Чтение онлайн

Глори заглянула в коридор, прежде чем с озабоченным видом посмотреть на свою травму.

— Я не знаю. Я никогда не повреждала мои крылья раньше.

— Никогда? — спросила я в удивлении. Они были тонкими. Даже хрупкими.

Она скривилась в небольшой ухмылке.

— Я знаю, что я не лётчик, как Даск, но поверь мне. Крылья пегасов прочны. После того, как Пегас поднимется в воздух, ну… есть истории о том, как пегасы во время войны налетали на полной скорости прямо на формации зебр. Вот почему Реинбоу Деш всегда пыталась заставить пегасов поступать в армию. — Она сглотнула, нервно глядя на укус. — Этот пёс сделал мне, всё что смог. Если бы он так укусил мою ногу… или горло… — Она немного нервно покачала головой и улыбнулась. — Везёт же мне, он укусил прочнейшую часть меня.

— Тем не менее, — сказала я, пока мы продолжали двигаться по металлическому коридору, — Я сожалею, что ты продолжаешь страдать, следуя за мной.

— Не волнуйся. Я сильная, — сказала она, глядя через дверной проем и нахмурившись. — Что это?

Это была еще одна в основном нетронутая управляющая комната, освещённая странным, резким светом дуговых ламп. Бок о бок мы двинулись вперед, я со своим заряженным дробовиком на готове, в то время как Глори зависла надо мной с выражением резкого дискомфорта. Огни были не только резко очерченные… они двигались. И, какое совпадение, красные полосы перемещались со светом. Шаг за шагом, я переместилась ближе, и…

Это был единорог?

Это, возможно, когда-то был единорог, но его плоть растаяла, оставив только светящийся скелет. Его рваная и сожжённая униформа все еще висела на его ярко светящихся костях. Нимб яркого белого света исходил из останков скелета. Они не столько ходили, сколько тихо парили над землей, пока свет мерцал вокруг и через них. Они были больше похожи на молочные кристаллы, чем на кости. Штука… посмотрела прямо на меня, когда зелёное свечение внутри её суставов вспыхнуло.

«О, да ну на хрен!»

Я вошла в З.П.С. и выпустила четыре пули в его череп. Сияющие кости, и рваная ткань взорвались вокруг него. Он испустил крик настолько высокий, что он был почти за пределами слуха, но практически свалил меня с ног от боли. Однако, кости мелькнули и потемнели, и скелет рухнул в раздробленную кучу.

Жаль, что он был не один.

Еще два вплыли в поле зрения, и из рога первого заколебалась в воздухе и пронеслась по коридору линия искажения. Она не оказала абсолютно никакого эффекта на стены, мою броню, или мою плоть.

Она, однако, разрушила все кости в ногах, пройдя через меня. Я рухнула крича, слёзы текли по моим щекам, когда я выстреливала пулю за пулей в плавающий скелет. Изумрудные пучки Глори казались гораздо менее эффективными, чем мои грубые, но жестокие пули дробовика. Я сделала выпад в сторону, чувствуя, как разбитые осколки впивались в мою плоть, когда еще один пучок искажения рассёк воздух вертикально мимо меня. Второй скелет разрушился душем из костей, и, наконец, наши совместные выстрелы преобразовали третьего в груду тлеющего пепла.

Я лежала на моём боку, чувствуя, как четыре искалеченных конечности обвисли на пол.

— Что это было? — спросила Глори, снимая мою броню, чтобы посмотреть на гладкую, неповрёжденную кожу и сломанные выпуклости под ней.

— Меня не волнует, пока мы можем убить это, — простонала я, когда легла на спину. Я увидела колебания на её лице. — В чём дело?

— Я… Наши лечебные зелья не очень хороши здесь. Я не думаю, что…

— Дай мне Гидру, — ответила я без колебаний.

— Блекджек, помни, что Рампейдж сказала! ХМА плюс Гидра равно жидкая Блекджек. И не стоит забывать о порче.

— Не начинай со мной Лакунить и не начинай цитировать забавную математику, — ответила я с шаткой улыбкой. Мне казалось, что все четыре ноги были погружены в огонь. — Мертвая Блекджек здесь или мертвая Блекджек, когда мы столкнемся с несколькими из этих штук. Тебе решать. Если у тебя есть Гидра, дай её мне.

Глори закрыла глаза и вытащила шприц. Серая вязкая масса сразу начала работать, и я делала все, что могла, чтобы не плакать, чувствуя, как мои разрушенные конечности восстанавливались. Осколки кусочек за кусочком были вставлены на места и сформированы заново. Как ни странно, боль вдруг ослабла до ноющей, и я моргнула, поднимаясь на копыта. Мне показалось, или я на самом деле чувствовала себя… хорошо?

— Ха. Похоже, свершилось чудо.

— Это не больно? — спросила она в замешательстве, и я покачала головой. Она ничего не сказала, но выглядела смущенной, когда я подошла к одному из больших наблюдательных окон. Странное свечение радуги сияло сквозь него.

Зал за стеклом не был сожжён вообще. В центре него находился огромный бриллиант размером с голову пони, блестевший с короной света. Вокруг него почти идеальным кольцом расположились десяток единорогов скелетов. Ещё четыре бегали вокруг, двигаясь, как будто проверяли оборудование по сторонам. Я не думала, что любое из них выглядело функциональным. Это было, словно кости просто выполняли движения.

Я посмотрела на Глори и вынужденно улыбнулась.

— Позволь угадать. Это просто действительно огромный драгоценный камень, и он не имеет ничего общего со всеми жутко светящимися костями, верно?

Глори покачала головой.

— Нет, я думаю, что он — прямая причина, Блекджек. — Я сопротивлялась желанию сделать фэйсхуф. При следующих её словах, я обнаружила, что это очень легко. — Я думаю, что это камера мегазаклинания.

— Чего? — крикнула я. Затем я закрыла копытами рот, но было похоже, что кости там ещё не заметили нас. — Это мегазаклинание?

«Какой идиот установит под городом мегазаклинание?»

Глори кивнула.

— Я видела диаграммы в учебниках. Матрица заклинания усиливает заклинание экспоненциально с каждым единорогом, направляющим заклинание. Алмаз — что-то вроде гигантской спаркл-батареи, он сохраняет заклинание, пока то не сработает. Или хранящая структура не дестабилизируется; они не длятся так долго… как правило, — добавила она с любопытством и взволнованно взглянула на камеру ниже. — … и именно поэтому полностью укомплектованные базы, как эта, должны были быть построены. — Я нахмурилась, присмотревшись к кругу. Я видела нечто подобное раньше… когда была внутри Стоунвина, сливающегося с василиском. Из-за бликов я едва могла разглядеть магический символ, плавающий внутри огромного алмаза. — Этот глиф является изображением эффекта, хранящегося в мегазаклинании.

— Эффекта? Я думала, что они просто делают «бум», — сказала я, немного нахмурившись.

— Ну, были мегазаклинания, которые взрывались. Самые первые оружейные мегазаклинания были заклинаниями воспламенения, усиленными миллионами, подобными воспламенению миллиардов свеч сразу. Но было разработано множество других мегазаклинаний, которые были намного более коварны. Как одно, от которого все зебры в целом городе должны были хотеть бесполезный кусок скалы до такой степени, что убивали бы друг друга. Или то, которое должно было превратить всё в объеме своего действия в воду. Я слышала, что одно мегазаклинание на самом деле должно было заставить всех попавших под влияние зебр поменять сторону и быть верными Принцессе Луне.