Чтение онлайн

Но как только цель была достигнута, кошмар возвратился. И даже присутствие маленькой Геллы не спасло положения, а может быть, даже усугубило. Люба удочерила девочку одна, решительно отказав в этом праве Сергею. А он и не настаивал, не ощущая потребности в этом чужом ребенке, не находя в душе даже зачатков добрых чувств. Наверное, это было неправильно, стыдно, жестоко, но было именно так, и он ничего не мог и не хотел с этим поделать. Впрочем, возникни у него подобные желания, Люба все равно не подпустила бы его к малышке, охраняя свою территорию, как злобная цепная собака.

А Гелла все время орала, день и ночь, не плакала, не кричала, а именно орала, багровея лицом и до дрожи сжимая крохотные кулачки. Это было невыносимо.

– Покажи девочку врачам! – настаивал Сергей. – Одно из двух – или у нее что-то болит, или с психикой непорядок.

– Сам ты идиот, дебил! – взвивалась Люба. – Не нравится – убирайся! Никто не держит! А к нам не лезь! Не твое собачье дело...

Она все чаще прикладывалась к бутылке и все больше его отторгала. Обстановка в доме стала невыносимой – полная шизофрения. Надо было что-то делать, принимать решение. Любви не осталось и в помине, только брезгливая жалость. Да и в стране на ту пору все рухнуло, и завербовался он в «Югрыбпромразведку». Шесть лет боцманом проплавал. А Люба без него времени даром не теряла. Ему потом доброжелатели доложили.

И надо было ему, дураку, сразу порвать с ней всякие отношения. А он еще столько лет дергался, все пытался что-то сохранить, исправить. Жалел Геллу. Мать обращалась с ней неумно, да и умна ли пьяная мать? И та рвалась из дома, где всем было тошно. Дитя улицы быстро учится жить по ее законам. И Гелла усвоила урок на «пятерку» – врала, хамила, тащила из дома деньги и вещи. Сколько он вбухал в ее лечение, сколько речей произнес – все впустую. Пока не понял – если человек сам не захочет со своими проблемами разобраться, никто ему не поможет.

И главное, ненавидела она его так же сильно, как Люба, а может, еще сильнее, в своем детском максимализме виня в трагедии матери, а значит, и в своей собственной. «Уходи! – кричала. – Уходи! Мама возьмет себя в руки...»

Домой идти не хотелось. Он много работал и многого добился. Вокруг порхали красивые женщины – он их не видел. Он был пустой, мертвый, как выжженная безжалостным солнцем земля.

Отчего он так долго терпел эту дикую жизнь, эту злобную, похмельную женщину и шальную девчонку, плоть чужой, отвратительной ему плоти? Зачем? Ждал, что однажды, весенним солнечным утром, Люба протрезвеет и одумается? Мучился совестью? Нес свой крест? Кому это нужно?

Она сама его выгнала в припадке клинической ненависти, на сей раз не ограничившись проклятиями, – побросала вещи на лестничную клетку.

Сергей снял квартиру в Москве, подальше от бывших родственников, но с таким же успехом мог поселиться во Владивостоке. Не отпустили они его, держали, словно на привязи. Гелла вышла замуж за такого же придурка-наркомана, родила сына. Думали, образумится, почувствует ответственность за чужую маленькую жизнь. Какое там! Все без толку. Полгода только и продержалась.

И висят они на нем тяжкими оковами – то свет у них за неуплату отключат, то телевизор сгорит, то понос, то золотуха. И тянут, тянут, тянут деньги. И знает он, что пропьют, проширяют, а не дать совестится. Но должен же когда-то быть конец!

Сколько лет по чужим углам маялся! Вот дом себе построил – загляденье, а ни тепла в нем, ни уюта. Ну уют-то она ему, конечно, наведет, как-никак родная тетка, для того и приехала. А как быть с теплом? И где это видано, чтобы мужчина в самом соку погибал в одиночестве? Мужчина без женщины все равно что дом без хорошей хозяйки – казарма она и есть казарма. А допустим, появится у него кто? Любка быстро зубы покажет. Это ж не всякая женщина потерпит к мужику такую придачу: бывшая жена-алкоголичка, неродная дочь-наркоманка да безродный внучок – и все с протянутой рукой, всем давай.

