Чтение онлайн

Я уже говорила, как сильно я любила старшую сестру Глори прямо тогда? На самом деле! Прекрасная кобыла!

— Но где ты взяла… ой. Тот магазин? — Она смущённо улыбнулась, покраснев. Так очаровательна! Затем я приподняла бровь. — Взяла ли ты что-нибудь… ещё?

— Возможно, — ответила она игривым тоном, кричавшим «да». Затем она издала тихий «мурр» и нежно поцеловала меня. — Если ты хорошая кобыла, то узнаешь.

О, хорошо. Я была бы хорошей. Я была бы самой хорошей, лучшей из милейших кобыл всех времен и народов, да сэээррр!

— Надо сказать, это было неожиданным, — произнесла я с румянцем, пока мы лежали в объятиях друг друга.

Глори, казалось, довольно позабавило моё смущение.

— Я думала, что ты делала тонны вещей, как это?

— Ты что, шутишь? Мама арестовала бы меня и стерилизовала. У меня был хороший, предсказуемый, безскандальный секс. Зато у всех остальных имелись свои экстравагантные причуды.

Мне пришлось признать, что я немного волновалась. Я никогда не занималась сексом, подобным этому, раньше. Я всё ещё испытывала трепет. Как если бы я открыла для себя совершенно новую часть себя, но самую малость сомневалась в том, чтобы узнать её получше.

Одной частью, от которой я не могла отделаться, было то, что мне это понравилось. Очень понравилось. И, судя по выражению лица Глори, ей тоже. Я почувствовала, как наступил эмоциональный приступ. Несколько часов назад, я думала, что она мертва. Теперь у меня осталось чувство головокружения от того, что я только что была прикована к кровати. Может быть, я должна попытаться охладить это. Вернуть некоторый контроль. Что-нибудь. Затем я поймала её фиолетовый взгляд и увидела, насколько усталой я была. О Богини…

Она помогала мне надеть мои ножные скобы, когда раздался стук, и тёмно-синяя кобыла с кьютимаркой в виде звезды с исходящими от неё лучами просунула голову в дверь.

— Мы готовы, Монин Глори.

— Спасибо, Норзстар, — кивнула Глори.

Серая кобыла помогала мне держаться на копытах, пока мы рысью пробегали через метеостанцию. Восемь или девять пегасов работали за ввезёными терминалами и проверяли документы. Большинство из них, как минимум, кинули взгляд в мою сторону, когда мы двигались мимо.

На стене висело чёрное знамя с фиолетовым глазом в центре расплывчатого щитообразного тёмно-зеленого облака с ярко-зелёной молнией позади него. По краям был написан лозунг: «Разведка Анклава: Защита от угроз сверху и снизу, изнутри и снаружи».

— Угрозы сверху? — спросила я с улыбкой, когда мы вошли в небольшую комнату с терминалом и камерой, установленной на столе. Лайтхувз спокойно стоял в углу, вне поля зрения камеры.

— Разведка Анклава должна быть готова ко всему, — тихо произнесла Норзстар. — Мы не военные. У нас нет Хищников и осадных платформ. Самая большая вещь, которой нам разрешили пользоваться — это вертибаки. Мы должны быть умнее и хитрее наших врагов. Мы должны обманывать, — пробормотала она кисло. — Конечно, мы могли бы быть гораздо более эффективными, если б нам не нужно было согласовывать с Нейварро абсолютно все наши действия. Не могу поверить, что они ограничивают наши полёты над Вечнодиким и Филлидельфией именно сейчас…

Я посмотрела на неё в ответ.

— Звучит почти как Министерство Крутости.

Она вдруг улыбнулась в знак одобрения.

