Чтение онлайн

Прослеженная аналогия подтверждается и другими сопоставлениями. Например, по Библии богоборческий народ расчленен на 12 колен, а при Константине империя была разделена на 12 диоцезов (см. [26], стр. 672). Само по себе это совпадение мало значит, поскольку число 12 считалось особо благоприятным и вполне могло быть независимо использовано в двух несвязанных ситуациях. Однако любопытно, что позже число колен было увеличено до 13–ти (новое колено состояло из потомков Дины, дочери Иакова), и вместе с тем до 13–ти было увеличено и число диоцезов (при Констанции II).

Обратим также внимание, что хотя теперь мы используем только отрезок Империи III (после Константина и до Ромула–Августула), но этот отрезок также естественным образом характеризуется: это период, когда правители империи наряду со светской, имели также и церковную власть (или как осторожно говорят современные историки, отягощенные церковно–христианской традицией: «вмешивались в церковные споры»), т.е. период, когда Империя III была христианско–теократическим государством. Последние два правителя Империи III (Одоакр и Теодорих) теократами уже не были.

Против замеченной аналогии можно выставить то возражение, что по Библии каждый следующий царь является, за редкими исключениями, сыном предыдущего, что в Империи III, напротив, является редчайшим явлением. Чтобы понять, в чем дело, достаточно заметить, что богоборческий царь, ломающий традиции своего предшественника, никогда не является его сыном, и наоборот. Следовательно, библейская формулировка представляет собой лишь стандартную формулу, долженствующую подчеркнуть непрерывную преемственность традиции (в основном религиозной). Придавать ей какой–нибудь более глубокий смысл нет никаких оснований.

Перечислим теперь основные факты, выявившиеся при нашем параллельном обозрении правителей богоборцев и Империи Ш.

1. Оба династических потока начинаются крупными политическими и религиозными фигурами: Иеровоамом I, основавшем иконо–поклонническую «ересь Иеровоама», и Константином I, если не основавшем христианство, то впервые возведшим его (точнее, некоторое его течение, признаваемое другими течениями «еретическим») на высотугосударственной религии. Оба они борются с серьезными соперниками–соправителями, Иеровоам с Ровоамом, Константин с Лицинием. При Иеровоаме возникает разделение единого прежде государства на две части: богоборческую (по мнению авторов книги Царей еретическую) и богославскую (вполне ортодоксальную). При Константине формальногоразделения еще не происходит, но он уже закладывает его базу, перенося столицу в Константинополь и, тем самым, создавая в империи два центра. Впрочем, фактическое разделение Римской Империи на Западную и Восточную было осуществлено еще Диоклетианом.

2. Оба династических потока заканчиваются царями, попавшими под власть чужеземцев.

3. Периоды анархий и междуцарствий в обоих потоках соответствуют друг другу (и по месту и по длительности).

4. Подробности биографий правителей–аналогов иногда поразительно совпадают.

Как мы уже объясняли в гл. 6, только из этого никаких серьезных выводов сделать нельзя. Следует подкрепить это исследованием длительности правлений.

Графики этих двух потоков изображены на рис. 1. На глаз видно, что они согласуются друг с другом так же хорошо, как и графики потоков Римских Империй (если пренебречь досадным пропуском № 10*).

Произведенное исследование доказывает, что эти два потока списаны один с другого.

При этом более простая структура богоборческого потока (скажем, отсутствие явно указанных соправителей) показывает его вторичность.

Таким образом, история богоборческого (израильского) царства как она изложена в книгах Царей является лишь иной версией истории все той же Империи III.

Наиболее неприятной чертой в произведенном сравнении династических потоков является пропуск № 10* в Империи III. Обсудим этот вопрос поподробнее.

Конец IV века (после смерти Валента в 378 г.) был трудным и сложным периодом в истории империи. Он начался битвой при Адрианополе, в которой римские войска (под предводительством Валента) потерпели от готов сокрушительное поражение. С тех пор волны готского нашествия периодически накатывались на империю, принося с собой кровь и смерть. Одновременно, это было время интенсивного религиозного развития, время борьбы различных течений внутри официальной церкви, время бродячих пророков и основателей разнообразных сект. В возбужденных религией массах нашествие готов интерпретировалось как «божье наказание» (недаром история сохранила нам прозвище готского вождя Алариха — «Гнев Божий»), как знамение «конца света», как приход самого Бога—Иеговы, разъяренного грехами людей. Последнее, конечно, является наиболее «экстремистской» точкой зрения, но вполне объяснимой общей ситуацией того времени.

Можно предположить, что в одной из «крайних» сект того времени (которую можно назвать «иеговистской») возникло представление о прямом владычестве грозного бога (Иеговы) над Землей. Письменное изложение этого учения в руках последующих благочестивых комментаторов–компиляторов, которые уже не могли согласиться с ним впрямую, претерпело деформацию: имя было видоизменено, а бог превратился в земного властителя, которого компиляторы вставили в ряд богоборческих царей. Таким образом, с этой точки зрения № 10 является не пропуском в истории Империи III, а фантастической вставкой в историю богоборческого царства.

В 390 г. на небе появилась (по сообщениям летописей) очень яркая комета. Известно (по средневековым источникам), что появление комет всегда вызывало в то время ужас и они рассматривались как непосредственные «вестники Бога», грозящего людям карой «за грехи их». Морозов, анализируя библейскую биографию Иеуя, обнаружил, что все ее события могут быть интерпретированы астрологически, как персонифицированное описание небесных явлений при прохождении кометы 390 г. по небу (см. [7], стр. 344—350). Можно поэтому думать, что первоначальная рукопись (прототип) биографии Иеуя была чисто астрологическим сочинением, в которой Иеговой называлась комета. Эта вторая теория происхождения «Иеуя» не противоречит первой: скорее всего, это астрологическое сочинение и было взято на вооружение сектантами–иеговистами, как вполне соответствующее их учению.

Естественно, что не все верующие удовлетворялись абстрактно–астральным образом Иеговы–Иеуя; им нужен был его земной прототип. Морозов полагает, что они нашли его в уже упоминавшемся Аларихе. Подобно Иеую Аларих был полководцем империи и подобно Иеую он восстал против законного правителя. Власть Алариха была сравнима с властью императора, а в 410 г. он даже взял Рим. Аларих был арианином и жестоко преследовал ортодоксальных христиан, подобно тому, как Иеуй преследовал «ересь Иеровоамову». (Таким образом, приняв эту точку зрения, мы должны будем признать, что автор книг Царей был еретиком–арианином!).