Чтение онлайн

– Ты тут, потому что в твоих венах течёт кровь воина, малыш. Уж я-то вижу. Такие, как ты и я – волки, а не овцы. Нам нужны схватки, победы, слава. Если мы будет прозябать в безвестности или сойдём с ума и начнём копаться в земле, как эти черви – рыцарь обвёл широким жестом столпившуюся на трибунах и повсюду на поле толпу, действительно состоявшую во многом из крестьян , — то мы перестанем себя уважать. Сдохнем от тоски и совершенно без всякого смысла.

– А как же Бог? – спросил чуть приободрившийся юноша.

– А что Бог? – с удивлением уставился на него Бодуэн. – Господь создал тебя настоящим воином не просто так. Огонь и отвагу в твоё сердце Бог поселил не для того, что бы ты зарыл это всё в землю, а чтобы ты служил Ему мечом и щитом. Чтобы ты сражался за Него на поле брани и в своей душе. Мы волки, Элезар. Волки, а не овцы. И нас таким создал Господь. – после чего рыцарь перекрестился навершием меча.

Элезар повторил его жест и улыбнулся. Но это была улыбка не юноши, а оскал злого и голодного до схватки волка.

Элезар открыл глаза. Взгляд сфокусировался, и юноша рассмотрел, что лежит в обитой досками комнате, а на улице уже день, так как через открытое окно лился яркий свет. Рядом, на сундуке сидела милая девушка и занималась плетением чего-то. Лицо её было видно лишь наполовину, но зато обрисовалась в свете солнца стройная фигура, просвечивая тенью через тунику и создавая ощущение, что девушка обнажена. Из-под платка, который прикрывал половину лица и шею, выбилась прядь светлых, почти золотых волос. Нос был прямой и великоват, но не портил, а придавал какое-то очарование. Как раз в этот момент она чуть морщилась от солнца, поджав красиво очерченные губы, и носик чуть вздёрнулся, делая похожей на милого и озорного зверька. Всё в ней было какое-то кукольное и донельзя притягательное.

На короткое время созерцание красоты лишили его дыхания, а также заглушили боль.

Но потом воспоминания вернулись, а с ними и тянущая, надоевшая до сумасшествия ломота в ноге и руке. В голове снова вспыхнули картинки того боя.

Ржание лошадей, ветер в лицо. И вот Элезар несётся стремя в стремя рядом с Бодуэном навстречу соперникам.

Поправив копьё в последний момент, Элезар воткнул его в левую сторону щита соперника. Тот не успел довернуть новомодный каплевидный щит-«коршун» и принял удар всем телом. Но и сам Элезар, увлёкшись атакой, упустил защиту и потому также оказался почти выбит из седла. Но его круглый щит был удобнее, так как сам дёрнулся в сторону, а копьё соперника соскользнуло. Оба откинулись назад и были оглушены, но всё же удержались в седле. Кони же тем временем без всякой воли хозяев развернулись. Немного придя в себя, Элезар сосредоточил взгляд на сопернике. Чёрная лошадь, хороший доспех, какой-то голубой, плетёный словно растениями герб, который было в деталях не разглядеть. Лицо было полуприкрыто шлемом, оставляя под удар половину лица, но улучшая обзор. Они оба остались без копий и взялись за мечи почти одновременно, ускоряясь на встречу друг другу. Перед сшибкой натянули поводья, а мечи скрестили высоко над головой, пытаясь продавить соперника не только собственным весом, но и напором скакунов. Не вышло. Лошадь соперника ушла вперёд, а конь Элезара полуразвернулся ей за круп, подставляя Элезару спину соперника под неудобный удар правой рукой налево. И он, извернувшись в седле его совершил. «Чёрный» рыцарь попытался закрыть мечом спину, но ему не хватило гибкости и силы, и хотя отбить удар ему удалось, но меч просто вылетел из неудобно повёрнутой руки. К тому же Элезар оставался у него за спиной, и уже сознательно повернув коня, ударил сверху по шлему соперника. Брызнула кровь, и рыцарь свалился под ноги всадникам. А Элезар хотел крикнуть что-то победное, но голос изменил ему, и изо рта вырвался какой-то хрип, и юноша закашлялся. Схватка заняла минуты, не больше, но вымотался Элезар так, словно бился часами. К тому же последствия удара, пусть и отбитого, не прошли даром, чувствовал он себя неважно.

Соперник был жив, но оглушён и ранен. К ним обоим уже спешили слуги. Элезар всё же решил проявить благородство и помиловать побеждённого. Тяжело спрыгнув с коня, он двинулся к поверженному. Однако не успел он сделать и пары шагов, как путь ему неожиданно преградил другой всадник, огромных габаритов рыцарь на под стать ему выдающихся габаритов жеребце.

– Эй ты, выскочка, не по тебе будет доспех с Эспине. Прочь!

– Я…ты…вы…— от неожиданности Элезар на секунду потерялся, но тут же взял себя в руки – А ну, сам пошёл прочь! Я победил в бою и возьму то, что мне причитается! – воскликнул он, хотя секундой раньше и не помышлял о добыче, и думал лишь о помощи пострадавшему.

