Кристиан
Шрифт:
Юноша сделал шаг вперед, и мать протянула к нему руки.
– Матушка…
У мадам де Вард потемнело в глазах, и она рухнула прямо в объятья сына, теряя сознание.
Во всей этой суматохе никто не обратил внимания на то, как Шинджу при виде самурая и Маны отпрянула назад, а потом, кутаясь в плащ из тонкой шерсти и кусая губы, поспешила наверх, в свою комнату.
Графиня быстро пришла в себя, и поняла, что лежит на софе, а дочь сидит рядом и осторожно гладит ее по волосам.
– Бабушка умерла, – говорила Софи, крутя в руках флакон с нюхательными солями. – Теперь в нашем замке никто не живет. О, Кристиан, мне не верится, что это ты! Что за удивительная страна! Она изменила тебя до неузнаваемости!
– Ты на самом деле мой сын? – приподнимаясь, спросила Александрин.
А увидев, как юноша смущенно кивнул, и как мягкая улыбка тронула его пухлые губы, порывисто обняла его, касаясь теплыми устами его лба. Самурай уловил нежный цветочный аромат, исходивший от матери.
– Господи, благодарю тебя! – прошептала она.
Долгие годы Ихара ждал этой встречи и сейчас все его существо пронизывал восторг.
Мана, в душе которой тоже царило смятение, не могла понять практически ни одного слова, но радость ее друга передалась и ей. В то же время ей было неловко присутствовать на таком важном для семьи событии. И еще немного обидно, что саму ее не замечали. А странное слово «Кристиан», которым называли Ихару, вовсе ей не понравилось. Она решила как и прежде называть Касэна его японским именем, которое ему дал ее отец…
– Помнишь, Ихара, когда мне было десять лет, ты катал меня на лодке, а я играла с украшением моей матери? Я мечтала тогда, чтобы река унесла нас туда, где никто не найдет… – позже, перед тем как отправиться спать, сказала она самураю. – Так вот, кажется, это случилось.
Все расходились по комнатам, когда граф де Вард вдруг остановил куда-то торопившегося лакея.
– А куда подевалась мадам Хоши? – нахмурился вельможа. – Ведь здесь ее племянница.
Слуга пожал плечами.
Уже в постели, в полудреме, Ману вдруг осенило. Она все не могла понять, откуда ей знакомо лицо графа де Варда, а теперь вспомнила – именно его она видела в Гавре из окна замка! Выходит, Ихара мог бы встретиться с отчимом еще тогда… Как же часто мы ходим вокруг своей цели и не видим ее!
___________________
[1] Франсуа де Роган (1630—1712) – младший сын Эркюля де Рогана, принца де Гемене – отца знаменитой герцогини де Шеврез.
Глава XII. Шпага и катана
– Их сиятельства сейчас будут, – сообщил камердинер.
В это время в кабинете де Варда разыгралась довольно драматичная сцена. Франсуа стоял у стола, по привычке скрестив на груди руки, а Александрин сидела в кресле и, казалось, что она вот-вот расплачется.
– Вы знали, что Кристиан во Франции, и молчали! Не сказали мне ни слова! Как вы могли! – кричала графиня. – Жестокий вы человек!
– Спелись уже?
– С кем?
– С мадам Хоши! Это ведь она вам сообщила?
– Нет! – Александрин отвернулась. – Я хотела, Франсуа, чтобы ты поддерживал меня, а ты…
– Что я?
Госпожа де Вард не желала слушать никаких объяснений мужа. Поэтому граф решил поговорить с супругой чуть позже, когда она остынет.
– Сударыня, приведите себя в порядок и спускайтесь к завтраку. Нас ждут.
Голос его прозвучал, как ей показалось, чересчур холодно. Но на лестнице, по пути в обеденную, граф вдруг взял жену за руку.
– Я весь целиком и полностью за тебя! Всегда!
Посетившая их дом радость помогла сгладить некоторое недопонимание между отцом и дочерью. Франсуа не напоминал Софии об ее ухажере, и сама она не обижалась больше на батюшку. Избалованная девчонка, толком не знавшая жизни, отличалась упрямством. Поэтому она была уверена, что однажды Ивон сделает предложение, а родитель все-таки позволит ей выйти замуж за шевалье.
