Чтение онлайн

Когда они прошли несколько улиц, она стащила с веревки для стирки кусок бежевой ткани и белую льняную мантию. Нева с Эмилиандом остановились в переулке, и она протянула ему мантию.

— Тебе нужно смешаться с местными жителями, или нас ждут неприятности с упырями, — сказала Нева.

Он поколебался.

— А мы не хотим неприятностей, — настаивала Нева. — Именно из-за них наших людей выгнали из пустыни.

— Маги? — спросил Эмилианд, снимая рубашку и обнажая множество мелких шрамов, которые украшали его шею и плечи. Когда Нева увидела их, в ней проснулось желание защитить его.

— И Джинны, — добавила Нева, не отводя от него взгляда. Она уже ненавидела того, кто сделал это с ним. — Эмилианд, что с тобой случилось?

Эмилианд неподвижно застыл.

— Твои рога, шрамы… — Нева резко замолчала.

— Я облажался, — сказал Эмилианд, поморщившись. — В ответственный момент я подвел свой отряд, и этим подвел свою донажи. Я подвел тебя.

— Ты никогда не сможешь меня подвести, — возразила Нева. Он был здесь. Что бы Эмилианд ни пережил, он выполнил данное ей обещание. Только это и имело значение.

— Хотел бы я, чтобы это было правдой. — Эмилианд нерешительно улыбнулся.

— Я серьезно, — твердо сказала Нева. — Уверена, ты сделал все, что смог.

— Этого было недостаточно, — сказал он, сжав челюсти. Стало ясно, что он не хочет больше обсуждать эту тему.

Она молчала, пока он не закончил переодеваться. Нева повязала бежевую ткань вокруг его талии, чтобы скрыть брызги крови на штанах, и они направились к ближайшему рынку. Нева провела друга сквозь толпу, не обращая внимания на прохожих, ароматную еду и крики продавцов.

Везде были намеки на культуру Да'Валиа — замысловатые ковры, расшитые бисером барабаны и инкрустированное оружие. Все это очаровало Эмилианда. Неве показалось, что он принюхался, когда они проходили мимо тележки с горой сладких булочек. Она рассмеялась, увидев, как он хмуро посмотрел на красильни. Краски в пустыне Раманаджи были блеклыми по сравнению со знаменитыми королевскими цветами Иллии дома, но пышногрудые женщины громко расхваливали свои товары.

Нева также заметила, как запнулся Эмилианд, когда увидел упыря, который сидел на лошади и следил за порядком. Несколько упырей бродили по площадке под навесом в центре площади. Один из упырей стоял на сваях. Благодаря темной коже, покрытой золотой пылью, сияющей на солнце, все знали, что это джинн, демон одержимости. Его желтые глаза блуждали по толпе, пока слуги обмахивали его огромными веерами из пальмовых листьев.

— Продолжай идти к кантине на юге площади, — предупредила Нева Эмилианда.

Он сделал так, как она приказала. Нева затаила дыхание, когда они слишком близко прошли под платформой упыря, и джинн, конечно же, почувствовал их беспокойство.

На углах улиц, возле храмов, притонов целителей и везде, где пожелают, стояли Джинны-инфорсеры в белой униформе. Маги были затворниками, но наняли упырей, элитную касту джиннов, чтобы поддерживать порядок среди людей. Упыри долгое время угнетали жителей семи городов, запугивая их и принуждая к повиновению. Джинн мог питаться эмоциями в непосредственной близости или находясь внутри хозяина.

Однажды Нева видела бабушку, которая вынуждена была часами танцевать под палящим солнцем. Семье женщины оставалось только наблюдать, пока она не упала в грязь, и только тогда упырь освободил ее. А ее преступление состояло лишь в том, что она обратилась к нему без официального титула.

