Чтение онлайн

– Хочешь, у меня с поллитра кефира есть? – спросила Настя.

– Тащи, чего спрашиваешь? Или дразнишься? – подозрительно уставился на нее Андрей.

Настя отошла к холодильнику, достала из него початую картонную коробку «Веселого молочника» и вылила все ее содержимое в большую кружку.

– Может, лучше блинов нажаришь? – обернулся к девушке Гарфилд.

– Ой! А я не умею! – призналась Настя.

– Почему я не удивлен? – сам себя спросил Гарфилд. – А, ну да, – он кивнул на черно-белую фотокартину над кроватью – с обнаженной Настей и эрегированными членами по краям. – Обычно либо готовить умеют, либо в порнухе снимаются… Жека, надеюсь, хоть один из двух этих херов твой? Тот, что длиннее? Скажи, что ты его просто черникой или гуталином вымазал?.. И она все еще здесь висит?.. Странный ты… Ладно, давай кефир и показывайте, что у вас тут.

У них был видеофайл. Гарфилд перекинул его к себе на ноутбук и только тогда открыл. Из колонок ноута заиграла хриплое некачественно записанное диско из 80-х, на мониторе замелькало время от времени смазывающееся и теряющее резкость изображение. Ручная, как при съемках экшена, камера – и явно непрофессиональная. А может быть – телефон. Только вряд ли кто-то бы дал снимать на телефон то, что они сейчас видели на мониторе.

Девушка. Из-за обильного макияжа и не поймешь – красивая или нет, но молодая. Смеется. Потом становится на колени и начинает делать минет мужику в возрасте. Тому не помешало бы заняться спортом – голый выдающийся вперед живот колыхается при встречных движениях мужчины бедрами, когда он грубо насаживает рот партнерши на свой стоящий колом, но, кажется, не такой уж большой член в телесного цвета презервативе. Девушке неудобно, ее лоб упирается в живот партнера. Мужчина поворачивается лицом к камере, делает манящий жест свободной рукой.

– Иди к нам, – зовет он.

Его голос записан не очень хорошо, с искажениями от играющих из невидимых колонок «Bad Boys Blue», и нужно напрягать слух, чтобы разобрать слова, но все слышно – читать по губам не надо.

Камера приближается к занимающимся сексом людям. Опускается на уровень отсутствующей у мужчины талии. Десять или около того секунд орального секса крупным планом. Тугое «О» губ девушки, скользящее по обтянутому латексом члену. Быстрые прикосновения языка к головке. Нитка слюны, на несколько мгновений повисшая между пенисом и подбородком девушки.

Камера смотрит вверх, заглядывает в лицо мужчине. Тот спрашивает у нее:

– Чего ждешь? Присоединяйся.

Камера движется взад – вперед вдоль члена, уходящего при наезде куда-то вниз, за кадр. Разрешение такое, что когда объектив приближается и застывает на краткий миг, видны даже поры на дряблом животе и теряющие меланин лобковые волосы. Пару раз изображение ненадолго рассыпается на путающие цвета квадраты, потом собирается вновь.

– Сними очки! – говорит мужчина.

Происходит смена ракурса по головокружительной траектории вроде петли Нестерова, и камера застывает на какой-то поверхности, напоминающей столик. Теперь видны все трое. Мужчина и две девушки, одна из которых – блондинка в полуспущенных джинсах и с сосками обнаженной груди, заклеенными крест – накрест белым пластырем или чем-то похожим.

Жека посмотрел на Гарфилда. Тот пялился на монитор с отвисшей челюстью и с испачканным в кефире ртом. Заметив Жекин взгляд, он остановил видео.

– Нельзя мне такое долго смотреть. У меня секса не было со времен динозавров. Встает от рекламы колготок… Я уже подумал, вы позвали меня отредактировать ваше домашнее порно. А тут такое…

– Отредактировать порно? – засмеялась из-за его спины Настя. – Ну ты даешь! В ночь с воскресенья на понедельник?

– Ну, я уже не помню, когда в последний раз спал восемь часов… Ребзя, я правильно понял, что этот толстопузый…

– Правильно. По телеку его видишь постоянно, – сказал Жека.

– Вот дед жжет! У него же внуки, наверное, есть, а он такой хардкор устраивает! – покачал головой Гарфилд, но, кажется, его больше интересует другое. – А что за очки, которыми записали это?

