Чтение онлайн

Московская милиция не долго ломала голову по поводу заказного убийства какого-то там авторитета из Ижевска. Приехал молоденький столичный «оперок», покрутился, опросил несколько человек, «рванул» пару пузырей глазовского «калаша» и уехал.

Версий убийства было немного. Самая главная — Гороха «исполнили» касимовские киллеры. Спустя три года после смерти «заказчика». Деньги заплачены, и работу надо выполнить. Вторая версия убийства — результат «разборок» за некоторые совместные коммерческие махинации Гороха с Зуряном и Маклаем. Третий мотив заказного убийства мог скрываться в тайных сторонах предпринимательской деятельности покойного. Была еще четвертая, малоизвестная широкому кругу версия — у Гороха возникли неприязненные личные отношения (в деле замешана женщина) с одним важным жителем города Москвы.

Рубеж веков, рубеж тысячелетий. Кровопролитные сражения между «бобовыми» и «блатными» давно закончились полной победой последних. Убиты Касим и Горох, сферы влияния криминального бизнеса поделены и согласованы, но «мочилово» все равно продолжается. Крутые «мочат» блатных, блатные «мочат» авторитетов, авторитеты «мочат» новых русских. Все смешалось. Причем «мочилово» идет не только в Ижевске, но и в других городах республики.

Андрей Фонарев, 1973 года рождения, кличка Фонарь, и Константин Шайдуров (того же года рождения), кличка Шаня, вместе отбывали срок в одной колонии — учреждении я/ч 91-6, поселок Люга. Оба вышли по УДО (условно-досрочное освобождение), но с той лишь разницей, что Фонарь «зону топтал» по серьезным статьям: изнасилование, разбой, похищение и убийство, а Шаня загремел за банальную кражу.

Они были земляками — уроженцами Воткинска, и по выходе на свободу дружбы крепкой тюремной не растеряли. Шаня занялся коммерцией под бандитской «крышей», завел автостоянку, куда в качестве простого сторожа пристроил своего криминального дружбана Фонаря.

Фонарь в Воткинске — личность известная. Говорят, он состоял в ОПГ некоего криминального авторитета Сергея Жигачева, ныне отбывающего срок за всяческие противоправные безобразия. Сели «усе». Тюремную баланду хлебали вместе. Там же, на «шестерке», познакомились Фонарь и Шаня со своей будущей жертвой — ныне покойным гражданином Джафаровым (1976 года рождения) по кличке Джафар.

«На зоне» Джафар крепко подружился с гражданином Жигачевым, и после отбывания своего срока заключения захотелось ему поскорее увидеть и «кореша» на свободе. Но Сергею еще сидеть и сидеть. Как вызволить «кореша» из «зоны»? И тут как черти из табакерки выскакивают Фонарь с Шаней! Хлопцы очень авторитетно заверяют Джафара, что нет ничего невозможного, что у них есть прямые выходы на очень «серьезных ментов», что вопрос решаем. Надо только «дать»! Кому и сколько, интересуется наивный Джафар. Фонарь и Шаня «от балды» называют сумму и тех, кто возьмет эту сумму за услугу по освобождению Жигачева из «зоны».

…Джафар поверил пустым обещаниям Фонаря и Шани, может быть, потому, что их афера выглядела вполне реально: в республике действительно существует генеральский клуб, действительно имеются охотничьи домики, где собираются важные персоны, действительно множество серьезных, даже стратегических вопросов нередко решается вне служебных кабинетов.

Так возник умысел тя жкого преступления. Но прежде — о самом Джафаре. Фигуре, имевшей все предпосылки стать довольно яркой на криминальном небосклоне, если б не ранняя смерть…

Элчин Джафаров (1976 г.р.), кличка Джафар, активный член азербайджанской диаспоры, дерзок, вспыльчив. Сын подполковника милиции. Первый срок (он же и последний) получил и отбыл в Удмуртии. В «зоне» принял сторону «отрицалова», до этого якобы участвовал в карабахском военном конфликте, зарекомендовал себя как опытный безжалостный боевик, имеет навыки обращения с огнестрельным оружием, решителен, физически подготовлен.

Джафара подозревали в совершении двух заказных убийств: в августе 99-го он якобы лично подстрелил своего соплеменника коммерсанта гр. Дадашева в подъезде дома № 7 по улице Петрова и «завалил» в ноябре 2000-го хозяина знаменитого кафе «У Лося» Байрама Гумбатова.

