Чтение онлайн

– Йелли Эшаэль, мне жаль, что приходится поднимать эту тему, но нам необходимо знать...

– Вас интересует… отец Тами?

– Да, Пресветлая, именно он.

Эльфийка взглянула на мрачного мужа, успевшего прибыть домой раньше их небольшой следственной группы, и губы её печально опустились. Ривиэль хоть и слыл тем ещё исчадьем Бездны, но совсем уж бесчувственным не был и поэтому вежливо, но непреклонно попросил Архимага на время их покинуть. Закриэль с видимой неохотой вышел из светлой гостиной, закрыв за собой дверь с весьма громким стуком, от которого бедная эльфийка вздрогнула. Ривиэль тут же поспешил её успокоить:

– Пресветлая, вы же понимаете, что злится он не на вас, но на нашу настырность и в особенности на то, что о вашем маленьком секрете узнает кто-то посторонний?

Мару посетили очень противоречивые ощущения – с одной стороны, этот… нашси, да выругаться всё же следует, дабы хоть немного облегчить своё эмоциональное состояние. Так вот, этот нашси невзначай так указал своими синими глазками, на неё, Некромантку, и сделал красноречивую паузу перед словом «посторонний» - ещё раз указывая на то, что она вот ни разу не принадлежит к их кругу, и уж точно не должна быть допущена до столь значимых сведений о благородном семействе, но, увы-увы, служба! С другой же стороны, девушку удивил и сочувственный тон, и очень милые поглаживания руки высокородной… Оказывается, йелла Ривиэль может быть не только холодной, расчётливой сволочью, но и учтивым кавалером. Ну-ну, интересно, сколько в этом притворства? Три четверти, или все девять десятых?

Но йелли Эшаэль очевидно купилась на небольшой спектакль и с тяжёлым вздохом поведала свою историю:

– Вы знаете, кто мой отец? Владыка Навил Йод, да, тот самый бывший ректор Академии, о котором предпочитают не говорить.

Мара вздрогнула – Владыка Навил, Иллюзия Времени? Одна из страшных сказочек Академии, которую рассказывают исключительно шёпотом, и под покровом такого количества экранирующих и блокирующих формул, на которые студенты только способны. Легенда гласит, что Владыка Навил был бессменным ректором Академии на протяжении нескольких тысяч лет, а особо смелые версии намекают на то, что великий маг ровесник Императора, и пока один сидел на троне во Дворце, второй властвовал в Академии. Ещё говорят, что дар у Владыки был невообразимо мощным, ему вроде, как и формулы были не нужны – он умел творить заклинания одной силой мысли. Но самое страшное, что кроме прочего, Владыка Навил был ещё и провидцем. Настоящим. Перед его внутренним взором постоянно разворачивались картины будущего – далекого и близкого. Все легенды сходятся во мнении, что именно из-за этого Владыка и начал сходить с ума – образы того, чего ещё не было смешивались с делами минувших дней, да и постоянно путались с текущими событиями, вот в какой-то момент и не выдержало сознание, помутнело, но перед тем, как погаснуть, выдало главное пророчество. Естественно о конце света. Текст пророчества был надёжно спрятан от любопытных глаз, так что доподлинно никому не был известен. Сразу после страшного откровения, а может быть, как раз из-за него, Владыка то ли умер, то ли скрылся в глубине Эльфийского Леса, подальше от суеты Мира.

– Отец, он был странным… - йелли Эшаэль между тем продолжила. Всех нас, Йод, считают немного не от Мира сего за некоторые способности предвидения. В чём-то сплетники правы. Трудно смотреть на Мир как все, если видишь его совсем иначе… Но отец был странным даже по меркам Великого Дома Йод. Всё дело в том, что легенды не врут в одном – он древнее самого времени и, скажу вам по секрету, старше Императора. Но не стоит об этом распространяться.

Ривиэль быстро кивнул и требовательно посмотрел на Мару, та и поспешила заверить высокородную:

– Конечно, йелли Эшаэль, ничего из этого не будет упомянуто ни в отчётах, ни в беседах. Мы только укажем имя отца йелли Тамиэль.

– Сейчас я до этого дойду. Да, отец из древних, самых древних. Он не просто пришёл из Первозданного, он и в этом Мире не переставал практиковать магию Хаоса… Его враги в Круге позже пришли к мнению, что именно воззвание к силе Хаоса и помутило его разум, а значит нельзя верить ни пророчеству, ни самому Владыке. И вообще, лучше бы этот раздел магии запретить и знания о нём сокрыть подальше.

Ривиэль слушал эльфийку очень внимательно. Хоть эта история и была ему хорошо знакома, сам слышал её в стенах Академии, да и потом по долгу службы получил несколько более углублённую информацию, и всё же ему было очень интересно узнать и другое мнение о тех событиях. И ещё один вопрос его волновал:

– Вы знакомы с текстом того пророчества?

