Чтение онлайн

Женя вёз нас до отеля, пока я была в своих мыслях, а Бэд равнодушно смотрел в окно.

— С Весной всё в порядке? — вдруг поинтересовался гитарист.

— Думаю, она нервничает перед концертом.

— Как и все мы… — словно возразил он мне.

— Да, но не все мы мечтали встретиться с Томасом. — Имя солиста no sense как кость поперёк горла встало. Как тяжело было его произносить вслух… — Она долго к этому шла, а теперь, когда всё практически совершилось, думаю, она поняла, насколько далеко зашла, какой сильной оказалась. Пусть всё обдумает.

— Поверить не могу, что уже завтра мы выступим все здесь, в Америке… — Женя тоже был на взводе, в отличие от нас с Бэдом он счастливо улыбался.

И когда мы все оказались в номере, он предложил выпить. Но у меня настроения не было, а Бэду понадобилось куда-то уйти.

— Кажется, ты недавно завёлся отличным собутыльником, — усмехнулся Бэд, вновь зашнуровывая обувь.

— Да от вас, какашек скучны, х одна депрессуха идёт. И правда, позвоню я Лиаму!

— Удачи, — мы махнули басисту с Бэдом одинаково, после чего я пошла в свою комнату, а гитарист на улицу.

Лиам. Он видимо тоже не сказал Жене, кто на самом деле такой. Но вспоминая друга Мейса, с которым я пересеклась перед конкурсом, не скажу, что он похож на того милого паренька-барабанщика, что скрывается всегда под толщей чёрных очков и в милой худи. Волосы Лиама были отчасти покрашены всегда в яркие синие или зеленые цвета, а тот…

Тот был черноволосый, холодный и мрачный, прямо как Лукас, их гитарист, которому же Томас и покупал не день рождения при мне набор пирсинга. Ведь на лице парня было проколов несчётное количество.

Стало жаль Женю, его обманули так же, как и меня…

Я вышла на балкон и случайно посмотрела на океан, что переливался под светом фонарей и восходящей луны. Вчера я и не заметила, какая оказывается на небе она огромная, а еще практически полная. И ведь если бы не океан, который смыл ложь и фальшь между нами, открыв правду, сегодня, даже сейчас, я бы возможно прогуливалась вдоль берега с Мейсом, держа его за руку.

И прошлой ночью бы мы кутались в объятиях друг друга, послав ко всем чертям мир, наплевав на то, что знаем друг друга совсем не долго, ведь для нас это не имело значения.

Но теперь я поняла, что случайно поддалась этой лёгкости. Я видела, какие доступные девушки стали для Жени и Бэда после прихода нашей популярности, как после концерта они могли выбрать себе любую, поманить пальчиком и провести вместе столько, сколько того захотят парни, ведь им даже возражать не станут.

Томас тоже к этому привык, но тут встретил девушку, которой не он пел, а наоборот, и решил бросить себе вызов?

Я тихо вздохнула и заплакала. Это было неправильно. Я пыталась найти недостатки в Мейсе, хотя понимала, что сейчас мы не вместе только по моей вине. Я тоже скрыла от него, что вокалистка, я не имела права требовать правды. И это я сбежала, даже ничего не объяснив ему. Мне необходимо было рассказать ему, даже если не всё, но хотя бы часть. Он заслуживал правду хотя бы тем, что сделал меня такой счастливой за эти дни.

Я взяла мобильный и зашла в инстаграмм, где в директе мы с ним переписывались. От него висело всего одно сообщение, написанное еще вчера вечером.

«Было бы здорово получить объяснение, если тебе было так же хорошо эти дни, как и мне. Напиши мне, я хочу поговорить. »

Ох, Томас… Конечно мне было так же хорошо, если не лучше. Руки сами прижали телефон к сердцу, как будто так бы меня он услышал. И пусть я уже давно плакала, глаза резало, скулы немного сводило, мне всё еще было больно. Мне оставалось только одно, что я и сделала, перебирая дрожащими пальцами по экрану.

«Я Сирена из Ла-Вин.»

Только отправить так и не смогла. Томас об этом бы и так узнал, на день раньше или на день позже. Завтра, когда он увидит меня на сцене, сам всё поймёт. Даже если и не Весна, рано или поздно нам бы пришлось расстаться из-за графиков работы. Сидней и Москва слишком далеко друг от друга, и ровно на таком же расстоянии находились бы мы.

Перелёты, концерты, случайные встречи на пять минут — это не входило ни в чьи планы, в отличие от маленького домика на берегу океана и большой семьи.

Почему в голове стояла картинка, как мы с Томасом вдвоём?! Это было слишком не честно, невыносимо больно. Мне двадцать один, и стоило задуматься на мгновение о романтике, как жизнь преподнесла её мне, а затем вырвала вместе с сердцем, предоставляя выбор.

На чашах были дружба с Весной или любовь с Томасом.

Я стёрла сообщение и выключила телефон.

Прости Том, но в данном случае мой выбор был очевиден…

Весна закрывала глаза и видела всё ту же картину. Дверь закрывается, скрывая собой сильную спину, покрытую татуировками.

— Буду утром.

Ровный и уверенный голос, от которого хотелось кричать. Весна делала громче музыку, сильнее била по барабанам, чувствуя, как руки устают. Но ничто не могло сравниться с тем, что происходило внутри. Девушке было страшно, но она никому не могла рассказать об этом.

Подруга слишком внезапно исчезла из её жизни, брат обрёл друга, а Бэд…

Песня сменилась более энергичной, Весна отбивала ритм, не пропуская ни удара, не открывая глаз. Руки сами знали, как двигаться, всё было на механическом уровне. Всё шло от сердца, которое разрывалось.

Уходящий из отеля на ночь Бэд исчез, теперь перед глазами были её собственные руки, которые разжали прошлой ночью ладонь Ники. Сердце пропустило второй глухой удар, когда сквозь память на Весну вновь посмотрела пара голубых глаз, которые смотрели на неё каждый день с экрана телефона.

Конечно девушка сразу же узнала на фото того, кто оставался мечтой уже больше, чем год. И пусть волосы были другого цвета, а татуировки каким-то образом скрыты, это не помешало закусить губу, чтобы не раскричаться прямо в комнате от боли.

Пусть мечта практически исполнилась, любимые оказались рядом, а недоброжелатели остались так позади, что больше не могли дотянуться. Почему же тогда сейчас Весна чувствовала себя несчастной? Почему внутри всё разрывалось от боли? Почему по щекам текли слёзы, в наушниках играла музыка на полной мощности, а руки отбивали такой мощный и быстрый ритм?

Завтра предстоял концерт, который должен был заявить о существовании такой группы, как Ла-Вин. Теперь будет больше поклонниц у «очаровашки Жени», «Плохого мальчика Бэда», «завораживающей Сирены» и «таинственной Монстрицы». И тогда они достигнут того уровня, что и no sense, Весна и Томас смогут поговорить, только…