Чтение онлайн

Лонг-Бич вскоре мог претендовать на звание образцового города.

Что больше всего удивляло Вито Корлеоне, так это мера справедливости, которая в окружающем мире оставалась еще более сомнительной, чем в созданном им самим мирке. Он ясно видел, что в большом мире, все еще закрытом для него, с порядком дело обстоит ничуть не лучше, и понимал, что его таланты и знания могли бы пригодиться, если бы оказались востребованными, когда он только вступал в жизнь честным итальянским пареньком из овощной лавки. Но тогда никто не помог ему занять достойное место в мире, а сейчас все было в его собственных руках. Теперь он сам поступал, как считал нужным, и мог занимать любое положение, какое приглянулось бы. Какое он счел бы достаточно престижным для себя.

Он выбрал Лонг-Бич и спокойно и комфортно жил-поживал в собственном доме на собственной земле, понемножку расширяя и укрепляя границы своей державы, пока не закончилась вторая мировая война, а с нею — мир в пределах владений пяти нью-йоркских Семей, вовлеченных в очередную междоусобицу турком Солоццо, и пока он сам, дон Вито Корлеоне, не оказался прикованным к больничной постели пятью бандитскими выстрелами.

Как и в любом другом провинциальном городке, в Нью-Гемпшире ни одно сколько-нибудь из ряда вон событие не может остаться незамеченным: обязательно углядят многочисленные домашние хозяйки, затаившиеся за своими окнами, или любопытные лавочники, словно из-под земли вырастающие в нужный момент на порогах собственных владений. Поэтому едва лишь появился черный автомобиль с нью-йоркскими знаками и направился к дому Адамсов, об этом знала вся улица, а может, и весь городишко.

Кей Адамс, которая по сути своей недалеко ушла от родных корней, оставалась внутренне провинциалкой, лишь слегка подпорченной университетским образованием, тоже не удержалась от соблазна посмотреть, что происходит. Она приподняла угол занавески в спальне, где до этого зубрила, готовясь к экзаменам. Время близилось к ленчу, она как раз собиралась спуститься к столу и уже встала от книги, но остановилась, заметив приближающийся к родительскому дому черный автомобиль. То, что он прибыл по ее душу, почему-то не удивило Кей, как не особенно поразило и то, что из остановившейся прямо перед газоном машины вылезли два рослых супермена, будто спустившиеся с экрана, непосредственно из гангстерского фильма, и двинулись к двери.

Кей кубарем скатилась вниз по лестнице, чтобы первой оказаться у двери. Она торопилась в уверенности, что эти двое прибыли от Майкла или от его родных. Лучше уж самой встретиться с ними. Не потому, что она стеснялась окружения Майкла, нет. Но родителям от неожиданности было бы трудно принять подобных гостей без подготовки, они все-таки воспитаны на старых традициях, настоящие янки из Новой Англии. Уже подобное знакомство дочери могло на долгое время выбить стариков из привычного уклада.

Она успела подскочить к дверям как раз, когда зазвонил звонок, и бросив матери: «Я открою!» — отворила.

Один из двоих стоящих на пороге тут же сунул руку под пиджак движением, которым гангстеры в фильмах выхватывают револьвер. Кей вздрогнула и тихо вскрикнула. Но он вынул из нагрудного кармана всего лишь маленький кожаный бумажник, привычным жестом распахнул обложку и предъявил удостоверение.

— Я Джон Филиппс из нью-йоркского сыскного полицейского управления, — представился он. — А это мой помощник, агент Сириани, — указал на очень смуглого чернобрового сотрудника. Добавил вопросительно: — Вы — мисс Кей Адамс?

Кей кивнула.

Филиппс сказал:

— Вы позволите нам войти? У нас к вам есть разговор по поводу Майкла Корлеоне.

Она отступила, пропуская их в дом. В этот момент отец вышел сбоку из коридора, остановился в дверях комнаты, служащей ему кабинетом, и спросил:

— Что это за люди, Кей?

Отец всегда выглядел внушительно: седовласый, подтянутый, он не зря был пастором местной баптистской церкви и пользовался репутацией ученого. Кей вообще-то очень мало знала его, как и он ее, между ними всегда существовала непреодолимая дистанция, хотя в искренней любви отца она все же не сомневалась. Близости между ними не было, но было доверие. Поэтому она сказала, как есть:

— Это детективы из полиции, из Нью-Йорка. Хотят поговорить со мной об одном моем знакомом.

Мистер Адамс отреагировал безмятежно:

— В таком случае, давайте пройдем в мой кабинет, — пригласил он.

Филиппс сказал вежливо:

— Мы предпочли бы побеседовать с вашей дочерью наедине, мистер Адамс.

Мистер Адамс не менее вежливо ответил:

— Мне кажется, это зависит от желания Кей. Как тебе больше нравится, девочка: разговаривать с этими джентльменами наедине или в моем присутствии? Или позвать маму?

Кей сделала жест рукой: нет-нет. Лучше сама.

Мистер Адамс учтиво сказал агентам:

— Мой кабинет в вашем распоряжении, господа. А может быть, позавтракаете с нами?

Полицейские, поблагодарив, отказались, и Кей провела их в отцовский кабинет. Они уселись на краю стоящей там кушетки, чувствуя себя достаточно неуютно. Кей села в большое кожаное кресло отца.

Джон Филиппс начал разговор.

— Мисс Адамс, не виделись ли вы с Майклом Корлеоне в последние три недели и не получали ли от него вестей?

Одного этого вопроса оказалось достаточно, чтобы Кей выстроила целую логическую цепочку. Она читала в газетах, что три недели назад в Нью-Йорке были убиты полицейский капитан, связанный с мафией, и торговец наркотиками Виргилий Солоццо. В сообщениях об этом убийстве, которым бостонские газеты уделили первые полосы, говорилось, что разворачивается война между гангстерскими группировками. Имя Корлеоне там тоже упоминалось.

Кей помотала головой:

— В последний раз мы встречались, когда он собирался в больницу к раненому отцу. Примерно месяц тому назад.

Второй агент вмешался в разговор достаточно резко:

— О той вашей встрече нам все известно. Нас интересует, встречались ли вы с тех пор? Или получали от него письма?

— Нет, — сказала Кей.

Агент Филиппс произнес ровным официальным тоном:

— Было бы желательно, чтобы вы откровенно сообщили нам, если все-таки виделись с Майклом Корлеоне после того свидания. Это действительно важно для следствия. Я вынужден предупредить, что если вы поддерживаете контакты и скрываете это, вы рискуете оказаться замешанной в крупные неприятности. Любая помощь Майклу Корлеоне с вашей стороны может обернуться плохо для вас лично.