– Нет, отец никогда не говорил о нём, лишь однажды обмолвился, что… Император ещё пожалеет о своих необдуманных поступках, но будет поздно, слишком поздно.

Ривиэль удовлетворённо кивнул – вот оно, то из-за чего на самом деле Владыку так быстро и однозначно объявили сумасшедшим и отправили подальше. Он посмел оспорить решения Императора. «Очень, очень любопытно. Нужно будет рассказать Камаэлю, его это заинтересует» подумал Ривиэль и тут же вернул всё внимание рассказчице:

– Простите, Пресветлая, я отвлёк вас.

– Ничего, со вступлением я всё равно уже закончила. Я вам об отце рассказала, чтобы вы имели более полное представление о том, как мы с братом воспитывались.

– С братом, у вас есть брат? – Ривиэль был уверен, что ни о каком брате йелли Эшаэль он никогда не слышал, но, похоже, его сведения были не столь полны, как ему казалось.

– У меня был брат. Миллонд, Тень Времени. И если я от отца унаследовала лишь маленькую искру дара, то Милл, он… Он видел будущее так же ясно, как и отец, но кроме этого, между нами с братом была особая связь – мы были близнецами, да ещё и оба Менталами. Понимаете?

Мара прекрасно поняла, что именно хотела сказать йелли Эшаэль. В учебниках по Крови ей не раз попадались упоминания об особенностях близнецов, так что о дальнейшем она и сама могла догадаться, но не стала прерывать эльфийку и просто кивнула.

– Значит, не удивитесь, если я вам скажу, что у нас сработала привязка, друг на друга, ещё в раннем возрасте.

Да, именно о таких последствиях упоминали авторы научных трактатов – привязка была неизбежна, если не разделить близнецов.

– Наше сродство было столь полным и всеобъемлющим, что чаще всего нам не требовались слова, не нужно было даже пытаться прочесть мысли – мы и так знали, о чём думает каждый из нас. Отец всё видел, но не препятствовал, и до недавних пор я не могла понять почему. Почему он не стал нам мешать? Почему не разделил? Почему не остановил, когда наше увлечение друг другом зашло слишком далеко, и мы переступили и последнюю грань? Мы же вообще не задумывались о последствиях, жили в своём собственном мире, не замечая никого и ничего. А потом отца отстранили от дел, и он ушёл в Саймалир, в добровольное изгнание. Ну а мы с братом остались на попечении матери, которая до этого не очень-то принимала участие в нашей жизни, занятая скорее баллами и светскими раутами в Элисвиэле. С отставкой отца, беззаботному существованию разом пришёл конец, на маму обрушилась вся грязь сплетен и домыслов, а потому неудивительно, что она забрала нас с братом обратно в Город Древа, где мы провели, пожалуй, самые счастливые годы нашей жизни. Мама из Кайзенов, в Амиравиэле она мало с кем была знакома, так что всё своё время тратила на то, чтобы упрочить положение нашей семьи и вернуть себе любовь высокого общества. Занятая собой и воплощением своих амбиций, она совершенно не интересовалась нами с братом, что нас, как вы понимаете, вполне устраивало. Долгие годы мы жили в небольшом поместье на окраине Города, в то время как мать обитала под сенью Вечного Дерева. Дни и ночи мы проводили с братом вместе, читали, гуляли, купались в ближайшей речушке и… занимались любовью, как высшим проявлением единения душ и тел. Видения брата были редки, ещё реже они затрагивали кого-то из близких или нас самих. А потом случилось это…

Йелли Эшаэль на миг прервалась, собираясь с духом, и вновь продолжила:

– Милл увидел то же пророчество, что и отец. И оно так его потрясло, что он отказывался есть, пить, спать несколько дней. А потом пришёл ко мне и сказал, что мы должны сделать ребёнка, чудесную девочку с милым именем Тамиэль. Без объяснения причин, без ничего – просто, что Миру это нужно. Тогда я впервые заподозрила, что с Миллом приключилась та же беда, что и с отцом – видение свело его с ума. Я долго отказывалась, сопротивлялась, но в конечном итоге сдалась под напором его упрямого «так нужно». Мы зачали Тами и в ту же ночь он ушёл. Исчез, растворился в одном из деревьев…

Ривиэль усмехнулся – какой поэтичный эвфемизм для трусливого самоубийства. «Растворился в дереве», ну надо же. Дальше всё было предельно ясно – мамаша узнала о беременности дочери и, задействовав все возможные связи с родительским Домом, быстро организовала «политический брак с довеском». Йелли Эшаэль родила девочку «недоношенной», небось ещё и магию использовали для затягивания беременности, иначе окружающие быстро бы раскусили интриганок. Кайзены не могли не догадываться об истинном положении дел, но предпочли молча проглотить пилюлю – и ради упрочнения связей двух Домов, и ради вливания столь мощной, одарённой крови.