Чтение онлайн

— Хм, да уж, да… — соглашался тот, молча зашагав рядом.

— Вы же слышали горны, — напомнил Такада, — к чему болтать о ерунде, мы выиграли, трубили победу.

— Точно, — тихо произнёс Кифлер, вспомнив, как доносился с опушки звук труб музыкантов.

— Эй, Тиль! Одного мага лорды вечно нанимали совершать «Разгон», да только денег он ни разу не получил, почему? — с усмешкой спрашивала Арекса.

— Потому что вместо «разгона туч» им всем требовался разгон толпы бунтующих, — усмехнулся тот, зная и здесь продолжение шутливой истории, оказавшейся в тему подавления нынешнего пиратского восстания.

— Ха-ха, всё-то ты знаешь! А про моль из Карпат слышал? — поинтересовалась красноволосая девица с ирокезом косичек.

— Кажется, нет. А что там с ней? — призадумался Страйкер.

— Карпатская моль настолько сурова, что когда рыцари Кромвеллов убирают в шкаф оружейни латы, то обнаруживают там потом лишь оставшуюся кольчугу! — отвечала та.

— А-ха-ха! Сильно! — рассмеялся Тиль над шуткой о пожирающем метал докучающем паразите, — Карпатские моли это сурово! — согласился он кивком головы.

— И ещё одна, что сказал Леший Домовому, когда тот его достал своим нытьём за рюмкой на пеньке? — проговорила она вопросительно.

— Эм… Без понятия, — призадумался Тиль, смутно представляя себе эту картину, так как внешность лешего описывалась от источника к источнику довольно разнообразно.

— Дома вой! — рассмеялась и сама Арекса вместе с ним, услышавшим каламбурный ответ.

Улыбкой оценили и остальные. Двигались они неспешно, берегли оставшиеся силы, отдышались после беготни за трусливыми бандитами, и гадали, чем же действительно могла закончиться схватка их войск. Предполагали разные варианты казни вражеского лидера, убили ли его на месте, ранили ли, дожидаясь приезда короля к месту схватки, или же притащат в замок, чтобы публично совершить возмездие на главной площади.

По берегу реки шагалось легче, чем через лес, с учётом, что там не было никаких троп под ногами, ведь большинство лесных дорог были куда дальше места сражения и расположения вражеского лагеря, однако времени это занимало больше, чем если бы им удалось хорошо сориентироваться и вернуться напрямую.

Ведь Ниса огибала лес, а они итак уже прошли косо со своего места до берега, и теперь огибали его по травянистому периметру, куда уже падали солнечные лучи. Постепенно впереди по течению начали виднеться пришвартованные парусные суда, плоты и лодки пиратов, по которым те сюда добирались и сплавляли свои ресурсы, запасы, строительные материалы для сборки катапульт и возведения виней, стреломётов, осадных башен гелеполей.

Когда они несколько часов назад прибывали к лагерю на собственной лодке, этих практически не было видно в тумане, за исключением шпилей самых высоких мачт из парусников, вероятно, корабля, на котором прибыл главарь-адмирал. Теперь же всех их вскоре можно было бы рассмотреть вблизи в лучах солнца, а также они явно служили ориентиром, что и сам лагерь уже где-то неподалёку.

Однако группу шагавших друзей-сослуживцев не могла не привлечь сухая ива растущая на будто бы выжженном вокруг себя куске прибрежной земли. Казалось бы, близость к реке, расположение с краю от леса, где дерево, подобно многим таким же одиночкам, не страдает от нехватки света в тенях других высоких крон, но внешний вид этого растения сейчас смотрелся совсем уныло и удручающе.

Раздвоенный ствол рос прямиком из земли, расходясь в какие-то закрученные противоестественные фигуры с очень малым количеством веток-отростков. Деревце казалось совершенно иссохшим, ни единого листка, ни почек, ни цветков, да и цвет его очень отличался от живой коры всех остальных своих соседей.

