Чтение онлайн

Гуманисты задумываются о соотношении свободной воли с фортуной, решая вопрос об ответственности преступника за свои поступки, о влиянии внутренних черт личности на принятие решения о совершении преступления.

Мысль о том, что преступник является дикарем, случайно попавшим в цивилизованное общество, высказывали Мэйю, Эжен Сю Деспин, Лубок и др. Следует отметить, что подобные идеи существуют и в настоящее время. Они отчасти подтверждаются в свете качественно нового развития психиатрии, психологии, психоанализа и аналитической психологии К.Г. Юнга, а также достижений антропологии. Я думаю здесь открываются большие возможности в объяснении преступлений против человечности, совершаемых тоталитарными режимами, некоторых преступлений против детей.

В Германии начало изучению преступника положили работы знаменитого венского профессора психиатрии Р. Крафта-Эбинга, основоположника криминальный сексологии. Его огромная заслуга – создание теории о роли психических расстройств в механизме преступного поведения.

В XIX в. научные изыскания о преступности и преступнике оформились в науку криминологию. В этот период предпринимались попытки доказать связь между преступностью и различными аномалиями психики, эпилепсией и симптомами вырождения. Данные теории были во многом наивны, в чем-то ошибочны, но несомненное их достоинство в том, что они наметили пути исследования особенностей, способных привести к совершению преступления. Эти работы стали преддверием концепции, разработанной известным итальянским ученым, профессором психиатрии и судебной медицины из Турина Чезаре Ломброзо. Ломброзо первым провел систематическое, хоть и несколько сумбурное, исследование преступников, содержащихся в тюрьмах. Он создал целое направление в науке – криминологическую антропологию. Ее задачей он полагал изучение преступника, до того, в отличие от преступления, остававшегося за рамками внимания ученых. Деятельность Ломброзо явилась переломным моментом познания, поворотом в научных изысканиях о личности преступника как носителя причин общеопасного деяния.

Ломброзо исследовал 26886 преступников, контрольной группой для него послужили 25447 добропорядочных граждан. Свои выводы и размышления он изложил в небольшой работе «Преступный человек, изученный на основе антропологии, судебной медицины и тюрьмоведения». Этот труд публиковался в виде памфлета в «Юридическом вестнике Ломбардии» с 1871 по 1876 г. Согласно Ломброзо, преступник – существо особенное, не похожее на других людей. Это своеобразный антропологический тип, который совершает преступления в силу определенных свойств и особенностей своего физического сложения. Ломброзо полагал, что преступление столь же естественно для человека, как и для представителей животного и растительного мира, которые убивают и поедают друг друга.

Однако нельзя согласиться с Ломброзо в том, что ни среда, ни воспитание, ни ближайшее окружение не способны удержать человека от преступления, поскольку некоторые люди преступны по своей природе, что проявляется в анатомических, физиологических и психологических особенностях. Так, по Ломброзо, прирожденному преступнику присущи атавистические признаки черепа и лица: косоглазие, асимметрия, необычное расположение зубов, особое строение носа, морщины порока, а также непропорционально длинные руки. Наличие у преступников особых анатомических и физиологических черт не было доказано ни Ломброзо, ни другими последователями. Впоследствии он отказался от многих крайностей своей теории и стал придавать большее значение социальным факторам.

Принципиально иной подход к причинам преступности и личности преступника мы находим у наиболее влиятельного представителя позитивистской социологии Эмиля Дюркгейма. Он ищет объяснение преступного поведения не в состоянии индивидуального сознания, а в предшествовавших поведенческому акту социальных факторах. Соответственно, Дюркгейм концентрирует внимание на тех внешних по отношению к личности обстоятельствах, которые сформировали и привели в действие механизм преступного поведения. К таким обстоятельствам, согласно Дюркгейму, относится прежде всего аномия – нравственное состояние индивидуального и общественного сознания, характеризуемое разрушением системы ценностей, противоречиями между провозглашенными ценностями (богатство, власть, успех) и невозможностью их реализации для большинства. Соблюдение уголовного закона при этом может быть обусловлено конформизмом, страхом перед наказанием, отсутствием заинтересованности в результатах преступной деятельности, но только не убеждениями в нравственной обоснованности и целесообразности закона. Развитию взглядов Дюркгейма способствовали работы Р. Мертона.

