Крик чайки
Шрифт:
– Мне нужно уже вернуться к работе. Сестре Сельме будет сложно справиться одной.
– Ах да, ещё и эта нерасторопная глупая Сельма! – ругалась та, и Александра, стиснув зубы, заставила себя наградить её многозначительной улыбкой.
– Даю обещание улучить минутку, и я загляну к вам снова! – и тут же ушла.
Александра сидела в кухне у распахнутого настежь окна и не чувствовала ни свежего воздуха, ни слов возмущающейся снаружи госпожи Эстер. Взором, словно нещадное солнце, женщина смотрела на не реагирующую на распоряжения Александру.
– Нет, – негодовала хозяйка дома, бросив на неё укоризненный взгляд, и направилась к бордовой машине, – остатки здравого смысла вылетели в окно!
Александра выскочила из особняка и решительно зашагала к домику прислуги. Поднявшись в комнату, она вытряхнула на пол оставшиеся вещи из чемодана и схватила конверт. Прижав его к груди, она почувствовала, как сильно тоскует по бабушке, которая думала о её будущем ещё задолго до того, как её внучка научилась говорить. Утерев глаза, она сунула конверт под блузку и вернулась в особняк.
– Постой-ка, я за тобой не поспеваю! – всплеснула руками Сельма, и Александра притормозила. – Я же вижу, что-то стряслось, но можно ли игнорировать слова госпожи Эстер?
– Я вернусь через мгновение, – обещала Александра, – госпожа Азизе ждёт меня.
– Я не думала, что ты придёшь так скоро! – сказала старушка, выключив телевизор и швырнув пульт в ноги. – Так на чём мы остановились? – спросила та, задумчиво разглаживая шею. – Давай-ка прочтём, что она тут пишет! – с задором воскликнула госпожа и, усевшись поудобнее, принялась просматривать даты на конвертах.
Александра выудила из-под блузки седьмой конверт и протянула ей со словами: «Начнём с этого?»
– Что это? – спросила она, надевая очки на длинной цепочке.
Девушка молча придвинула стул и села рядом:
– Хорошо, однако, что таких родственничков не было в её жизни.
Старушка бросила недружественный взгляд и сдвинула брови:
– Ты хоть знаешь, о ком идёт речь, девочка?! – рассердилась она и яростно развернула лист. Глаза её бегали по строчкам, и тонкие, едва заметные брови ползли к двум глубоким морщинам на лбу.
– Сегодня прямо день впечатлений, не так ли? – спросила Александра, поднявшись, и госпожа Азизе медленно оторвала взгляд от дрожащего листа. – Я оставлю тебя, бабуля, – сказала девушка, подчеркнув последнее слово, и её улыбку сменил презирающий взгляд.
Глаза старушки округлились. Схватившись за сердце, она хватала ртом воздух и показывала куда-то на стол. Обернувшись, Александра увидела таблетницу. Девушка с болью смотрела в пустоту, не двигаясь с места, когда в комнату заглянула Сельма. В ужасе взглянув на госпожу Азизе, она ринулась к столу и рылась в таблетках. Дрожащими руками налив из графина воды, Сельма бросилась к ней и, приподняв голову, помогла принять лекарства. Немного успокоившись, старушка лежала, почти не моргая. Вызвав скорую помощь, Сельма встала прямо перед Александрой, дёргая её за рукав.
– Вызову врача, а ты скажи Эриму, чтобы сообщил господину Нихату, – впопыхах сказала она и поспешила к телефону.
Александра, собрав конверты, шмыгнула носом:
– Нерасторопная глупая Сельма только что спасла вам жизнь. Но не знаю, стоит ли она чего-то.
Когда врачи диагностировали у госпожи Азизе инсульт, её сын тяжело переживал. Рядом с ним всегда была Эстер, готовая поддержать мужа.
– Пусть наша прслуга присматривает за ней, будет хоть какой-то толк, – вдруг сказала она и, поднявшись, скрестила руки на груди.
Нихат сдвинул брови в знак несогласия:
– Её зовут Александра. И это не её работа.
– Она будет готова сидеть у койки сутками, только поспевай выписывать чеки! – усмехнулась Эстер и вышла из комнаты.
«Приехали, приехали!» – воскликнула выбежавшая из кухни Сельма. Александра без энтузиазма встала у окна, прислонившись виском к оконной раме.
