Чтение онлайн

Разумеется, использование терроризма для сохранения своей самобытности достойно безоговорочного осуждения, но само стремление к ее сохранению должно всячески приветствоваться, поскольку человечество ни в коем случае не должно быть одинаковым и одномерным.

Терроризм иногда используется и как средство борьбы против глобализации, в ходе которой могут пострадать традиционные ценности и символы. Объективная тенденция глобализации мира, интенсивно «проталкиваемая» в своих интересах транснациональными концернами и правительствами развитых стран, явно доминирует в современном мире. Она существенно усугубляет развитие мирового терроризма и в целом организованную транснациональную террористическую преступность.

Назовем лишь некоторые криминогенные и терророгенные обстоятельства, связанные с глобализацией:

– резкое снижение уровня занятости (концепция 20:80–20 % населения необходимо, а 80 % – излишне), особенно в развивающихся и слабо развитых странах;

– снижение суверенитета стран перед транснациональными образованиями и другими сильными мира сего;

– дезинтеграция и распад стран, в текущем столетии ожидается образование до 500 стран;

– доминирование рынков финансовых спекуляций, которые могут поставить те или иные страны на грань финансового краха.

К числу наиболее типичных элементов традиционалистического сообщества, характеризующих коммунальный (архаический) тип социальной организации, относится законсервированный или постоянно действующий принцип насилия как средства достижения цели в политической или этнорелигиозной борьбе, при котором физическое уничтожение десятков или даже тысяч людей может быть «оправдано», исходя из высших интересов народа или всего человечества. Эти «высшие» интересы существуют в виде чрезвычайно ценных общих идей, отличающих данный народ или данную группу и составляющих основу их самоприятия. Поэтому для их защиты приемлемы все способы. В ходе исторического развития феномен насилия, особенно в виде террористических актов, наиболее ярко проявляет себя в том случае, когда религиозно-политическое и социальное разделение проросло сквозь все общественные структуры и вызвало к жизни специфическое оформление государственной власти. Создан четко отлаженный механизм господства одной социальной общности над другой по религиозно-национальному или идеологическому признаку. Любым новшествам противостоят многовековые традиции поведения, нравственного опыта, эмоций, цементирующие противоборствующие социально-психологические общности в рамках сложившегося социума.

Особую прочность и инерцию национально-культурным традициям придает религия или заменяющая ее идеология, хотя к терроризму толкает не сама религия, а ее толкование, часто субъективное. Она превращает стандарты поведения в жестокие и обязательные стереотипы. Многообразие социальных отношений подчиняется требованию, ограниченному рамками «свой-чужой», так как основное свойство традиционалистических структур заключается в стремлении отторгать элементы проникающей в них модернизирующей цивилизации. Данный подход к изучаемой проблеме позволяет глубже понять многовековую историю противоборства России и Чечни в рамках сложившегося социума – единого государства.

Отдельные люди, группы, слои, а иногда и целые народы, сочувствующие декларируемым целям лидеров терроризма, а чаще всего обманутые ими, мотивационно озабочены реальными противоречиями и несправедливостями их жизни и деятельности. Они составляют для террористов ту самую социальную базу, на которую последние опираются и поддержкой которой спекулируют. Без этой социальной базы террористы не могли бы иметь той силы, которой обладают террористические организации и группы. А поскольку в процессе развития общества политические, социальные, экономические, национальные, территориальные и иные противоречия только нарастают, то и социальная база для терроризма не сокращается, что и отражается в виде неблагоприятных тенденций терроризма и других преступлений террористической направленности в различных странах и в мире в целом. Именно эти тенденции определяют ныне усиление борьбы с преступностью террористической направленности, расширение взаимодействия стран и создание различных национальных и наднациональных образований, основной задачей которых является удержание контроля над расширяющейся террористической деятельностью.

Следующим условием распространения терроризма и других преступлений террористической направленности является рост экстремизма и радикальных устремлений в связи с растущими противоречиями и конфликтами, а также уменьшающими надеждами на их нормальное разрешение. И все это происходит на фоне растущего насилия и других терророгенных факторов, используемых для решения различных личностных проблем.

Особым терророгенным условием является низкая плодотворность борьбы с терроризмом. Общеизвестно, что преступная деятельность эффективна, если минимум усилий дает максимум выгоды. Терроризм веками использовался в качестве особо действенного оружия в борьбе с политическими и иными противниками и конкурентами. При ограниченных силах и средствах он позволяет достигнуть значимых политических, идеологических или экономических преимуществ, возможность же ответственности за его совершения почти нулевая. Более того, для террористов-смертников никакое наказание не страшно, а организаторы террора практически недосягаемы для правосудия. Раскрываемость терроризма является крайне низкой, она находится в пределах 5–10–20 % зарегистрированных терактов, тогда как 80–90 % реальных террористических действий достигает своей цели. Таким образом, эффективность террористической деятельности в 6–8 раз выше антитеррористической.