Нева вошла в кантину, в которой бывала раньше несколько раз, обычно когда чувствовала себя одинокой, и вздохнула с облегчением. В задымленной, тускло освещенной комнате трое мужчин играли на барабанах из козьей шкуры для немногочисленной толпы. Она махнула бармену, имя которого так и не узнала, подняв два пальца. Вскоре он отправил в их сторону две кружки можжевельника. Она расплатилась монетами, украденными у человека, что стоял у двери, и они с Эмилиандом нашли свободные места в углу комнаты. В баре было прохладнее, чем на залитой солнцем площади, но Неве все равно было душно. Она прижала свою кружку к лицу, когда они уселись за свой столик.

В кантине Нева впервые встретила Поршу, вора, согласившегося представить ее Саламану. Она оглядела столы, все посетители не сводили с нее глаз. Из-за предательства Порши план Невы по возрождению ее воровской личности, Рыси, был сорван. Она не горела желанием ночевать в трущобах и воровать еду.

— Джуниперо? — спросил Эмилианд, понюхав содержимое кружки. — Слава богам.

Можжевельник был одним из редких сортов алкоголя, который действовал на Да'Валиа. Эмилианд сделал три больших глотка, напомнив ей о нескольких завсегдатаях таверны ее отца на родине. Нева откашлялась и бросила на него вопросительный взгляд, отставляя собственную кружку.

— Мучает жажда? — спросила она.

— Всегда хочется пить в такие жаркие дни, — он печально улыбнулся, вернулось дружелюбие, которое с самого начала привлекло ее в нем. Но оно быстро исчезло, его глаза потемнели. — И это помогает приглушить голоса.

Нева кивнула. Ему было нелегко блокировать мысли окружающей толпы. Она коснулась его руки, чтобы убедиться, что он настоящий, но через секунду после контакта убрала руку. Испытывая боль в груди, она поднесла свой мятный напиток к губам. Ей нужно быть осторожнее.

— До сих пор не могу поверить, что ты нашел меня, — сказала Нева. — Я не была уверена, что чары подействуют так далеко.

— Я заплатил за них хорошие деньги, но никогда не думал, что ты будешь носить амулет так далеко от дома, — сказал Эмилианд, упираясь локтями в стол. — Почему ты ушла из Цирандрела?

Если он не слышал о том, что произошло после того, как его зачислили в армию Да'Роха, то не знал, что она сделала. Только аллиадо Тринижи выжили на поле боя за пределами Ледникового Перевала, и они не распространялись о том, что произошло.

Как только она вспомнила засыпанное пеплом поле боя, из горла Эмилианда вырвался низкий рык. Должно быть, он прочитал ее мысли. Женщина за соседним столиком попросила своего спутника уйти. За ними вилась дымка.

— Покажи мне, — сказал Эмилианд.

— Я… — Нева покачала головой, пытаясь думать о чем-нибудь другом.

Если бы она могла вернуть все назад, то сделала бы это.

— Нева, покажи мне, — просил он.

Она поежилась и сделала глоток можжевельника. Она мысленно уже успела представить, как он удивится, как будет ее осуждать. Нева не выдержит, если Эмилианд возненавидит ее за то, что она сделала. Его подруга Ханажи была одной из тех, кто сражался с Да'Фоха, когда Нева выпустила силу Руки. Захочет ли он по-прежнему стать аллиадо Невы после того, как узнает, что она сделала? Будет ли он винить ее так же, как она винит себя?

Даже если он возненавидит ее, Эмилианд имеет право знать, что произошло. Он зашел так далеко, чтобы найти ее, и он помог ей отбиться от убийц, отправленных донажи.

— Я просто… — Нева хрустнула костяшками пальцев под столом. — Эмилианд, ты должен понять, что я не хотела этого делать. Я не хотела, чтобы это произошло.

Она вспомнила то время в заснеженных горах возле Ледникового Перевала, сразу за городской стеной. Да'Вода и Да'Фоха вступили в бой, когда сила Руки вырвалась из-под контроля. К ужасу Невы, огненная сила смела все на своем пути, кроме Тринижи и ее аллиадо. Они выжили только потому, что Тринижи, исчерпав свою силу, установила щит. Нева обуздала Руку, но было слишком поздно. После этого она вырубила Астианда и скрылась с Глазом Дианца.