил блюдо.

— У меня мед остался, - нахмурилась Кара.

— Доешь его ложкой, - парировал отец.

— Я еще не наелась!

— Алехандро, принеси ей каши.

— Но отец!

— Обоснование. Я жду.

Кара тянула время, изображая растерянность. У нее был прекрасный план. Она думала над ним еще со вчерашнего дня. И ей не нужны были никакие оладьи. Главное, чтобы отец не догадался, что именно является ее настоящей целью.

— Отец, у нас осталась каша?

— Да.

— А оладьи?

— Тоже.

— Если я сейчас их есть не стану, кому их отдадут?

— Их съедят слуги, а что они не съедят - отдадут свиньям.

— То есть назавтра еду точно отдадут свиньям?

— Точно, Кара.

— Скажи, Алехандро, а много ли осталось оладий?

— Нет, четыре штуки, - отозвался слуга.

— А много ли осталось перепелов?
– продолжила расспрос Кара.

— Шесть.

— А много ли осталось рулета?

— Довольно много.

— Алехандро, а со вчерашнего ужина остались марципаны?

— Да, сеньорита.

— Отец, Господь заповедовал нам делиться с ближними. Пожалуй, Алехандро, отнесите все, что осталось, на кухню, пусть слуги тоже полакомятся, а я удовольствуюсь вчерашними марципановыми пирожными. Раз их вчера не отдали слугам, следовательно, сегодня должны отдать свиньям. Смирение - одна из добродетелей, приличествующих благородным девицам, потому я, пожалуй, выберу из еды то, что оставили свиньям.

Некоторое время отец молча смотрел на дочь, а потом вдруг улыбнулся и приказал:

— Алехандро, принеси ей марципаны и оладьи. Она их честно заслужила. Молодец, Кара.

Это был ее самый первый выигранный спор. Отец тогда сказал, что гордится Карой. И она запомнила крылья, которые появились за спиной после этих слов. Чтоб еще хоть раз услышать такое, она готова была днями и ночами сидеть над книгами, коих в их доме было невероятно много, намного больше, чем у кого бы то ни было из соседей, даже тех, кто был намного состоятельней. Отец никогда не жалел на это денег, а когда крестный стал великим инквизитором, книжный дождь просто рекой полился на их скромный дом: “Риторика”, “История” и “Дидактика” соседствовали с житиями святых и “Молотом ведьм”. Чего только крестный ни присылал.