Чтение онлайн

– Так значит вы с Калининграда? – осторожно спросил Захар.

– Да, - тяжело вздохнул Антонович. – На Больничной жил, в 21 доме.

– Неподалёку от «Плазы», знаем, - утвердительно сказал я.

Мэр грустно взглянул на меня и буднично спросил:

– Вы давно здесь?

– Со вчерашнего дня, - Захар невозмутимо взял с тарелки кусок жареного мяса и откусил кусок. – А вы?

– Поняли хоть куда попали? Или Граф не объяснил?

– Граф мёртв, - твёрдо произнёс Морозов. – Мы сами не поняли, как и чего, раз и тут…

– Во блин, - искренне удивился Антон, покачал головой и разлил водку. – И как тогда вам удалось найти портал?

– Долгая история, - пожал плечами я. – А вы, смотрю знаете, что к чему во всех этих перемещениях.

– Ну как сказать, - ещё раз грустно вздохнул мэр, и опрокинул в себя содержимое рюмки. – Тоже долгая история, – он вдруг совершенно серьёзно взглянул на меня. – Я сам всю жизнь, прошлую жизнь, если говорить точнее, проработал слесарем на «Северной» ТЭЦ, что между Горького и Нарвской. Знаете, да? Вот, ремонтировал ПТВНы и ДКВРы, жил как овощ, от зарплаты до аванса, с матерью старушкой. Она у меня больная вся… - Антон с каким-то отчаянием взмахнул рукой. – Балбесом был по молодости, всё гулял… Догулялся, что так и не женился. Всё думал, вся жизнь впереди, как в песне, а тут раз, а на пороге сорок пять лет. Плыл по течению куда-то, не пытаясь барахтаться, ни целей, ни приоритетов. Выпивал, само собой. Ну в один из бесконечных дней сидел я в маленькой рюмочной на автовокзале у Южного жэдэ вокзала.

Я кивнул. Это место знаю хорошо. Частенько ожидая автобус до родной деревни, заходил туда пропустить пару стопок вонючей тёплой водки под бутерброд с заветренной селёдкой. Помещение маленькое, буквально три на пять, и половина этого места отведена под зал с одной большой и грязной столешницей, заменяющей все столы разом. Тошнотворное местечко, но когда на душе тоска, в самый раз. Хлопнуть водки в вынужденной компании с каким-нибудь потрёпанным и мрачным посетителем, то и дело кидающим взгляд на часы. Автобусы то никого ждать не будут.

– Сижу в этой рыгаловке, уже порядком выпил, - продолжал Махоркин. – Тут дед какой-то подсаживается рядом, мы с ним разболтались, показался мне чудным. Даже очень. Разговорились по душам – тот тоже одинокий, живёт в какой-то дыре у польской границы. Встретились родственные души.

Ну он меня к себе в гости и позвал, поехали, бухло есть, посидим. Можно баньку, можно и тёток деревенских организовать. Махнул я рукой и согласился. Домой идти не хотелось, так что рванули мы на автобусе к Графу. Это бы он, да… Нажрались мы тогда в кашу просто. И я ему на уши присел, мол, жизнь моя гавно, лишена смысла, да и вообще всё пропало. Не хочу жить.

И он меня спрашивает, мол, а не хотел бы ты её начать заново? Но уже с начальным капиталом и в другом месте. Я ответил, что был бы счастлив. Он опять спрашивает – ты уверен, точно уверен? Как никогда, отвечаю. У тебя есть шанс, говорит, сегодня твой день. Ну он мне глаза завязал, и мы куда-то долго шли. Затем я оказался в этом мире с запиской от Графа и полным рюкзаком лир с золотом. Прочитал я записку и волосы дыбом – во попал! Ещё с такого бодуна… А в записке, значится объясняется, что это за места такие и что к чему.

– Было бы любопытно узнать, - подал голос Морозов.

– Что в записке? – усмехнулся Антонович, вновь разливая водку по рюмкам. – Так и так мол, попал ты Антоша в другой мир, совсем недавно переживший зомби катастрофу. Даю тебе флаг в руки и мешок с баблом, крутись, живи, и радуйся жизни. И я уже тут пять лет без малого. Городишко этот совсем никудышный был, срали на улицах и жопы не подтирали. Народ одичал совсем, у всех крыши съехавшие после истории с зомбаками.

– А что за история?