Машина с тёмными, тонированными окнами остановилась напротив входа в особняк. Мужчина вышел и, сплюнув зубочистку, поправил стоячий воротник алой рубашки. Поморщившись, Александра сразу невзлюбила его. Без устали наслаждавшийся своим отражением в зеркале бокового вида, он походил на Дон Жуана, но его внешний вид скорее напоминал предводителя мафии, нежели похитителя женских сердец. На асфальт опустилась тонкая изящная женская ножка в туфле с ремешком на щиколотке. Женщина запахнула жакет и взглянула на особняк снизу вверх. Её завитые кудри каштановых волос роскошно ниспадали на плечи. Ямочка от улыбки осторожно проявилась возле губ, словно она боялась ревностного упрёка мужа. Где-то в глубине души Александре хотелось надеяться на её женское деликатное соучастие, но умом она понимала, что этому не бывать.
«Наверняка ещё одна госпожа, будет мнить о себе невесть что, и ей придётся так же безукоризненно прислуживать», – рассуждала Александра про себя, отклеившись от огромного панорамного окна в гостиной.
– Веди себя учтиво, – наказала Сельма и поспешила встречать гостей.
Накрывая ужин на пять персон, Александра увидела вошедшую в дом госпожу вживую. Она была ещё красивее и совсем не походила на госпожу Эстер. Разве что аккуратный тонкий носик. Но кто знает, сколько пластических операций сделала госпожа Эстер? Женщина больше походила на господина Нихата: голубые глаза, открытый дружелюбный взгляд, обнадёживающий Александру, тёмно-каштановые волосы, обаятельная улыбка. Женщина выглядела очень молодо, лишь морщинки у глаз говорили о пережитых проблемах и горестях. Её вязаный белый жакет с чёрным кантом сидел на ней очень эстетично, а идеально подведённые глаза чарующе сияли, словно она вышла с обложки журнала «Vogue» 1960 года. Нежная и хрупкая, одетая скромно, но со вкусом… Она молча наблюдала за тем, как девушка умело и ловко справляется с домашними делами в одиночку. Александра энергично накрывала на стол, стараясь выполнить всё в лучшем виде. Столкнувшись с незнакомой госпожой, она сделала почтительный поклон, слегка согнув ноги в коленях, и скрылась в кухне. Женщина изумлённо улыбнулась и поинтересовалась, где госпожа Азизе, и Эстер проводила её до спальни. Тихонько опустив ручку, она прошла внутрь и уселась на край кровати. Пожилая женщина вскоре открыла глаза и посмотрела на неё, будто не узнавая.
– Ах, госпожа Азизе, что ты сделала… – горько вздохнула женщина и отвела взгляд. Ей больно было видеть её такой. Поправив одеяло, она ещё раз с тоской взглянула на старушку и ушла.
Когда все обязанности сегодняшнего дня были выполнены, Александра встала перед особняком, глядя в небеса, будто моля о подсказке.
– Я бы после такого суматошного дня, наверное, валилась с ног! – вдруг послышался голос за спиной.
Александра вздрогнула от неожиданности и, обернувшись, в полумраке увидела надвигающуюся женщину в длинном вязаном кардигане.
– Госпожа…
– Бирсен. Просто Бирсен, – сказала она в полуулыбке.
Александра смущённо кивнула, думая о том, что некоторые, чтобы не ущемлять достоинство других, отказываются от формальностей, а кто-то считает оскорбительным, когда не произносят их «титул». Какие разные сословия, какие разные приоритеты.
– А тебя, кажется, Александра зовут? – Бирсен доброжелательно протянула руку. Александра и подумать не могла, что у кого-то её присутствие может вызвать улыбку. – Приятно познакомиться.
– Мне тоже, – подала девушка правую руку, а левой застенчиво заправила прядь волос за ухо.
Бирсен перевела взгляд на щеку девушки, которая пылала пламенем. Заметив это, Александра поспешила объясниться: «Кажется, аллергия от чего-то» – и, пожелав доброй ночи, поспешила к домику прислуги. Она решила, что непременно нужно отвлечься, когда обида накрыла её лавиной при воспоминании событий сегодняшнего дня. Девушка заварила чай и присоединилась к просмотру сериала, но уже не слышала, о чём говорят созданные кем-то герои с их вымышленными проблемами. В эту минуту она ненавидела их всех. И всё же от этой злосчастной семьи два человека, определённо, отличались. Быть может, она недостаточно хорошо знает своего отца и эту новую госпожу, но редко когда ошибалась в людях.