Кровь Эмбера
Шрифт:
— Мерлин! — внезапно окликнула она, приподнявшись. — Слуги говорили мне, что ты был здесь, но когда я заглянула в комнату, то не смогла тебя найти.
— Меня вызывали, — туманно объяснил я, преодолевая последние ступени и подходя к ней. — Как вы себя чувствуете?
— Как ты… что вы обо мне знаете? — спросила она.
— Вы, вероятно, не помните, что случилось за последние два дня, ответил я.
— Вы правы, — подтвердила она. — Не присядете?
Она указала на другое кресло напротив своего.
— Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне, — пригласила она. — И позвольте мне предложить вам вина.
— Ладно, — сказал я, заметив что она пила белое.
Она встала и пересекла помещение, подойдя к шкафчику, открыла его и достала еще один бокал. Вернувшись, она влила в него здоровенную порцию "Мочи Бейля" и поставила передо мной. Я предположил, что хорошее вино она сохранила для себя.
— Что вы можете рассказать по поводу моего провала в памяти? спросила она. — Я была в Эмбере, вдруг — раз, и я здесь, и пропало несколько дней.
— Да, — подтвердил я, взяв крекер и ломтик сыра. — В какое примерно время вы очнулись?
— Этим утром.
— Беспокоиться не о чем, по крайней мере сейчас, — ответил я. Рецидивов не предвидится.
— Но что это было?
— Просто нечто, иногда случающееся.
Я попробовал вино.
— Это больше походит на магию, чем на болезнь.
— Наверное, здесь присутствует и магия, — согласился я. — Никогда не знаешь, что можно ожидать от Отражений. Но почти все, кого я знаю из перенесших такое, вполне здоровы.
Она нахмурила лоб.
— Это было очень странно.
Я приговорил еще несколько крекеров, запивая их вином. Все-таки хорошее вино она попридержала для себя.
— Беспокоиться совершенно не о чем, — повторил я.
Она улыбнулась и кивнула.
— Я вам верю. В любом случае, что вы здесь делали?
— Просто остановился погостить. Я возвращаюсь обратно в Эмбер, ответил я. — Из отдаленных мест. Кстати, что напомнили… Можно мне одолжить коня?
— Разумеется, — сказала она. — Вы уже покидаете нас?
— Как только получу коня.
Она поднялась.
— Я не думала, что вы спешите. Сейчас я провожу вас на конюшню.
— Спасибо.
По пути я сгреб еще пару крекеров и кусок сыра, и выпил остатки вина. И всю дорогу до конюшни гадал, где-то сейчас находится голубой туман.
Подобрав хорошего коня, которого, как она сказала, я мог оставить в их конюшне в Эмбере, я оседлал его и взнуздал. Конь был серый, по кличке Дым. Затем я надел плащ и пожал Винте обе руки.
— Спасибо за гостеприимство, — поблагодарил я. — Даже если вы о нем и не помните.
— Не прощайтесь еще, — сказала она. — Поезжайте к калитке во внутренний двор, и я вынесу вам воду и еду на дорогу. Между нами ведь не было безумного романа, которого я к тому же не помню, не правда ли?
— Джентльмены никогда не разбалтывают подобных вещей, — заявил я.
Она рассмеялась и хлопнула меня по плечу.
— Загляните как-нибудь, когда будете в Эмбере, навестить меня, пригласила она. — Освежите мне память.
Я сгреб чересседельные сумки, торбу с едой для Дыма, а также длинную веревку, чтобы привязывать и стреножить его. Пока Винта возвращалась в дом, я вывел его из внутреннего двора. Затем сел в седло и медленно поехал длинным кружным путем вокруг особняка, затем натянул поводья и спешился неподалеку от кухни. На прощанье окинул взглядом двор, где так хорошо можно сидеть и пить кофе. Или дело в обществе?
Через некоторое время дверь открылась, и Винта, выйдя, передала мне узелок и флягу. Когда я упаковал их, она попросила:
— Передайте отцу, что я вернусь через несколько дней, хорошо? Скажите, что я уехала за город, так как не очень хорошо себя чувствовала, но теперь со мной все в порядке.
— С радостью, — пообещал я.
— Я, в общем-то, не знаю, почему вы были здесь, — призналась она. Но, если это связано с политикой или интригами, то я не хочу знать.
