Чтение онлайн

На форте „Константин" дело кончилось неуспехом. Решили двинуться иа береговые батареи на „Косе**, чтобы овладеть их пушками. Но отступление с берега было уже отрезано II крепостным батальоном, пулеметами и орудиями гвардейской батареи. Силы восставших падали, а силы правительства росли. К форту подошла еще рота. Восставшим было предложено сдавать оружие. Где выход? Его уже не было. В 6 часов минеры, саперы и артиллеристы сдались.

В городе восставшие терпели поражение за иора-.жением. Без оружия, разбитые на мелкие отряды п без помощи, восставшие предоставлены были каждый сам себе. Они группами и одиночками вылавливались войсками, верными властям. В усмирении принимали участие' 94-й Енисейский полк и II батальон лейб-гвардии Финляндского полка. К утру прибыл и весь Финляндский полк п батарея лейб-гвардии Артиллерийской бригады.

Кронштадтский стрслок-лыжннк на берегу Финского залива.

В Кронштадтской крепости.

20-го июля, тс 10 часам утра восстание было раздавлено.

Правительству удалось так легко справиться с восстанием, прежде всего благодаря провокации, так как руководитель боевых эс-эровских организаций Азеф был провокатором, сообщившим правительству план Кронштадтского восстания. Из показаний офицеров выяснилось, что о готовящейся восстании им было известно за несколько часов от врид. коменданта крепости, генерал-майора Адлерберга; поэтому начальство успело принять меры к подавлению восстания.

, . . 4

Правительство победило.

Уже 20-го июля действовал воепно-полевой суд, и в тот лее день в 5 часов был приведен в исполнение па „Косе*4 смертный приговор над семью нижними чипами Минной роты, унтер-офицерами: Михаилом Алексеевым и Оскаром Пурвиным и рядовыми: Вениамином Казаковым, Иваном Баклановым, Михаилом Назаровым, Алексеем Янушовым и Михаилом Васиным.

7-го августа был вынесен и приведен в исполнение второй смертный приговор над 7-ю нижними чипами: Тихопом Герасимовым, Петром Виноградовым, Николаем Рюмаевым, Федором Сыченко, Михаилом Филипповым, Яковом Текановым, Трофимом Дарощепко н 3-мя штатскими. Всо 7 из Мннпой роты. Казнь совершена па площадке у форта „Константин4* (ныне форт имени т. Рошаля). Приговоренные были привязаны к столбам. Расстреливала рота Кронштадтской крепостной артиллерии; после казни трупы на баркасе С е-верный были вывезены в море п у Толбухина маяка потоплены. „

Но палачам этого было мало. 17-го сентября 1906 года пород военно-полевым судом предстало еще 700 мат-

росов. Из пнх 10 чел. приговорено было Л смерти. 20-го септября приговор был приведен в исполнение па форту „6-он Северном". *

Приговоренных вывели к расстрелу в лотних костюмах, несмотря па раннее время и холодный осенний ветер.

При чтении первых слов смертного приговора осужденные запели:

«Мы жертпою пали в борьбе роковой Любви беззаветной к народу...»

Выведенные для расстрела солдаты и матросы начали волноваться. Приговор так и не был прочитан до конца ввиду тревожного настроения стрелков и матросов п солдат. Осужденных стали поспешно привязывать к канату и надевать им на голову небольшие мешки. Дальнейшая расправа описана матросом А. Затертым (Новиков) ’):

„Привязывание было кончено.

,.П-а-а-альба ротой!"

Стрелки, колебля фронт, засуетились. Нервпо, торопливо загремели затворы... Конец приближался... Осужденные, почувствовав, вероятно, весь, ужас загробной тьмы, невольно содрогнулись.

„Долой тиранов! Да здравствует свобода!"—вдруг громко и отчетливо произнес один из них. Этот дерзновенный крик, вырвавшийся из груди несчастного, воодушевил остальных. „Ура, ура1“—дружно подхватили другие, внезапно охваченные чувством предсмертного воодушевления.

„Ррр-о-та... Пли!"

Раздались неровные, беспорядочные выстрелы. Залп оказался недружным, сорванным. Произошло нечто невообразимое. Два или три человека были убиты на-

– ') Л. ЗатершП-Иовикои.— «Казнь 19 кронштадтских матросов в 1905 году».

повал, некоторые только ранены в живот, грудь, ноги: другие же остались невредимыми.

• Но первые, падая и затягивая книзу канат, увлекли за собою остальных. На земле образовалась барахтающаяся и извивающаяся куча человеческих тел. Легко раненые, обливаясь кровыо, подпрыгивали, вертелись вокруг каната, делали конвульсивные движения. Те. которых не коснулись пули, в ужасе рвались в стороны, но тщетно, так как были крепко привязаны. Они вскакивали на ноги, спотыкались об убитых и раненых товарищей и падали снова. Слышались стоны, проклятья, дикие вопли... „Изверги! Живодеры! Будьте прокляты!“—выделился чей-то хриплый голос. Снова выдали стролкам патроны и снова они зарядили винтовки. Началась трескотня ружейных выстрелов, длившаяся несколько минут. Теперь уже палили без всякой комапды с близкого расстояния... Живые, дергая канат, подбрасывали мертвых, производя на окружающих такое впечатление, что из расстреливаемых еще никто не был убит.

Тогда было приказано докончить пх „в рукопаш-ыую“. Ужас увеличился. Офицеры стояли бледные. Один не выдержал, ушел за вал. Солдаты, застывшие, смотрели на страшное зрелище, оставаясь безмолвными. Наконец, тела казненных перестали корчиться. Замерли крики, умолкли и стоны.

Приступили было к погребению, как вдруг из неподвижных трупов, застывших в вечном п таинственном сне, привстает одна окровавленная фигура и слабым, дрожащим голосом:

„Братцы, да как же я то?.. Я ведь жив...**

Подошел „шкура“ и выстрелил в упор...

Казненных начали складывать в большие мешки, которые должны были заменить собой гробы... Когда вое было готово, то эти мошки, наполненные человеческим мясом, погрузили на пароход и отвезли за Толбухин маяк. Там, привязав к ним предварительно же-

лезиый груз, выбросили их за борт. Волны расступились и скрыли в своих холодных и мрачных глубинах жертвы необузданного произвола. Но, словно стыдясь, что его делают участником непрощаомого ^злодеяния, море через несколько дней прибило несколько мешков с трупами к берегу, как раз против царской дачи Александрия".

Но на очереди уже стояли новые жертвы неравной борьбы. 14-го октября 1906 года в Кронштадте, на форту „6-ом Северном", были расстреляны: М. А. Туби-левпч, Венедиктова, Мамаева,^Власов и Ипатов, обвиняемые в покушении на коменданта крепости, генерал-лейтенанта Адлерберга и председателя Временного военного суда, генерала «Томашевича, и в стремлении насильственно освободить некоторых революционеров путем проникновения в тюрьму.

Общее количество арестоваппых в Кронштадте за июльское восстание составляло около 200 минеров, около 100 сапер, до 2000 матросов и более 80 гражданских лиц. ' ' • :1– 4