Чтение онлайн

Из темного угла неожиданно раздался голос:

– Выглядишь, как демон, а ругаешься, как портовый грузчик! Кто же ты такой?

– Ах, извините, забыл представиться, -хрипло рассмеялся Рюдигер, -барон Рюдигер фон Шлотерштайн, подданный короля Алдании, несказанно рад знакомству!

Из угла неуверенно донеслось:

– Мне тоже очень приятно. Я Клаус Летнер, студент. А ты человек или...что-то другое?

– В Алдании нас называют пьющими кровь, у вас вампирами, мы считаем себя людьми, поскольку были ими до времен Черной Звезды. Сам выбирай, что тебе больше нравится!-

насидевшийся в тишине и одиночестве Рюдигер выдал целую тираду в ответ на вопрос парня.

– Ничего себе...Так вы есть на самом деле! Вот уж никогда бы не подумал, что буду делить

Камеру с вампиром!
– студент выбрался из темноты, видимо любопытство пересилило страх. Высокий, одного роста с Рюгом, он выглядел не слишком складным из-за худобы, темно-русые волосы почти доходили до плеч, о чертах лица было сложно было судить из-за синяков и ссадин, но карие глаза смотрели на мир честно и открыто. Еще раз посмотрев на вампира, он удивленно охнул, страшные ожоги заметно подсохли и уменьшились, вместо опухшей покрытой волдырями маски, на него смотрело красивое молодое лицо.

Вампир приветливо улыбнулся, и сердце Клауса ушло в пятки.

– Студент, это звучит совсем неплохо. Ну, а сюда тебя за что упрятали? Чем ты не угодил этим лицемерам?

– Если в двух словах, то в одной книге я отыскал чертеж странного приспособления, надо натянуть плотную материю на деревянный каркас и не ошибиться в расчетех, и человек , спрыгнув с высокой башни, может парить в небе, словно птица!Ты только представь себе! Я просто бредил этим целый год, истратил кучу денег, сломал ногу, но в конце концов у меня получилось!

– Не может быть, ни за что не поверю, чтобы кто-то мог летать подобно птицам! Разве что какое-нибудь запретное колдовство!-в голосе Рюдигера прозвучало недоверие.

– Ты говоришь точь-в-точь, как люди епископа!-обиделся студент.
– Но в этом нет никакого чародейства, просто немного математики, дюжина неудачных попыток, и даже лучшие друзья начинают видеть в тебе сумасшедшего... Испытав однажды чувство полета, ты уже не можешь отказаться от этого добровольно. . Но эти монахи ничего не понимают. Они хором утверждают, что все это бесовское искушение. . Хотя, может они даже правы. . Моя страсть к полетам принесла мне только неприятности, возможно и до костра недалеко. Никогда не думал, что окажусь в подвале инквизиции и буду рассказывать о своем изобретении жуткому существу.

– Я бы попросил выбирать выражения, господин студент, -в глазах вампира зажглись на мгновение красные огоньки, -за время пребывания здесь я услышал столько оскорблений, что их хватило бы по крайней мере на сотню дуэлей. Я, знаете ли, совсем не привык считать себя кем-то низшего сорта. На первый раз я прощаю вам эту дерзость, но впредь будьте осмотрительны в выражениях!

Однако на Клауса Летнера эта довольно напыщенная речь произвела совершенно обратное впечатление. Он весело рассмеялся.

– Да ты говоришь так же, как все эти зазнайки аристократы. Дескать они лучше всех на свете уже по праву рождения. Ну да, ведь ты же барон фон. . Ох, прости, я толком не запомнил твою фамилию. Хотел бы я посмотреть на вампира, дерущегося на дуэли.

Должно быть забавная картина!-он не выдержав, фыркнул от смеха.

– Это было бы последним, что ты увидел. Не стоит меряться силами с одним из нас, если ты, конечно, не обучался с раннего детства у лучших мастеров клинка. Тогда у тебя еще есть небольшой шанс выжить.
– теперь уже Рюдигер позволил себе усмешку.

Студент неожиданно стал серьезным:

– Извини, я не хотел никого обидеть, просто я был уверен, что все, чем вы занимаетесь, это спите днем в гробах, а ночью рыскаете в поисках подходящей жертвы, чтобы напиться крови.

Рюдигер пожал плечами:

– Ты, должно быть , говоришь о вечно живущих, которыми в Алдании непослушных ребят пугают!Такое сравнение просто оскорбительно для меня, но поскольку ты и твои сограждане по самые уши увязли в нелепых суевериях, то я прощаю тебя еще раз.

Он попытался выпрямиться, и тут же застонал от боли. Тонкая корочка, уже успевшая появиться на ожогах, треснула, и оттуда побежали тонкие струйки крови.

– До чего же злое солнце этим летом!Можно подумать, что оно в сговоре с епископом, чтобы его черти утащили!

Клаус взглянул на соседа с состраданием и поспешил сменить тему разговора.

Наступившее утро заявило о себе голосами стражи, скрипом железных дверей и тяжелыми шагами заступающего на дежурство отряда. В приоткрытую дверь втолкнули две оловянные миски. Затем дверь быстро захлопнули, но в небольшом окошке появилась пара любопытных глаз. Клаус, сморщив нос, зачерпнул ложкой жидкую бурду и стал с интересом изучать. Рюдигер в этот раз долго не раздумывал. Его ожоги за ночь почти прошли, и теперь его мучал голод. Организм требовал восстановления сил, истраченных на самолечение. Сейчас тюремная еда казалась ему вполне съедобной. Он с сожалением отставил чистую миску. Клаус, уже успевший попробовать странное варево, великодушно протянул свой обед вампиру.

– А ты точно не хочешь?-поинтересовался тот. Студент утвердительно кивнул.

– Ну тогда спасибо!-он в считанные мгновения покончил с едой.

Сосед пристально рассматривал его, с трудом веря в чудесное исцеление. Но не успел он ничего сказать, как дверь распахнулась снова.

– Ну, чернокнижник, если тебя за ночь не съели, собирайся на допрос!-хмыкнул появившийся на пороге стражник. Клаус испуганно отступил назад, но там была лишь стена. Он беспомощно оглянулся на Рюдигера, тот спокойно кивнул ему:

– Не вздумай ни в чем признаваться, они только этого и ждут!

Человек был одет во все черное, на груди висел большой серебряный крест. Сальные темные волосы были собраны в хвост на затылке, лицо было одутловатым и бледным, как будто он годами не видел солнечного света и свежего воздуха. Представитель Святой Инквизиции с деланным почтением поклонился графу Левенхальду и с нескрываемым презрением посмотрел на баронессу фон Шлотерштайн. Как можно опуститься до подобного, стать женой отвратительного создания, произвести на свет подобных ему тварей. А по ней и не скажешь, держится на удивление гордо, словно супруга принца крови, а не жуткого порождения тьмы.

– Мы давно уже вернули всех подданных Алдании, которые были в наших руках, всех до последнего человека.
– последнее слово он произнес с нажимом и ехидно улыбнулся.

После того, как служитель церкви покинул кабинет королевского уполномоченного, Лана, одетая, как служанка в богатом доме, нащупала тонкое лезвие стилета в рукаве и шепнула Лизе:

– А можно я отрежу ему голову сегодня ночью?

Ее госпожа, последние надежды которой только что разбились вдребезги, рассеянно ответила: