Кровь и Звёзды
Шрифт:
Потом мы услышали его. Из записи послышался взрыв, который сотряс дом до основания. Таро вскрикнула, когда вещи разбивались на заднем плане. Повисла страшная тишина.
— Мирамэйр. Они ударили по Мирамэйру, — пробормотал, задыхаясь, Хосс.
— Давай, милая. Мы должны идти в стойло сейчас же… Может быть… может быть шоссе Сансэт еще цело…
Но послышался еще один взрыв. Потом еще. И еще.
— Мама. Что это за огоньки? — беспокоясь, спросила Таро. — Они страшные!
— Иди сюда, Таро. Все будет в порядке.
Старый Хосс забурчал и кашлянул.
— Вы должны пойти к стойлу на холме. Это не то, в которое назначено вам, но пропуск есть пропуск.
— Пойдешь с нами?
— Ой, теперь, в этом нет смысла, Мэригольд. Ты это знаешь. Я просто старый самец, слоняющийся поблизости, пока все не закончится. Отведи эту кобылку туда, где она будет в безопасности.
— Дядь Хосс! Ваша шляпа! — сказала в тревоге Таро.
— Оставь себе, милая. Мне она больше не нужна.
— Не-не-не! Это ваша шляпа, дядя Хосс. Ваша голова замерзнет. Ни один Звездный Рейнджер не хочет мерзнуть! — Таро сказала, хныкая. — Пожалуйста, дядь Хосс. Я буду носить ее, когда я вернусь.
Вдруг все трое начали кричать, как будто от боли, но всем, что я слышала, было страшная тишина. Потом был далекий треск и сильный ветер, несшийся сквозь листья деревьев вокруг фермы. Отдаленные крики и вопли звучали в ночи, усиливавшиеся и ослабевавшие и нарастающие, когда выжившие бежали в это ужасное время.
— Принцессы… Хфингтон… что… случилось…? Что это было… крик…? — тихо пробормотал старый Хосс.
— Бомба внутри щита. Они, должны быть, пронесли одну внутрь… О, святая Селестия…
— Ты иди, Мэригольд. Спеши. Просто следуй за всеми теми пони. Присмотри за малышкой.
— Спасибо.
— Никаких сожалений, Мэригольд. Ты просто будь лучше, чем идиёты, что вызвали этот бардак.
— Прощай, — прошептала Мэригольд. — Пошли Таро. Держись рядом, дорогая. Нам нужно добраться до нашего нового дома в стойле.
— Пока, дядь Хосс! Скоро увидимся.
— Луна, защити нас, я надеюсь, нет, милая, — сказал тихо Хосс, и я услышала шепот старого жеребца. — Наверное, скоро увидимся, Смит.
Запись превратилась в помехи, прежде чем полностью оборвалась.
Так вот как все звучало, когда мир закончился. Сначала ты играешь в Звездных Рейнджеров со своим жеребенком, посещаешь друга. Затем ты отдаешь ребенка совершенно незнакомому человеку, зная, что в противном случае она бы умерла.
Я чувствовала дрожь всем телом. Каковы были шансы, что бомбы упадут в тот день, когда они посещали ферму? Если бы они были в Звездном доме, то они пошли бы в обреченное Стойло 90. Каковы были шансы что, они пересеклись бы с Кард Трик, которая взяла Таро как свою собственную дочь? Какова была вероятность того, что я найду эту запись, когда в таком отчаянии готова была нажать на курок?
Как я могла быть настолько грёбаной идиоткой?
Я теперь никогда не убью себя. Мне, может, и хочется, но я никогда не смогу отбросить жизнь, которая стала плодом тех чрезвычайных обстоятельств. Шансы были просто-таки сверхъестественные. И я почти отбросила все это. Я, возможно, отбросила своих друзей в тот момент ужасной слабости.
Спасибо, Мэригольд. Хосс. Флаттершай.
— Я не могу поверить, что это было именно так, — протянула Твистер, глядя на мой ПипБак в изумлении. — Я имею в виду, нам рассказывают в школе нащёт Аварийного Оповещения и Великого Сбора… но слышать, как эти бомбы взрываются… они говорили о крике. Что это было?
— Я не знаю, — ответила я, глядя на фиолетовую пони Анклава. — Я ничего не слышала.
— Хуфингтон должен был быть полон пони, когда взорвались бомбы, если они полагали, что магические щиты сберегли бы их, — размышляла она вслух. — Но, похоже, единственное, что сработало, это закрытие неба.
— Да. Однако, война уже позади. Вы можете его снова открыть, — пробормотала я, когда начали падать более тучные капли дождя.
Ее уши немного опустились.
— Этот вариант не рассматривается, к сожалению. Нам нужен каждый кусочек облака, с которого мы можем получить пищу. Извини. — Она посмотрела на тоскливый пейзаж. — Однако, я никогда не думала, что все это выглядит так.
Я смотрела на нее, так вот как пегас становился дашитом. Я могла видеть вину на ее лице. Она могла считать, что это необходимо, но она не думала, что это правильно.
— Могу я задать тебе вопрос? — Она посмотрела на меня холодно, но с любопытством. — Почему ты просто не улетела и не оставила меня в Стар Поинте?
Она открыла рот, потом закрыла его снова.
— Я уже два года как выпустилась с тренировочного лагеря — сказала она. — Ты знаешь, сколько боевых действий я видела? Ноль. Мы летаем вокруг, тренируем наши построения, стреляем на стрельбах и играем в редкие военные игры. И нам говорили, что это все для нашего народа. — Она сделала глубокий вдох. — Факт в том, что это был первый бой, который можно назвать настоящим. — Она пнула грязный ком. — Как я уже сказала, поверхность делает меня глупой.
Потом нас нашел Анклав.
К счастью, метки были янтарного цвета, когда одна из них приземлился спереди, а другая сзади.
— Твистер! Мы нашли тебя! — крикнула кобыла. Я смотрела на выжженную броню кобылы с лучевыми винтовками Гатлинга и самца, которого почти кастрировала.
— Вы… — глаза Твистер расширились от шока. — Вы пришли за мной?
— Ну, канешн! Не могли оставить тя в копытах этого террориста с поверхности, — зарычал жеребец, его ракетная установка уставилась прямо на меня. О, конечно, теперь он был храбрым, когда моего когтя не было около его причиндалов. — Хочешь, чтобы я взорвал ее? Убедился, что она сотрудничает.
— Нет, Бумер. Она помогла мне выбраться из копыт Болванхедов, — глухо пробормотала Твистер, потом усиленно закачала головой. — Но, что вы трое делаете? Мы все теперь заражены! — отметила она со свирепым взглядом.
Сансет пожала плечами, в силовой броне это выглядело причудливо.
— Ага. Мы скажем, что заглянули к Болванхедам, даб надрать им хвосты. Получим две недели ареста.
Бумер кивнул.
— Не смогут бросить тя в клетку, если мы вернем тя назад, не так ли?
— Вы двое идиётов… тьфу… Я застряну на месяц за бумажной работой из-за этого… — Она посмотрела на меня. — Ты уверена, что мне нужно было поесть… ну, ты знаешь… чтобы, заразиться?