— Понятно.
— Слуга приносил завтрак рослому рыжему мужчине, получившему, кажется, очень сильное ранение. О нем лучше забыть?
— Хочется посоветовать вам этого.
— Тогда слуги забудут. Но однажды я бы хотела услышать об этом рассказ.
— Я тоже, — отозвался я. — Мы посмотрим, что тут можно сделать.
— Тогда счастливого пути.
— Спасибо. Постараюсь.
Я крепко пожал ей руку, повернулся и забрался в седло.
— Пока.
— До встречи в Эмбере, — попрощалась она.
Я тронул поводья, но снова поехал вокруг дома, пока не очутился около конюшни. Затем, минуя ее, я направил коня на тропу, по которой мы прогуливались, в нужную сторону. Позади дома завыла собака, и спустя несколько мгновений к ней присоединилась другая. С юга дул ветерок, пронося мимо немногочисленные опавшие листья. Я уже хотел оказаться на дороге, далеко отсюда и в одиночестве. Я ценю уединение, потому что именно тогда, как мне кажется, лучше всего думается, а сейчас мне нужно было много над чем поразмыслить.
Путь мой лежал на северо-запад. Примерно десятью минутами позже я выбрался на грунтовую дорогу, пересеченную нами вчера. На этот раз я последовал по ней на запад, и она, наконец, привела меня на перекресток с указателем, сообщавшим, что Эмбер находится прямо впереди. Я направился дальше.
Дорога была из желтого грунта, с отпечатавшимися на ней следами колес множества фургонов. Она повторяла рельеф местности, минуя вспаханные под пар поля, окруженные каменными оградами, с немногочисленными деревьями по обочинам. Впереди виднелись четкие контуры гор, возвышающихся над лесистым участком, в который я скоро должен был въехать. Конь шел легким аллюром, и я дал своим мыслям повторить последовательность событий последних нескольких дней.
Я не сомневался, что у меня появился какой-то враг. Люк заверял меня, что это не он, и я находил его слова более чем убедительными. Как утверждали и он, и Винта, для этого ему не нужно было являться раненому ко мне. И он сам мог бы добраться до хрустальной пещеры или какого-нибудь другого убежища. А дело со спасением Ясры могло и подождать. Я был более чем убежден, что он попытается установить со мной вновь хорошие отношения потому, что я являюсь его единственным связующим звеном с Двором Эмбера, а дела его приняли неблагоприятный оборот. У меня возникло ощущение, что на самом-то деле он хотел получить официальное определение своего статуса по отношению к Эмберу, и что он упомянул важные сведения, которые согласен отдать, в качестве знака доверия и в качестве козыря в торге. Я был не совсем уверен, что лично необходим в его плане по спасению Ясры. Если бы он знал Замок вдоль и поперек, при условии, что сам он неплохой колдун, то сам мог бы переправить с Отражения Земля отряд наемников. Насколько я знал о природе Отражений, оригинальные боеприпасы будут действовать там не хуже, чем в Эмбере. И, независимо от того, верно это, или нет, почему бы ему просто не козырнуть свои штурмовые группы прямо в крепость?
Ему даже не пришлось бы по-настоящему выигрывать сражение — просто заскочить, захватить Ясру и смыться. Нет, я не чувствовал себя действительно необходимым для операции, которую он хотел провернуть. У меня сложилось впечатление, что он махал морковкой у моего носа, надеясь, что когда туман рассеется, мы просто обдумаем то, что у него есть, и что он хочет, и сделаем ему предложение.
Я также чувствовал, что теперь, когда Каин убран с дороги и семейная честь удовлетворена, он может согласиться объявить вендетту законченной. И мне представлялось, что камнем преткновения с его стороны была Ясра. Хотя я понятия не имел, какую она могла иметь над ним власть, мне пришло в голову, что упоминаемые им сведения могли представлять собой средство нейтрализовать ее. Если бы он передал их нам втихую, все выглядело бы так, будто исходит с нашей стороны, и он смог бы оправдаться перед матерью, а также купить мир у нас. Очень привлекательная идея. Моя проблема заключалась теперь в том, чтобы найти наилучший способ изложить все это Двору, не выглядя предателем оттого, что позволил ему уйти. И, значит, мне придется доказать, что прибыль стоит вклада.