– И этого не знаете? – цокнул языком мэр. – Этот мир был чем-то вроде нашего, с государствами и правительствами, банками и армиями. Вот, сейчас мы находимся на восточной территории бывшей Лапотании. Есть и западная, но там совсем другая песня.

При этих словах мы с Захаром переглянулись. Вот откуда, значит, ноги растут. А мы всё на несчастных фашистов грешили…

– Хорошая, по слухам, богатая страна, типа вашей Америки, но двадцать лет назад разразилась целая катастрофа. И весь мир пал под натиском всё увеличивающейся армии зомби. Мало кто уцелел, государства тоже пали. Выжившие скучковались по укреплённым местам, вроде нашего Стола. Тут до Беды военные проживали. А теперь мы. А я, как сюда попал, обнаружил в себе коммерческую и организационные жилки. Жить захочешь, ещё те то в себе найдёшь. Ну я и прибился к Столу, а уже через два года стал самым богатым торговцем. Через полгода мэром.

Женился, ребёнку год, девочка у меня. До сих пор сам себе удивляюсь. И держу этот город в кулаке. За оградой, в степи пожалуйста – режьте друг друга, убивайте, трахайте и грабьте. А в городе ни-ни, сразу мои ребята из стражи за жопу возьмут. А иначе никак. Покажешь слабину – сожрут. И с тех пор не видел больше Графа, никого с той стороны портала. Но все знают – о чужаках докладывать мне лично. И это оправдалось, я вышел на вас.

– И что вы от нас хотите?

– Одну услугу, парни, - развёл руки Махоркин. – Я хочу вернуться в Калининград за матерью. Если она жива, – он сглотнул. – Отплачу золотом, чем хотите. Туда-сюда мотанёмся и всё. Вы же знаете местоположение портала?

– Знаем, - утвердительно сказал Захар. – И поможем вам.

– Спасибо, - взволнованно воскликнул Антонович. – Спасибо ребята… Так когда вы прибыли сюда?

– Вчера в обед, где-то.

– Как я слышал, порталы работают раз через трое суток. Значит послезавтра.

– Порталы? Их что, много? – недоверчиво переспросил я.

– Есть ещё два, идут в иные миры, - кивнул мэр. – Но это совершенно секретная информация. Знаете, сколько я вбухал золота, чтобы узнать хоть крупицы этой информации? Очень много.

Он помолчал и спросил:

– А ваши планы какие? Если не секрет?

– Вернуться домой и забыть всё как страшный сон, - честно ответил я. – Прихватив с собой пару ящиков " Рандовского".

– Распробовали, да? – ощерился Махоркин. – Я на нём год сидел, очень нравилось. А сейчас блевать охота от одного только запаха, так приелось. Будет вам «Рандовское», всё будет…

– И охота мать тащить в такую глушь? – вдруг спросил Морозов, и улыбка слезла с лица мэра.

– Забираю мать и уезжаю отсюда, задолбало всё здесь, - он черканул ребром ладони по своей шее. – Забыл упомянуть, что за всеобщим порядком в этом сраном мире следят Отряды Зачистки. Кто они, откуда взялись – тайна. Уверен – из другого мира. И ещё одно – поговаривают, что зомби- шоу это их рук дело. Освободили этот мир для себя, сейчас устанавливают порядок и параллельно монтируют нефтяные вышки и роют карьеры золотодобычи. Ведут себя как хозяева, даже через чур… - при этих словах мэр заметно помрачнел.
– И эти ребята подчистую освободили от зомбаков одно живописное место в западной Лапотании. Там реально рай на земле. Сейчас покажу…

Антон вытащил из стола стопку больших и ярких фотографий, положил перед нами промеж тарелок. Взял одну из фоток – на берегу лазурного моря в окружении пальм, торчащих из белоснежного песка, величественно раскинулся огромный шикарный особняк, считай дворец настоящий. А на крыльце счастливо улыбается Махоркин, стоя с бокалом и в одних трусах. Неплохо…

– Мой домик, сейчас там моя семья, - гордо пояснил Антонович, стоя сзади и заглядывая через моё плечо. – Неплохо для слесаря из кочегарки, да? Купил месяц назад, все дела туда перевёл, организовал прибыльный бизнес, вчера в бане бумаги подписали мне. Местные воротилы приняли как своего… Но. Не мог уехать отсюда, всё чуда ждал, ждал… Не мог я без мамки уехать, понимаете?