— Я совсем не ожидала, чтобы пони с поверхности это заметил. Если бы это название в конец не выводило из себя Нейварро, мы бы до сих пор использовали его. Нейварро был базой для Эквстерийской Небесной Стражи после бомбёжки Клаудсдейла. Тандерхэд и башня Шэдоуболтов выступали в роли штаб-квартиры Министерства Крутости. О, конечно, все пони думали, что офис в Кантерлоте оставался главным, даже когда он превратился в склад. Прямо как и планировала Рейнбоу Дэш. — Она вздохнула, глядя задумчиво. — Если бы всё прошло немного по-другому, все пони в разведке звались бы Дашитами. Если бы Рейнбоу Дэш просто подождала… — Но она слегка покачала головой.

— Но… но вы заклеймили Глори, — указала я. — Выжгли её кьютимарку и… и…

— Мы сделали то, что должны. Ты бы предпочла войну? — спросила она прямо. Аргумент принят.

— Дамы, — поднёс своё крыло к губам Лайтхувз.

Экран терминала мгновение мерцал, а затем преобразовался в образ жеребца средних лет, только приближавшегося к пожилому статусу. Его шёрстка была богатого сливового цвета, а фиолетовая грива обладала налётом седины. Я заметила с оттенком беспокойства, что у него также имелась повязка, закрывающая левый глаз, а левую сторону его лица покрывали старые шрамы, не совсем исчезнувшие. Его серые глаза расширились от шока, и он привстал на свои копыта.

— Монин?

— Здравствуй, Отец. — Я удивилась официальному тону, что она использовала. — Я рада видеть, что у тебя всё хорошо.

Он стукнул копытом на стол.

— Писающая радуга, Монин, не мели чепуху! Где, чёрт возьми, ты была? Сначала признание того, что ты стала Дашитом, затем отчёт Даск, что ты была убита без подтверждения, и теперь отчет, что ты… — но затем он замолчал, когда она двинулась. Пегаска покраснела и повернулась, чтобы закрыть вид её культи. — Где ты? Я сам полечу прямо туда и заберу тебя!

— Нет, Отец. Я в порядке.

— Ты потеряла крыло, Монин! Это прямо противоположно порядку! — проревел он. — Ты идёшь домой, и это последнее слово!

— Нет, Отец. Не иду, — ответила она со своим угрюмым видом. — Тут такие вещи творятся прямо сейчас…

— Мне чрезвычайно плевать, какие вещи творятся! — сказал он с очередным властным ударом своего копыта. — Ты возвращаешься домой, в безопасность, прямо сейчас. Затем мы посмотрим, как избавиться от этих шрамов.

— Ты не можешь говорить мне, что делать, Отец! Я больше не кобылка! — кричала Глори на него, хмурясь совсем не по-глорински.

— Ты прямо как твоя мать, — мрачно пробормотал он. — Прекрати быть такой упрямой!

— Я занимаюсь важными вещами, Отец! — огрызнулась она. — Прекрати говорить мне, что делать! Я — Дашит, хорошо? Я может, и люблю Тандерхэд, и верю в Анклав, но мой дом сейчас здесь! Здесь кобыла, которую я люблю!

«Ох, это что, был за запах гари? Ах, это я покраснела».

Он закипел от ярости, но откинулся назад и слегка осел.

— Ты исчезаешь на месяц, и первое, что мы делаем, когда я вижу тебя, это кричим друг на друга. — Он покачал головой и глубоко вздохнул. — Я кричу на охрану и твою сестру уже несколько недель. С тех пор, как неожиданно возникло то фальшивое признание. Сейчас я получаю «свежие новости», и это ты…

— Мне очень жаль, Отец. Я знаю, ты хочешь, чтобы я оказалась в безопасности, но я больше не твой маленький лучик рассвета, — ответила она. Она взглянула на Лайтхувза, а затем обратно на экран. — Я здесь с оперативником Лайтхувзом. Он говорит, что дела между Нейварро и Тандерхэдом плохи. Действительно плохи. И ДК подливает масла в огонь.

Скажи ему, что Лайтхувз выжег твою кьютимарку, Глори. Я хотел закричать, но Норзстар посмотрела на меня и медленно покачала головой. Я прикусила язык.