Еще говорят, что Джафар очень хотел стать во главе местной азербайджанской диаспоры, но хотя и имел определенный вес и авторитет, по возрасту и другим важным причинам на пост «главы» не проходил. Байрам Гумбатов — человек деликатный, умный, воспитанный и душевный — «рулил» азербайджанской диаспорой. У него «столовались» бандиты и «менты», он умел найти общий язык со всеми. Вот только с Джафаром не нашел.

По слухам, Джафар якобы предложил Гумбатову освободить место председателя общины. Байрам в шутливой форме отказал. «Ну тогда…» — насупил черные брови Джафар. «Что тогда?» — улыбнулся Байрам, не придавая разговору серьезного значения. «Тогда я тебя застрелю». Угрозы свои Джафар всегда претворял в жизнь… Убийство Гумбатова до сих пор не раскрыто, а все вышесказанное — всего лишь версия и слухи.

Джафар воспитывался в семье милиционера. Его отец, подполковник милиции в отставке, начинал службу в Ижевске, потом перебрался на родину, в Баку. Отец сына потерял. Причем давно. Этим все сказано…

…Фонарь и Шаня попросили с Джафара за освобождение из «зоны» его приятеля 400 тысяч рублей. Джафар деньги нашел. Воткинские ухари незамедлительно потратили их на свои нужды: купили «тачки», погуляли с бабами и в кабаках. Никаких реальных действий по решению вопроса они и не планировали.

Пришло время ответа. Джафар дерзко и настырно требовал результата. Фонарь и Шаня деньги вернуть уже не могли. Но проблему решили изящно: для окончательного и бесповоротного решения вопроса они… попросили еще столько же! И вновь Джафар нашел требуемую сумму! С одним только условием: за 800 тысяч освободить уже троих! Фонарь и Шаня судорожно кивнули. «Конечно, конечно! Решим вопрос». Решать вопрос наметили в лесном массиве близ крутого берега Камы.

Засада на Джафара была организована на высоком уровне. Вначале ему очень артистично запудрили мозги про «охотничий домик на берегу Камы» (такой домик имеет место быть в действительности. Потом наказали приехать на важную встречу с женой (можно с подругой) при костюмах и вечерних платьях. «Стволы» с собой брать запретили, охрану тоже. Предупредили, что в деревне Забегалово джафаровский «Хюндай» встретит Шаня на своей «восьмерке» и доведет почти до места…

В назначенный день и час Джафар со своей подругой Еленой прибыли в назначенное место. При нарядных костюмах, пахнущие парфюмом. На заднем сиденье иномарки небрежно валялась простая спортивная сумка. В сумке было 400 тысяч рублей…

Незадолго до этого Фонарь вместе с подельником (всего в «операции» было задействовано три человека) Пушкаревым (кличка Пушкарь, получил 5 лет условно) уже выехали на мотоцикле к месту засады. В коляске «ижонка» лежали разборный шлагбаум, резиновая надувная лодка-двухместка, металлическая сетка-рабица, автомат Калашникова с боекомплектом и два тяжелых бура для сверления скважин. У злодеев все было продумано до мелочей. Буры были нужны для того, чтобы привязать их в качестве груза к трупам (чтоб не всплыли). Сеткой-рабицей Фонарь обмотал трупы — для компактности и опять же придания дополнительного веса. Резиновая лодка-двухместка требовалась для доставки двух трупов (что трупов будет два, Фонарь не сомневался) на глубокое место реки. Автомат Калашникова с патронами — понятно для чего. А шлагбаум был изготовлен на Шаниной автостоянке, где Фонарь числился сторожем. Разборная конструкция позволяла изделие бесхлопотно транспортировать. Чтобы имитировать наличие якобы охраняемого объекта, шлагбаум злодеи врыли прямо посреди лесной дороги. Дорога вела к крутому обрыву Камы…

Осторожный Джафар подстраховался. За его «Хюндаем» на почтительном расстоянии на машине следовал охранник по имени Леха. Только благодаря Лехе это преступление было раскрыто. «Хвост» отметил, как в Забегалове машина шефа встретилась с «восьмеркой» Шани, как они направились в сторону тракта Гольяны-Сарапул, как джафаровская иномарка свернула с асфальта в сторону проселочной дороги, а Шаня поехал дальше (создавал алиби). Леха видел, как Джафар вместе с Еленой въехали в лес. Леха устало закурил, откинулся и включил в салоне музыку погромче. Он собирался ждать долго.