И еще один факт. Общеизвестно, что терроризм и в России, и в мире ныне стал главным образом организованным. И это повышает его результативность. А доказывать организованный терроризм еще труднее. В 2001 г. в России расследовалось 402 случая терроризма, завершено расследованием 44 случая, или 10,9 %. Из них установлено всего лишь 11 случаев (около 3 %), которые были совершены организованными преступными формированиями. Хотя реально долю организованного терроризма можно оценить в 70–80 %, 9 из 10 террористических действий остались нераскрытыми, а потому и их организованный характер является недоказанным. И это является одним из серьезных терророгенных условий. Как показал анализ тенденций преступлений террористической направленности, чем меньше возможность раскрытия того или иного вида террористических деяний, тем выше его уровень и интенсивность его прироста.

Поскольку носителями непосредственных причин преступного поведения являются конкретные люди, рассмотрим психологические особенности личности террориста:

– паранойяльность, предполагающая наличие таких черт, как подозрительность, злопамятность, застреваемость на отрицательных переживаниях;

– склонность к поиску вовне источников личных проблем и в то же время сосредоточение на защите «Я», сверхпоглощенность собой при отсутствии критики;

– нарциссизм, любование собой, высокая значимость своей принадлежности группе, организации, партии, нации;

– жажда самоутверждения, признания в среде;

– постоянная оборонительная готовность;

– низкий порог терпимости, импульсивность, раздражительность, нетерпимость;

– высокая тревожность и влечение к смерти (что особенно заметно у террористов-самоубийц);

– мессианство, т. е. восприятие себя в качестве человека, наделенного высокой миссией на земле;

– отчужденность от позитивных общественных ценностей.

Разумеется, перечисленные психологические особенности личности присущи не всем террористам, они характерны для большинства из них. Исследованиями отечественных и зарубежных ученых установлено, что среди террористов не распространена какая-либо одна психическая патология, характерная именно для них, хотя среди них и немало лиц с расстройствами психической деятельности.

Необходимость и возможность профилактики террористической деятельности предписывается Федеральным законом «О борьбе с терроризмом», законодательством о правоохранительных органах, «Концепцией национальной безопасности» и другими нормативными документами. Согласно закону, субъектами борьбы с терроризмом являются Прокуратура Российской Федерации, Федеральная служба безопасности, Министерство внутренних дел, Служба внешней разведки, Федеральная служба охраны, Министерство обороны и Федеральная пограничная служба, Государственный таможенный комитет и другие федеральные органы в пределах своей компетенции, перечень которых определяется Правительством Российской Федерации, например Аэрофлот, Минатом, Министерство транспорта и т. д. Координацию деятельности субъектов осуществляет Федеральная антитеррористическая комиссия, контроль – Президент и Правительство Российской Федерации, а надзор за законностью проведения работы по борьбе с терроризмом осуществляет Генеральный Прокурор и подчиненные ему прокуроры. В рамках СНГ действует Антитеррористический центр, а в мире – широкая антитеррористическая коалиция государств.

Предупреждение и пресечение терроризма и уголовно-правовая борьба с ним предполагает разработку и реализацию большого комплекса мер, коррелируемых с комплексом его причин и условий. В этот комплекс могут входить меры политического, идеологического, социального, экономического, организационного, правового, оперативного, информационного, психологического и воспитательного характера.

Устранение, минимизация или блокирование причин и условий, способствующих совершению терроризма и других преступлений террористической направленности, является магистральным направлением предупреждения и пресечения террористической деятельности и более или менее успешной борьбы с ней. Это требует постоянного мониторинга и системного изучения меняющейся причинной базы терроризма, которые должны основываться на серьезной оперативной, информационной, аналитической и прогностической работе. Проблема безопасности от терроризма выходит на первый план, отодвигая на вторые позиции опасность военную. Не случайно в США при наличии мощных структур ФБР и ЦРУ в июне 2002 г. было принято решение о создании нового «интеграционного» департамента внутренней безопасности с бюджетом в 35 млрд долл. Сейчас становится известно, что оперативная информация о готовящихся терактах в Вашингтоне и Нью-Йорке в 2001 г. при соответствующей системной и профессиональной обработке была в определенной мере достаточной для надежного прогноза и принятия своевременных эффективных мер по предупреждению террористических атак гражданских самолетов. Однако этого не случилось. Какие-то звенья системы безопасности страны не сработали. Имеющаяся информация не была должным образом использована.