Жека положил их на стол перед Андрюхой – китайскую копию солнцезащитных Just Cavalli с золотистыми стеклами, которую передал ему Марк. Гарфилд осторожно как ребенка взял очки в обе руки.

– Да ни хера ж! – сказал он, разглядывая их. – А ведь не скажешь…

Он одел их, повернулся к Жеке и Насте, и те засмеялись в один голос. В очках с большими стеклами на своем круглом лице Андрей выглядел стопроцентным сутенером – «слышь, девочка не нужна?».

– Вот так, – покачал головой Гарфилд. – "Гугл Прожект Гласс", дополненная реальность, тесты, реклама, ценник от фонаря обещают. А хитрые китайцы уже все придумали, а что не придумали – спи… ой, Настя, извини… украли и толкают, наверное – за копейки… Что это за операционка такая недоделанная? И где тут управление, интересно? – Гарфилд поелозил пальцами правой руки по дужке очков. – Ага…

Он уставился на Жеку:

– Улыбнитесь, вас скрывает скрытая камера… Себе «фак» показывай, понял?.. Круто. Прямо-таки киберпанк. Будущее наступило. Где мои звездолет и бластер? Интересно, а можно будет восстанавливать мужскую девственность к тому моменту, когда в секс-шопах начнут продавать клонов известных людей? Первой куплю Джиллиан Андерсон. Это же можно будет с ума сойти – чтобы тебя в первый раз трахнула агент Скалли.

– А я бы тогда с Юрием Никулиным замутила, он такой дурак, – засмеялась Настя. – Да со всеми тремя – Трусом, Балбесом и Бывалым. Излишествами нехорошими… А ты кого возьмешь, Жека?

– «Пять минут, пять минут – это много или мало», – фальшивя, пропел тот.

– Да ты бы еще Крачковскую возжелал, извращенец… Вот еще Акиньшину бы трахнуть… Ладно, заткнусь-ка я лучше и делом займусь, – Гарфилд поерзал по паху, поправляя свои части тела.

– Вот именно. Давай уже.

– Так, еще раз, – Андрюха оглядел Жеку и Настю. – Что надо сделать?

– Выложить в сеть вирусный ролик с компроматом.

– Какой? Этот? Да кому это интересно, в общем-то? Ничего особенного тут, по-моему, нет, – не снимая очков, Андрюха пощелкал по полосе прокрутки. – Ну так… Еще и ракурс такой, как на кастинге у Пьера Вудмана… – он отвернулся от экрана ноутбука, посмотрел на Жеку и Настю, пожал плечами. – Кого этим удивишь сейчас? Тем более, его уже вроде как убрали со всех ответственных постов, скоро на пенсию отправят. С таким видео проще попытаться у этого типа выбить денег. Мол, плати, сволочь, а не то журналюгам по кусочкам скормлю… Может быть, даже заплатит. А потом тебя найдут утонувшим в ванной. Но раскрутить его в сети – что-то я сомневаюсь.

Жека неуверенно произнес:

– Человек, который передал нам очки, сказал, что файлов целая куча. Может, что-то есть поинтересней.

– Если они не невидимые, то где эти файлы? – спросил Андрюха. – Я не вижу.

Придерживая дужку очков, он ерзал по ней пальцами.

– Да тут и объема памяти не хватит на много роликов. Всего-то… Пожмотничали, конечно, китаезы… Если ролики и были, то их куда-то слили. Вот только куда, а?

Гарфилд замолчал, засопел. Было только видно, как за стеклами очков бегают его глаза – как у спящего в фазе быстрого сна. Выглядело это не так, чтобы очень уж приятно.

– Вот они… – произнес Андрей спустя минуту или две, во время которых Жека с Настей смотрели на него.

– Нашел? – спросил Жека.

– Пока только следы, – помотал головой Гарфилд.

Настя хмыкнула и спросила:

– И куда ведут эти твои следы?

– А они не мои… В облако.

– Куда? – не поняв, переспросил Жека.

– В Дропбокс. Тут клиент установлен. Облачное хранилище данных, ламеры… Погодите, не отвлекайте… Черт, мауса бы подключить к этим очкам, неудобно, для китайских кривулек все заточено, – Гарфилд интенсивнее задвигал пальцами по дужке очков – так бегают по струнам пальцы скрипача, быстро, невесомо и фиксируя прикосновения в определенные моменты времени.