– Что здесь происходит? – этот вопрос задал Болдуэн, который тоже уже расправился со своим соперником, но, увидев, что что-то происходят рядом с Элезаром – поспешил к нему, лишь распорядившись о том, что бы его трофеи не забыли снять с валяющегося на земле человека.

– Этот мальчишка мне хамит – воскликнул рыцарь, который повёл своего скакуна боком прямо на Элезара. Тот попятился, но поскольку у него в руках уже был обнажённый меч, то он просто хлопнул им плашмя по заднице коня грубияна. Конь заржал и сделал скачок вперёд, освобождая дорогу юноше, а рыцарь немедленно обнажил свой клинок. Послышался и скрежет вытаскиваемого из ножен меча Болдуэна.

– А ну, прекратить! – взвизгнул подоспевший герольд. – Хотите биться – делайте это как следует, в сшибке.

– С удовольствием! – воскликнул рыцарь.

– Я готов — вскинулся юноша и услышал разочарованный выдох Болдуэна, который устало махнул рукой.

– Чего же ты так спешишь, дуралей? – распекал он его, когда они отъехали на стартовые позиции – Это явно какой-то профессиональный боец. Увидел молодого, которому повезло, и решил получить второй трофей за день. Ему непыльная работа и прибыль, а тебе убыток. Да и пришибить может, прости, но ты ему не соперник. Смолчал бы, я бы сам с ним разобрался!

– Ты сам сказал, что я волк, а не овца, терпеть оскорбления я не намерен – обиженно возразил юноша. На это Болдуэн только глаза закатил, мол, ну я не это ведь имел в виду. Впрочем, обсуждать здесь было нечего. Сменив оружие, Элезар выехал для разгона, и его конь понёсся на противника.

Копьё Элезар держал как было принято в последнее время, под мышкой, плотно прижав к телу и направляя лишь кончик. Ветер хлестал лицо, а пот заливал глаза. Никакого азарта не было, наоборот, тело стало потряхивать от предыдущей схватки. Со стыдом Элезар даже почувствовал, как трясутся поджилки на ногах. Не от страха, но от напряжения и адреналина. Однако концентрацию он потерял. Да и соперник повёл себя нестандартно.

Уже, почти сблизившись с Элезаром тот, перехватил копьё одной рукой и, выгнувшись вперёд в седле на вытянутой руке точно и без промаха, направил кончик своего оружия прямо в сердце юноше. Не мысля об атаке, Элезар лишь успел заслонить себя щитом. Успел подумать, что удар не должен быть сильным, ведь на вытянутой руке копьё не удержать. Но он ошибся. Удар был столь силён, что его выбило из седла и подбросило в воздухе. Уже падая, он понял, что не успевает сгруппироваться. С грохотом и лязгом он обрушился плашмя всей спиной на землю, да ещё и голова дёрнулась, зубы клацнули, едва не прикусив язык и дальше темнота.

– Жив, слава Богу жив! – услышал, как сквозь туман Элезар, когда начал выплывать из беспамятства.

– Не трогайте его! У него могут быть переломы! Поднять и потрясти, идиоты в любом времени одинаковы – снова услышал он тот же голос и, наконец, понял, что это Александр.

– Там моя добыча – услышал он бас сбившего его соперника.

– Скажите, куда прислать, оружие и доспехи ваши, не обязательно раздевать его прямо здесь – снова голос Александра. Элезар попробовал встать и сказать, что с ним всё в порядке, боли он не чувствует, но когда он попытался, то не смог. Его охватил ужас, он снова попытался встать, и его тело пронзила страшная, невыносимая боль. И опять забытье.

В следующий раз в себя он пришёл уже в светлой комнате, которая не походила на их комнату в приюте для паломников. Здесь было широкое окно, какая-то мебель и в целом довольно просторно.

Раздетый, омытый, жёстко перемотанный Элезар не знал, сможет ли пошевелиться, и боялся проверять. Левая рука его была зафиксирована какими-то палками и покоилась в ящике, как и нога. Тело также покоилось на жёстком каркасе, примотанное тряпками и верёвкой. Слева от кровати двое вели беседу, и Элезар всё же рискнул повернуть к ним голову. Ему это удалось без всяких последствий. Говорящими оказался Александр с каким-то монахом. Но вскоре по их разговору юноша понял, что это не монах, а доктор. Впрочем, одно вовсе не мешало другому. Они обсуждали лечение Элезара и так увлечённо, что даже не заметили его пробуждения. Хотя они говорили на латыни, но Элезару трудно было уловить смысл их беседы. Что-то про «здоровье»* (*«санитария» на латыни — «здоровье»), мытьё рук, пользу каких-то приборов для растяжения. Причём говорил больше Александр, а доктор его внимательно слушал и соглашался с доводами. Элезар попробовал шевельнуть не закрытой в короб рукой, и хотя ему это удалось, в шею и спину стрельнула такая сильная боль, как если бы ему вогнали туда клинок. Не выдержав, больной, застонал, а его друг немедленно бросился к кровати, прекратив просвещать доктора относительно его же профессии.