Однако на верхушке всё-таки было одно сосредоточение жизни, некий красный плод на тонком черенке, свисавший будто бы последним напоминанием, впитавшим в себя все силы тленного растения и сейчас покоящийся, маня к себе своим ярким светом. Но на подходе к склонившимся раздвоенным стволам этой ивы, даже глядя прямиком на этот фрукт, нельзя было не заметить под ногами на сухой и необычно рыхлой земле странные крестовые отметины.

— Что это? — тихо произнесла Нина, уставившись на начертанные толстенные линии, сходящиеся всегда ровно в центре.

В это сложно было поверить, но художник их изобразил с такой тщательностью, что несмотря на не симметричное расположение между собой — изображены они было то там, то здесь, без какой-то системы и казавшегося смысла, — сами по себе они смотрелись совершенно идентично.

Одинаковые толстенные кресты в пядь шириной в каждой линии, которые у концов заканчивались округлым краешком с более сильно вдавленной землёй по каёмочке, будто бы края эти им прорисовывали тщательней и глубже с какой-то абсолютно неведомой целью. Длина каждой исходящей из центра такой прямой широкой линии была где-то с локоть. Вниз уже смотрели и остальные. Эрвуд даже присел, прикоснувшись к изображениям, поводив подушечками пальцев и по вдавленным краям, и по центральной части, пытаясь понять, чем и с какой целью это здесь кто-то начертил.

— Кресты, но очень странные. Какой-нибудь религиозный культ типа вааков? — предполагал он.

— Кресты, да непонятные какие-то, с круглой сердцевиной, — разглядывал их Тиль, — Не припомню таких символов где-либо…

— И я, — кивнула златовласка, склонившись возле одного такого начертания и внимательно его рассматривая.

— Я тоже такие не видела, — произнесла Арекса, проведя взглядом от одного к другому, осматриваясь вокруг, — Да они тут повсюду! Вон справа, вон ещё слева.

— Может, какой-то узор, который мы не понимаем? Видимый только сверху, — предположил Эрвуд, приподнимая голову на извилистые сухие стволы, а заодно и на привлекавший к себе красный фрукт, как вслед за ним поступили и остальные.

— А, может, это расположение звёзд, — призадумалась вслух Нина, тоже не понимая отсутствие симметрии и отсутствия ровных рядов в написании совершенно во всём похожих рисунков.

— Хе-хе, кому десерт? — вопрошал Кифлер, ловко подбрасывая одной рукой отобранный у разбойника кортик и ловя тот пальцами за рукоять по приземлении на руку.

Было похоже, что ему, а вовсе не Такаде, сейчас больше всего неймётся с голодухи, так что именно он сразу вызвался влезть повыше, добыть эту яркую штуковину, чем бы то ни оказалось, а заодно и сообщить оттуда сверху, нет ли симметрии в рисунках крестов или не складываются ли те в какие-нибудь понятные очертания.

Нина и Арекса поглядели на сомнительный плод, напоминавший скорее разросшуюся ягоду, нежели спелое яблоко. Округлый красный шарик на непонятной тонкой ниточке стебелька, причём вокруг ничего подобного на сухих ветвях не наблюдалось вовсе. Во взгляде каждой из девушек была опаска и подозрительность к этому объекту.

Такада, на удивление, так и вовсе не обратил внимания на слова сослуживца, шагая поодаль от крестовых отметин, не желая здесь задерживаться и сильно отставать от остальной армии короля. Ему хотелось уже добраться до лагеря, а там и до замка, чтобы, наконец, отдохнуть. Операция, которая должна была занять час-другой растянулась беготнёй на всю ночь. Уже вовсю было светло, а они все ещё глаз не сомкнули.

— Ну, раз никто не хочет, значит это — моё, хе-хе, — произнёс эльф, приближаясь к сухому дереву.

Оно всё было будто покрыто отшелушивающимися твёрдыми черепками, словно старая отшелушивающаяся постройка, эдаким истрескавшимся слоём изношенной винтовой роговицы, словно перед ним не растение, а что-то другое. Да и на ощупь, когда он, взяв кортик в зубы, чтобы именно им срезать «яблоко», начал карабкаться обеими руками, ища ботинками опоры и выступы, её поверхность была странноватой, не особо-то деревянной, так что молодой фехтовальщик терялся в догадках, по чему же именно он сейчас влезает.