Чтение онлайн

Пленники были надежно связаны. Теперь можно было их рассмотреть, не торопясь. Лица, покрытые белой краской, глаза, обведенные черными кругами, делали их похожими на жутких призраков, и удачно скрывали их возраст. Но Рюдигер уже догадался, что они слишком молоды, практически мальчишки, особенно первый, со сломанной рукой. Перехватив взгляды, которыми они обменивались, он решил, что, возможно, они к тому же братья. В длинные волосы были вплетены мелкие кости и птичьи перья, они упорно делали вид, что не понимают ни слова из его вопросов. Хотя по словам Иоганна их язык не слишком отличался от самого распространенного наречия в Алдании.

Наконец терпение Рюга закончилось. Схватив младшего из дикарей за связанные за спиной руки и слегка вывернув их, чтобы тот почуствовал боль, он с жестоким удовольствием заявил:

– Если вы не покажете мне дорогу в вашу деревню, я отрежу вам головы, ему первому!

На раскрашенном лице старшего наконец отразились какие-то чувства, он заговорил:

– Я покажу, идем. Только не убивай его!

Младший, услышав это, с презрением плюнул на землю, и тут же получил от Рюдигера хорошую затрещину.

Они шли уже довольно долго, забираясь все дальше в лес. Связанные друг с другом пленники то и дело спотыкались, их явно мучала жажда. Но Рюдигер не проявлял к ним ни капли сочувствия. Здорово напуганный рассказом наемника, он очень боялся не успеть и изо всех сил молил Бога, чтобы его жена была жива. Тем временем тропинка завела их в самую чащу, Здесь было темно и сумрачно, и почти не видно солнца. Рюг бесцеремонно кольнул старшего из дикарей ножом:

– Долго еще?-

Парень посмотрел на своего мучителя с нескрываемой ненавистью:

– Почти пришли. Вот за теми деревьями наше племя. Ты убьешь нас?

Барон пожал плечами:

– Если вы не обманули меня, то и я сдержу слово. Зачем мне ваши раскрашенные головы!Но придется вам немного поскучать.

Оставив их привязанными спиной к стволу дерева с кляпами во рту, он отправился вперед. Вскоре он подошел к большой поляне. Проклятые дикари явно считали его лес своим домом. Над палатками из шкур вился дымок, носились на редкость чумазые дети, суетились жещины. Мужчины. сидя на корточках, о чем-то оживленно беседовали. Похоже, они ничего не опасаются, даже охраны не выставили!И никаких отрубленных голов на кольях он не заметил!Зато над одной из палаток гордо красовался рогатый череп, а неподалеку, растянутая на кольях, сушилась коровья шкура.

Вдруг с другого края поляны отчетливо донеслось:

– Ну, что пялитесь черти неумытые!Скажите спасибо, что у меня руки связаны, а то нечем было бы скалиться!Ели бы целый месяц манную кашу и помалкивали!

Это определенно была его Лизхен!Наивные дикари не догадались завязать ей рот, и теперь расплачивались за свою неосмотрительность!Судя по голосу, ничего страшного с ней не случилось. Рюдигер немного успокоился.

Осторожно обогнув поляну, он увидел свою жену. Она была связана по рукам и ногам, растрепана, сердита...и очень красива. Не удовлетворившись сказанным, она добавила некоторые пикантные подробности о родителях своих похитителей, а также о том, как они появились на свет. Однако у его жены богатое воображение! Рюдигер неожиданно представил кое-что из этого и почувствовал, что краснеет.

Видимо сидевшие на корточках около пленницы дикари не были глухими, один за другим они встали и с достоинством удалились. Двое задержались, они увлеченно спорили и не обращали на Лизу никакого внимания. Дождавшись, когда высокий воин с темными волосами и хрупкая рыжая девчонка с луком за спиной и ножом у пояса отойдут подальше, он осторожно кинул в Лизу камешек. Она сердито подняла глаза, явно собираясь окатить шутника целым градом отборных выражений, но увидев Рюга, застыла с открытым ртом. Он приложил палец к губам и, оглядевшись вокруг, быстро перерезал связывающие ее веревки. Она молча обняла его, и Рюг услышал, как сильно бьется ее сердце. Он осторожно потянул ее за руку, надо было быстро уходить, обернулся и увидел нацеленные на них копья!

Напрасно он посчитал здешних обитателей беспечными. Похоже здесь были все взрослые мужчины племени, и настроены они были крайне серьезно! Пожилой воин с совиными перьями в седых косах с усмешкой взглянул на них:

– Значит, это тебе принадлежит этот лес, и ты пришел за своей женщиной! В одиночку, ты очень смелый или очень глупый!

Стоявшие рядом соплеменники поддержали вождя дружным смехом. Воспользовавшись этим моментом, Рюдигер оказался рядом с предводителем. Он приставил длинный нож к его горлу.

– Да, я пришел за своей женщиной, и мы сейчас уйдем, а ты проводишь нас. И не вздумай сопротивляться, ведь ты уже не молод, твои раны сами не заживут!

Лиза уже успела подобрать где-то копье и медленно отступала в лесную чащу.

Окружившие их воины по знаку вождя медленно расступились, бросая на них выразительные взгляды. Как вдруг Лиза коротко и сердито выругалась. Позади нее словно призрак возник высокий дикарь с темными волосами, в спину ей уперлось острие ножа.

– Эй, чужак, что ты теперь скажешь? Бросай свой нож!

Рюдигер подумал, что его не слишком хитрый план с треском провалился. Но тут появилась девчонка с грязно -рыжими волосами. Она словно фурия накинулась на воина.

– Раз ты угрожаешь ножом женщине, то попробуй сначала со мной справиться! Ну, что же ты, Стерх?Или боишься проиграть? Я вызываю тебя, слышишь! Если откажешься, ты трус!

Стерх растерянно оглянулся на своих соплеменников. Те, кто помоложе, смотрели на него с ехидными усмешками. Зато вождь вдруг обратился к рыжей:

– Лана, что ты делаешь, я приказываю тебе остановиться!

Угроза в его голосе перемешалась с мольбою. Лана была его единственной дочерью. Его жена не перенесла холодной и голодной зимы, а его сын, близнец Ланы, погиб в сражении с каннибалами из племени Росомахи. После гибели брата девушка стала сама не своя. Она упорно отвергала все, присущее своему полу, и будто притягивала к себе опасности. Вот и сейчас то ли чувство справедливости, то ли дух противоречия заставили ее встать на сторону чужаков. Она бросала вызов одному из лучших воинов племени, даже не думая о последствиях. Вождь впервые подумал, что может быть смерть брата повредила рассудок его дочери.

Девица строго взглянула в глаза Крону:

– Отец, ты должен их отпустить, а если нет, то я буду с ним драться!

Вокруг уже давно собрались почти все обитатели деревни. Судя по оживленному поведению толпы отпускать чужаков никто не хотел, но зато все бы охотно развлеклись поединком, пусть и не слишком равным. Крон медлил с решением, гадая, что в его положении хуже, упасть в глазах всего племени или единственной дочери.

Вдруг толпа расступилась, пропуская вперед древнего старика весьма отталкивающей внешности. На шее у него было ожерелье из черепов мелких животных, морщинистое лицо было покрыто странными знаками, в руках старик держал деревянный посох, с надетым на него лисьим черепом. Глядя, как отпрянули от него соплеменники, Рюдигер понял, что этот грязный старик наделен здесь большой властью. Старик неожиданно остановился напротив Рюга и ткнул в него посохом: