Крестьянство России в Гражданской войне: к вопросу об истоках сталинизма
Шрифт:
В районах, сильно удаленных от центра желдорог и важных путей, борьба с бандитизмом в первую очередь должна вестись в районах, прилегающих к ним, с целью не допускать развития там бандитизма;
Если обнаруженная банда местного образования и пассивна, то желательно оставить ее в покое, тщательно наблюдая за ней и, если возможно, агитируя за прекращение бандитизма, гарантируя участникам неприкосновенность в случае сдачи оружия и раскаяния;
В случае проявления бандой активности, грозящей существованию хозяйства, жизни совработников, кооперативов, желдороги и других жизненных центров уезда, принимать быстрые, решительные меры к локализации этой активности;
Должна быть сохранена система заложничества семей главарей с наилучшим обращением с заложниками, ухудшая его в связи с проявлением активности со стороны начальника шайки и освобождая их, если главарь раскаялся и вернулся к обычному труду;
Наилучшее обращение с перебежчиками и пленными, помня, что многих из них загнал в банду голод, а иногда и незаконные действия агентов местной власти. Только при вторичном пленении или в случае обнаружения за ними тяжких преступлений в отношении соввласти держать под строгим надзором и отдавать под суд, только при действительном установлении сопротивления — беспощадная расправа;
Отнюдь не допускать каких-либо дебоширств со стороны красноармейских частей в отношении местного населения. Сурово карать за малейшие проявления мародерства. Нужно раз навсегда усвоить всему комсоставу и красноармейцам, что население голодает, холодает, и поэтому весьма болезненно реагирует на подобные поступки Красной армии и агентов власти, и у него создается впечатление, что Красная армия и советская власть не защищает их, а наоборот, обирает;
С целью сохранения скрытности операций в донесениях не упоминать о своих намерениях на будущее, а сообщать лишь, когда задача начала выполняться и как идет ее выполнение. Сам приказ с заданием лучше посылать нарочным, а задачу шифром по телеграфу;
Части, действующие в соседстве, обязательно должны обмениваться своими распоряжениями и намерениями, чтобы не произошло несогласованных действий, а еще хуже, недоразумений вроде перестрелки между собой и т. п. При ведении борьбы с бандитизмом местным властям следует особенное внимание обратить на разведку агентурную и войсковую. Вследствие создавшихся условий в Поволжье в связи с неурожаем банды производят грабежи местных совхозов и прочих складов, дают возможность населению также заниматься самоснабжением, чем и привлекают его симпатии на свою сторону. Зачастую при опросе местного населения таковые, относясь сочувственно к бандитам или боясь мести с их стороны, дают ложные сведения и настолько разноречивого характера, что вывести какие-либо заключения невозможно. Вот почему на первом месте стоит вопрос об организации агентурной разведки средствами и силами местных органов власти, кои будут втянуты в борьбу по ликвидации бандитизма и восстаний. Только посылая своих людей, верных и преданных Соввласти и специально подготовленных по ведению тайной разведки в пункте, где предполагается восстание, в пункты, подлежащие вероятному захвату бандитами или уже занятые ими, можно путем тайной разведки более точно установить численность банд, главаря ее, деревни, относящиеся к бандам сочувственно, отдельных лиц, заинтересованных в продолжении существования бандитизма, намерения банд, вооружение, источники его пополнения и получения продфуража. В отношении ведения войсковой разведки надо помнить одно: раз установлены боевые соприкосновения с бандой, никогда не теряться. Исходя из соображения, что банды слишком подвижны, разведка главным образом должна вестись конницей. Подвижность банд ставит неотложным требование своевременности доставки разведкой сведений начальнику, высылавшему ее, или в соответствующий штаб к соседям для принятия тех или иных мер борьбы. Сведения, запоздавшие даже на одни сутки, теряют всякую ценность, вводят в заблуждение, а иногда вызывают совершенно ненужную и уже запоздавшую перегруппировку войсковых частей. При ведении борьбы с бандитизмом мелкими войсковыми соединениями охранение расположения ложится почти всегда на разведку, каковая должна вестись особенно тщательно, во избежание внезапных нападений. При движении обозов и расположения их на месте к таковым придавать непременно прикрытия, поступающие в распоряжение начальника обоза, каковой всецело отвечает за его сохранность. Полевые войска ведут борьбу в районах, где отмечаются крупные банды, проявляющие активность. Забота по ликвидации мелких банд на пассивных участках (в менее подверженных бандитизму уездах) должна ложиться всецело на уездную милицию и отряды особого назначения, а разведка — на политбюро. Для обеспечения успеха операций местных отрядов необходима гарантия содействия частей соседних участков (уездов), что может быть достигнуто только при своевременной информации и связи с войсковыми начальниками районов и ближайшими штабами полевых частей»{698}.
Согласно приказу Реввоенсовета Республики от 9 декабря 1921 г. за № 2792–483, борьба с бандитизмом на территории Поволжья возлагалась на органы ОГПУ «с привлечением в нужных случаях полевых войск». При этом оперативное руководство этой борьбой оставалось в руках военного командования, действующего в полном контакте с Окружным совещанием по борьбе с бандитизмом{699}.
Используя тактические приемы, разработанные командованием на основе предшествующего опыта борьбы с крестьянским движением, во второй половине 1921 г. части особого назначения уничтожили многие повстанческие отряды и вынудили оставшихся или рассеяться или сдаться власти. К 1 декабря 1921 г. на территории ЗВО, но агентурным данным, в отрядах повстанцев оставалось менее 800 человек, почти в двенадцать раз меньше, чем весной 1921 г. (табл. 13 приложения 2).
Борьба с крестьянским повстанчеством в Поволжье на завершающем его этапе находилась под постоянным контролем высших органов власти страны. Для ее успешного ведения в регион направлялись ответственные работники, имевшие большой опыт борьбы с крестьянским движением в других районах страны. В частности, 20 апреля 1922 г. президиум ВЦИК утвердил уполномоченным ВЦИК по борьбе с бандитизмом в губерниях Поволжья и Урала председателя Самарского губисполкома В.А. Антонова-Овсеенко [одного из руководителей подавления «антоновщины» в Тамбовской губернии. — В. К.]{700}. В «вопросах борьбы с бандитизмом» ему были обязаны подчиняться все «административные учреждения местной власти, органы ГПУ, военное командование» Симбирской, Саратовской, Самарской, Уральской и Области Немцев Поволжья{701}.
Кроме сугубо силовых действий против повстанцев были использованы и меры агитационно-пропагандистского характера. В частности, объявлялись месячники по борьбе с бандитизмом, недели добровольной явки «бандитов», в ходе которых явившимся с повинной членам «банд» гарантировалась личная неприкосновенность{702}. Практиковались воззвания к повстанцам от односельчан, призывавших их порвать с бандитизмом и вернуться к мирной жизни{703}.
О добровольной сдаче повстанцев широко писала местная пресса. Особенно большой резонанс имели публикации с сообщениями о сдаче властям наиболее известных повстанческих командиров. В частности, широко освещался факт добровольной сдачи одного из известнейших главарей поволжского повстанчества М. Пятакова. На эту тему в «Известиях» Саратовского губисполкома и губкома РКП(б) было опубликовано четыре заметки, в том числе покаянное письмо самого Пятакова. В нем крестьянский вожак заявил: «Восемь месяцев я предводительствовал бандитским отрядом… узнав о братском прощении… я сразу явился со своим отрядом и сдал оружие… Узнав о братской встрече и приеме моего отряда и получив мои письма, явились бывшие ранее под моим командованием отряды Рассохи и Шаповалова… Искренне сожалею о тех, еще не сдавшихся бандитах, надеюсь, что они в самом ближайшем времени тоже последуют моему примеру… Да здравствует всероссийские вожди пролетариата Ленин и Троцкий»{704}.
Наряду с силовыми и агитационно-пропагандистскими методами местные власти использовали и такой новый прием борьбы с повстанчеством как материальное вознаграждение населения и военнослужащих за поимку главарей повстанцев. В частности, за поимку Серова приказом командования ПРИВО за № 0037 была назначена награда в 2 млрд. рублей{705}.
К концу 1921 г. в развитии повстанческого движения произошел окончательный перелом. Основные его силы были разбиты. Остатки или добивались, или сдавались властям. Победу удалось одержать прежде всего при помощи силовых методов, на повстанчество была обрушена вся сила государственного репрессивного аппарата.
§ 2. Завершение крестьянского движения
Со второй половины 1921 г. повстанчествоа начинает постепенно терять социальную базу. Происходит это под воздействием трех взаимосвязанных между собой факторов. Первый из них уже охарактеризован нами. Это предпринятые государством силовые действия, физический разгром наиболее непримиримых повстанцев, их основных отрядов. Сформировавшаяся во второй половине 1921 г. государственная система борьбы с вооруженным повстанчеством не оставляла ему никаких шансов на успех. Два других фактора имели объективный и необратимый характер. Прежде всего, это страшный голод, обрушившийся на поволжскую деревню в конце 1921 — начале 1922 гг., из-за которого крестьяне просто физически не могли принять активное участие в восстании. И, во-вторых, переход к новой экономической политике, что ликвидировало почву для крестьянского недовольства. Оба эти фактора оказали решающее влияние на изменение политических настроений крестьянства.
О том насколько ужасным стал для крестьян Поволжья голод, свидетельствуют сводки ГПУ:
7–10 января 1922 г. Татреспублика: «На 1 января голодающих насчитывается 1 929 556 человек. Процент смертности увеличивается. В пяти кантонах за неделю умерли от голода 6535 человек, заболели 34 405 человек».
20 января. Самарская губерния. Госинфсводка № 6: «Голод дошел до ужасных размеров: крестьянство съело все суррогаты, кошек, собак, в данное время употребляют в пищу трупы мертвецов, вырывая их из могил. В Пугачевском и Бузулукском уездах обнаружены неоднократные случаи людоедства. Людоедство, по словам членов волисполкома Любимовки, принимает массовые формы. Людоеды изолируются».