Что-то надо делать, как-то их отвадить, дармоедов. Сам-то он точно не сумеет.

Горькие размышления прервал телефонный звонок, тетка бросила в ведро тряпку и, стягивая мокрые перчатки, рванула по дому в поисках аппарата, поскольку в гостиной сидел запертый Кеша.

– Слушаю! – сердито выдохнула она в трубку.

– Здравствуйте! – сердечно, как с родной мамой, поздоровался с ней задушевный девичий голос. – Вас приветствует аналитический центр «Триада плюс». Мы проводим социологическое исследование и просили бы вас ответить на несколько простых вопросов. Чем вы сейчас занимаетесь? – осведомилась девица, не дожидаясь согласия.

– Чиню велосипедные колеса, – охотно поделилась тетка своими проблемами.

– А на какой программе включен ваш телевизор? – не обескуражилась интервьюер.

– А ни на какой не включен. Что там смотреть-то, по вашему телевизору? Кровь да порнуху? Так этого и в жизни невпроворот. Вы бы лучше сны золотые населению навевали. А то вон мой последний супермен, насмотрится кровавых триллеров, а потом мечется всю ночь в кошмарном бреду – то сам кому-то горло режет, то ему кишки выпускают. Я говорю: «Ты бы лучше книжки хорошие читал, тогда и просыпаться будешь не от кошмаров, а от поллюций». Какое там! Чем страшнее, тем милее. А вам бы только деньги да рейтинги, а то, что идиоты плодятся как кролики, никого не волнует. Вот бы вы чем озаботились, милая девушка.

– А сколько у вас в доме телевизоров? – не позволила втянуть себя в бесплодную дискуссию сладкоголосая собеседница.

– А у нас вообще их нет, – не отказала себе в маленьком отмщении тетка. – Мы бедные и злые.

– А скажите, пожалуйста, где вы храните свои сбережения?

– Тю! – почему-то перешла тетка на украинский жаргон. – Ах ты, вертихвостка несчастная! Может, тебе еще номер сберкнижки продиктовать? Я тебя выведу на чистую воду! Враз в милицию позвоню!

Услышав короткие гудки, она гневно бросила трубку, но телефон будто только этого и ждал – зазвонил снова.

– Ну ты и нахалка! – подивилась тетка. – Чего тебе надо?

– Ой, – растерялась женщина на том конце провода. – Я, наверное, не туда попала...

– Тычут пальцами куда ни попадя... – Но голос явно был другой, и тетка сбавила обороты. – Набирайте правильно номер – попадете, куда требуется!

Она положила трубку и направилась прочь из комнаты, но телефон опять издевательски громко зазвонил.

– Это что же такое делается? – опешила тетка, но трубку все же сняла. – Ну? – грозно рыкнула она.

– Это пятьсот пятьдесят шесть, восемьдесят восемь, девяносто четыре? – прозвучал все тот же неуверенный женский голос.

– Да, это наш номер, – неохотно признала тетка. – И что вам угодно?

– Мне нужен Сергей Потапов, – сухо пояснила незнакомка.

– А зачем он вам нужен? – насторожилась тетка, озаренная смутной догадкой.

– А почему вас это интересует? – холодно осведомилась нахалка.

И сообразительная тетка мгновенно утвердилась в своих подозрениях. Ну конечно же! Люба с Геллой! И как она сразу не поняла?! На пороге Новый год! А вслед за ним бесконечная праздничная неделя, томительная, как очередь в собесе. А чем порадовать себя пустым душам? Пялиться в «ящик» с продавленного дивана? Жрать от пуза и пить до поросячьего визга? А уж почем нынче опиум для народа – и речь молчит.