Российская криминология также родилась во второй половине XIX в. Одним из ее зачинателей был Д.А. Дриль. Его работы о насильственных преступлениях и малолетних преступниках, в которых рассматривались и общие криминологические вопросы, сыграли важную роль в развитии отечественной криминологии. Анализируя работы западных ученых Ломброзо, Мореля, Ле Бона и других, а также свои умозрительные заключения, Дриль пришел к выводу о существовании органических основ преступности, вне которых она невозможна. По его мнению, всякий преступник, поскольку его деяние не является следствием стечения особо неблагоприятных обстоятельств или душевных болезней в собственном смысле этого слова, представляет собой в момент совершения преступления устойчиво-порочный организм, проявляющийся в порочных действиях, выражающих пороки его организации.

Дриль считал, что не существует коренного различия между душевнобольным и душевно здоровым преступником. [2] Однако он предостерегал от трактовки своего учения, подразумевающей, что преступник не должен нести уголовной ответственности. Преступник объективно несвободен и в своем поведении всегда как бы определен предшественниками по общему для всей вселенной закону причиненности. С субъективной стороны, по мнению Дриля, способность центра чувственных влечений задерживать, подавлять и направлять чувственные влечения, являющиеся результатом возбуждения этого центра, и есть свобода воли, т. е. субъективная свобода.

Дриль считал термин «прирожденный» или «неисправимый» преступник неудачным, как и любой другой ярлык. Согласно представлениям этого ученого, люди не рождаются роковыми преступниками, хоть и могут унаследовать особую психофизическую организацию, которая предрасполагает к преступлению. Но только от окружающей обстановки зависит, станут ли они преступниками. Дриль первым в российской науке дал типологию преступников.

Сторонником уголовно-антропологической школы был доктор медицины, профессор В.Ф. Чиж, перу которого принадлежит ряд интересных работ. Он признавал тело и душу отдельными субстанциями, соединенными в человеке, но развивающимися по собственным законам и в силу этого требующими индивидуального изучения. Чиж возражал против увлечения социальными факторами в криминологических исследованиях.

Приверженцами уголовной антропологии были медики и психиатры П.Н. Тарновская, С.А. Беляков, П.И. Ковалевский, В.М. Бехтерев, Д.Н. Зернов, П.А. Дюков, А.Е. Щербак, И.П. Мержеевский и др.

Наблюдения и выводы представителей антропологического направления, несмотря на изобилие спорных вопросов и даже нелепостей, способствовали развитию теории о личности преступника главным образом благодаря сбору и обобщению богатого эмпирического материала. Поражает тщательность и кропотливость, с которой проводилась эта работа. Данные исследований тех времен способны оказать неоценимую помощь в интерпретации личности преступника уже на современном уровне знания.

Параллельно с антропологическим в России развивается социологическое направление криминологии. Российские исследователи, формировавшие эту концепцию, обратили внимание, что человека толкают к преступлению внешние обстоятельства, начиная с географических условий существования и заканчивая экономическими, политическими и иными факторами, криминогенно и антикриминогенно влияющими на индивида. Одними из первых это направление стали разрабатывать выдающиеся русские ученые-юристы М.В. Духовской и И.Я. Фойницкий, а также профессор медицины М.М. Хомяков. Они считали, что нельзя объяснять преступное поведение только свободой воли, игнорируя социальные факторы.

В конце XIX—начале XX в. социологическое направление в изучении преступности и преступника поддерживали многие выдающиеся российские ученые. Среди них можно назвать М.Н. Гернета, Г. Бубиса, С.К. Гогеля, П.И. Люблинского, А.А. Пионтковского (отца), Н.Н. Полянского, В.Б. Станкевича, А.Н. Трайнина, Х.М. Чарыхова, Е.Н. Тарновского, А.И. Ющенко, Л.И. Шейниса, С.Н. Познышева, Е. Ефимова, С.П. Ордынского, Л.И. Петражицкого, В.В. Пржевальского, Б.И. Воротынского и др. Работы Гернета и Познышева, в том числе и осуществленные в первые годы советской власти, и сейчас могут считаться образцами криминологического исследования.