Чтение онлайн

– У неё непременно все наладится, - уверенно ответил Макс, - просто нужно какое-то время. Она ещё приедет к нам погостить, вот увидишь...

– Я тоже надеюсь... Эх, если бы не тот злополучный вылет! Как ты думаешь, они ведь, наверное уже поженились бы этим летом?

– Не терзай себя Настенька... К чему теперь эти предположения? Александре необходимо выходить из кризиса и продолжать жить дальше.

– Знать бы, как помочь ей преодолеть этот затяжной шок. Я и сама-то не могу забыть Влада.

Не ответив, капитан долго смотрел на раскидистые заросли папоротника, украшавшие противоположный берег. Затем, проведя ладонью по роскошным волосам жены, негромко спросил:

– Ты любила его?

– Да, Максим...
– выдержав в свою очередь паузу, ответила Анастасия.

Допив небольшими глоточками вино из походного, металлического стаканчика, она продолжила признание:

– Любил и он меня... Но тебе не стоит думать о чем-то скверном - все это жило глубоко внутри нас... Остальное происходило на расстоянии, а уж когда в его жизни появилась Сашенька, мы оба навсегда излечились от бесполезных чувств.

– Я догадывался об этом...
– задумчиво произнес Макс, - но ничего плохого о тебе ни разу не допустил в сердце.

Настя обняла мужа и, устроив голову на его плече, прошептала:

– Ты стал совсем другим в последнее время. Дай Бог, чтобы наше счастье снова вернулось...

Ближе к вечеру, окунувшись ещё разок в прохладную реку и обсохнув, супруги не спеша собрались и тронулись в обратный путь. Войдя на широкую асфальтированную дорожку военного городка, девушка взяла мужа под руку и заметила шедших навстречу широкими, размашистыми шагами пятерых однокашников Владислава. Еще за десяток шагов, они дружно и приветливо поздоровались. Лешка из полка ракетоносцев, чуть замедлив движение, поинтересовался:

– Вы с речки, граждане? Как водичка?

– В самый раз!
– проинформировал Максим, - только поздновато уж сегодня, согреться на солнышке после купания не получится.

– Ничего, когда есть повод - время и холод не имеют значения, улыбаясь, пропел майор и собрался идти дальше.

– А что у вас за праздник-то сегодня, Леш?
– обернувшись, поинтересовалась Анастасия скорее ради приличия - чтобы не пройти мимо, не сказав ни слова.

– Как, что за праздник?
– изумился летчик.
– Вы что не в курсе!?

– Нет...
– почти одновременно пожали плечами Лихачевы.

Пятеро майоров остановились и, переглядываясь, улыбались. Лешка, смакуя момент истины, с ответом медлил...

– Что случилось-то?
– нетерпеливо настаивала девушка, оглянувшись, но, продолжая медленно идти в сторону дома.

– Ну, даете...
– сжалился довольный майор.
– Весь гарнизон на ушах, а они не знают! Владька ж Берестов отыскался!

Макс с Настей как по команде остановились и, растерянно хлопая глазами, замерли, не в состоянии сказать ни слова...

– Вот и у меня была такая же реакция!
– хохотнул приятель, - с ума можно сойти от подобных новостей, да?!

– Живым отыскался?..
– все ещё не веря, пролепетала девушка.

– Разумеется! Каким же еще... Говорят, вчера из Благовещенска привезли самолетом и сразу уложили в госпиталь. Вот решили с друзьями отметить сногсшибательное событие!
– радостно объявил балагур и, махнув на прощание рукой, присоединился к веселой компании...

– Господи... Господи, какое счастье...
– шептала Настя, быстро поднимаясь по лестнице, - иди скорее отпрашивайся, Максим! Поедем завтра звонить Сашеньке! Или нет! Едем сегодня же на попутках - чтобы она не провела ещё одни сутки в страданиях!

– Успокойся, милая. Мы сделаем иначе, - открыв дверь квартиры, более уравновешенно сказал Лихачев.

– Как? Ну, говори же скорее! Боже, я ничего не могу сообразить...

– Наше почтовое отделение ещё работает. Быстренько переодевайся, и побежали давать срочную телеграмму!

– Теперь я точно знаю, за что тебя люблю!
– с изумлением глядя на сообразительного мужа, воскликнула счастливая Анастасия.

После перелета Благовещенск-Владивосток, Берестова продержали в госпитале две недели. Интенсивное и настоящее лечение опытных врачей Центрального Госпиталя быстро дало ощутимые результаты. Воспалительные процессы колена пошли на убыль, опухоль спала и офицер хоть и с тросточкой, но мог вполне сносно двигаться в течение дня. К вечеру боль в суставе появлялась вновь, утром же, после непродолжительной разминки - отпускала.

Все это время майора с завидным постоянством опекали представители КГБ, военной контрразведки и бригада следователей из военной прокуратуры. Большая часть чинов прибыла из столицы на следующий день, после размещения бывшего пленного летчика в одноместной, уютной палате госпиталя. Каждый день, сменяя друг друга, специалисты различных ведомств наведывались, в сверкавшие белизной апартаменты, и часами беседовали, задавая, как правило, одни и те же вопросы и аккуратно записывая обстоятельные ответы.

Охрану из коридора, что размещалась напротив входа в палату, и не допускавшую малейшего общения пилота с кем-либо, сняли только в день выписки. Следственная группа завершала работу во Владивостоке.

Задержав Владислава в краевом центре и на субботу, генерал, возглавлявший комиссию от контрразведки, прощался с ним в одном из кабинетов штаба Тихоокеанского Флота, разговаривая "по душам":

– Ты уж майор не обижайся...
– низким голосом говорил седой человек в штатском костюме, - мы тоже люди и понимаем, как нелепо с тобой обошлась жизнь. Хотя, некоторые считают - повезло. Но надо во всем досконально разобраться. Потерпи...

Берестов молчал. Ему было что ответить, но порой наступали часы, когда жажда справедливости и ясности будущего уступала место апатии и безразличию ко всему...

– В Москве нам придется ещё немного повозиться. Должен придти ответ в МИД от твоих душегубов. Сопоставим, доложим, и, глядишь - закончатся мучения. Коротко скажу следующее: если в ближайшее время придет вызов в столицу - радуйся. Дела пошли на поправку. Для снятия с должности, увольнения из армии, или чего ещё похуже - приглашать туда не станут. Но, быть может, захотят встретиться и для продолжения серьезного разговора...

Генерал набил табаком изящную трубку и долго раскуривал её. Затем закончил разговор фразой:

– Ну а коли не вызовут или не сочтут возможным поверить... При всем человеческом уважении к тому, что ты пережил - помочь не смогу... Тут как на мизере: сыграл в ноль - пуля закрыта, насовали взяток - гора выше всех...

В родном гарнизоне его сразу узнавали, заключали в объятия и подолгу трясли руку. Поздравляя, каждый пытался расспросить, разузнать подробности столь неординарного спасения удачливого пилота. Но молчаливый Берестов, едва улыбнувшись, отвечал на приветствия, извинялся и продолжал свой путь, опираясь на трость и не оборачиваясь...