– Представляете, оказалось, что мы с Кристианом однажды встретились здесь, недалеко от нашего дома, – принялась оживленно рассказывать девушка, едва сев за стол. – Ивон тогда с ним чуть не подрался… Как жаль, что я сразу не узнала тебя, братец…
– Т-ты же обещала никому не рассказывать! – Ихара чувствовал стыд от того, что не смог сам найти свой дом.
– Я женщина, а женщинам не всегда можно верить, – Софи подмигнула Мане.
Миловидная, словно куколка, княжна вызывала искреннюю симпатию мадемуазель де Вард, а ее история до глубины души поразила девушку. Кристиан перевел японке слова сестры, и та заулыбалась, но через секунду улыбка исчезла с ее лица. … Шинджу спустилась к завтраку. При виде тетки Мана потеряла дар речи. А та, благоухая пряным восточным ароматом, остановилась за спиной самурая, склонилась к его уху и прошептала что-то по-японски. Лицо Ихары словно сделалось каменным, а щеки чуть порозовели. Было очевидно, что он очень смущен. Мана хоть и силилась расслышать, что сказала ему тетушка, но так и не разобрала ни слова.
Затем японка обратила все свое внимание на племянницу.
– О, Манами-сама, моя девочка! Наконец-то ты снова со мной.
Шинджу поцеловала княжну, и та была вынуждена демонстративно улыбнуться родственнице и обнять ее. Даже слуги с умилением наблюдали за этой трогательной картиной. Госпожа Хоши очаровывала своим видом многих. Широкие, летящие рукава содэ делали ее похожей на цветок или бабочку. Но мало кто мог подозревать о коварных намерениях этого цветка.
Александрин действительно подружилась с японкой настолько, что решила выучить ее родной язык. Однако после нескольких неудачных попыток произнести пару японских слов и дружного хохота, последовавшего за этим, данная идея была признана неудачной и без сожаления отвергнута.
В отличие от самоуверенной Шинджу Мана хоть и старалась вести себя как можно более дружелюбно, но чувствовала себя теперь отвратительно. Появление тетки совсем выбило ее из колеи. Девушка глазами напуганного котенка следила то за родственницей, то за самураем. В этой чужой стране она была никем. И у нее никого не было, кроме них. Если Ихара отвернется от нее, если возобновит свою тайную связь с Шинджу – Мана просто погибнет. Смерти она не боялась. В отличие от предательства…
Госпожа Хоши с напускной непосредственностью рассказала, как уговорила де Варда взять ее с собой в Париж, как боялась за племянницу и как мечтала ее увидеть.
– Похоже, я незаслуженно вас обидела, –шепнула мужу графиня, не отрывая исполненного радости взгляда от повзрослевшего сына.
День не принес ничего необычного. Лишь Шинджу куда-то пропадала на три четверти часа. Что у нее за дела могли быть в Париже – неизвестно. Ведь никто и подумать не мог, что красавица-японка тайно встречается с представителями ордена иезуитов.
– Вы не справляетесь! – холодно говорил отец Софано – Ихара вас обошел. На приеме он рассказал Людовику, что японцы хотят торговать с Францией и вести дипломатические отношения. Король даже не против того, чтобы принять их у себя во дворце. Этот мальчишка спутал нам все карты! Вместо того чтобы бороться с сегунатом, щенок сам того не ведая выступает сторонником Токугавы.
Госпожа Хоши понимала, что козыри сейчас не у нее в руках. Ей нужно было все обдумать, поэтому к ужину Шинджу не спустилась под предлогом плохого самочувствия. Как минимум один человек благодаря этому вздохнул с облегчением. Мана, улыбаясь каким-то своим мыслям, медленно ела и даже находила в блюдах французской кухни определенную прелесть. С детства привыкшую к публичности княжну нисколько не смущало большое количество людей вокруг. Будучи от природы одарена живым умом и хорошей памятью, она уже научилась понимать значение некоторых французских слов и общий смысл фраз по интонации, паузам и акцентам. Тем более что Ихара теперь упорно занимался с ней, желая научить девушку своему родному языку и вместе с тем упрочнить собственные знания. И эти занятия незаметно сближали молодых людей. Быть может, поэтому Касэн все же нашел в себе силы порвать с Шинджу.