Чтение онлайн

— Сорок три, сорок четыре, сорок пять, — отсчитал генерал вслух, а затем сделал несколько магических жестов.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем на гладкой поверхности воды появились первые пузыри, вслед за которыми всплыл и сам Перес.

Офицер тяжело дышал, но при этом, его глаза, обращенные вверх — на Сервантеса, выражали лишь страх.

Матиас, снова, сделал несколько магических жестов и невидимая рамка, созданная над капитаном, начала медленно топить его, не давая всплыть.

Генерал отсчитал положенную минуту, а затем заставил свою магию развеяться.

— Ах-х. Кха-кха, — голова офицера контрразведки снова показалась над поверхностью воды. — Я….Я не…

Сервантес кивнул и повторил процедуру.

На третий раз, Перес мог и не всплыть, поэтому генерал закончил экзекуцию.

Он не стал топить молодого человека, но встретившись с ним глазами, произнес:

— Лучше тебе больше никогда со мной не встречаться, — мужчина покачал головой. — И для тебя же будет лучше, если все, что сейчас с тобой произошло и все, что ты увидел, ты навсегда забудешь, как страшный сон, — добавил глава семейства Сервантес, после чего огляделся по сторонам и найдя свой корабль, на котором ему предстояло отправиться на другую сторону Разлома, уверенными шагами направился к нему.

Я внимательно выслушал Принявшую разложение и нахмурился.

— Значит, они объявили твоему племени войну… — задумчиво произнес я, но моя собеседница отрицательно покачала головой.

— Нет, Люк, это больше не мое племя, — Иная покачала головой. — Но я все-равно переживаю за него, — добавила коренная жительница Другой стороны разлома.

Странные, конечно, традиции, но как часто говорили в моей гильдии — «Со своим уставом в чужой монастырь не ходят».

— Понимаю, — кивнул я. — Теперь главный вопрос, что именно ты хочешь, чтобы я сделал? — прямо спросил я Иную и жена задумалась.

— Думаю, мне нужно вернуться обратно, — наконец, ответила Принявшая разложение и посмотрела на меня. — Я не могу оставить отца, — добавила Иная и я увидел, как от ее ответа изменилось лицо Багровой росы.

Дочь Утопающего в крови совсем не умела скрывать свои эмоции, поэтому все они сейчас читались мной как открытая книга.

И судя по всему, сейчас шаманка испытывала страх…

Хм-м, интересно по какой причине? — подумал я, так как понимал, что она вряд ли боялась самой войны. Уверен, что как и отец Багровой росы, она любила сражаться, и тогда дело было в другом.

И скорее всего, я понимал в чем.

Она просто боялась, что Принявшая разложение уйдет.

Неужели дочь Избранника Угла стала настолько важной для нее? — подумал я, смотря на лицо четырехрукой Иной.

Видимо, она так боится, что дочь Избранника Угла уйдет.

Признаться честно, стало как-то, даже, немного обидно.

Все же я был ее мужем, а Принявшая разложение лишь жена.

Не понимаю я этих женщин…

В особенности Иных…

— Думаю, с Городом Мертвых можно, пока, повременить, — произнес я, смотря на дочь вождя.

— Значит, ты разрешишь мне вернуться к отцу? — в голосе шаманки прозвучали нотки радости и надежды.

А ей, что, требовалось мое разрешение? — подумал я, немного удивившись. Да, дочь Избранника Угла, практически, мне никогда не перечила, но это вовсе не означало, что для того, чтобы ей что-то сделать, шаманке требовалось мое разрешение.

Да, по большей части, она и делала, что ей хотелось, а тут вдруг…

— Да, — ответил я жене. — И я пойду с тобой, — добавил я и судя по лицу Принявшей разложение, было видно, что именно на такой ответ она и рассчитывала.

Хм-м, а она неплохая манипуляторша, — промелькнула в моей голове мысль, смотря на Иную.

Вот только она не на того напала.

Я читал коренную жительницу другой стороны Разлома, как открытую книгу и на меня ее манипуляции не работали.

Присоединиться к дочери Избранника Угла и помочь ее племени, было мое взвешенное решение. Да, мое знакомство с Детьми Угла началось не лучшим образом — они пленили меня, а затем провели со мной свой странный обряд, который с легкостью убил бы любого, окажись он на моем месте.

Зато потом, между мной и друидом сложились практические дружеские отношения и он много сделал для меня.

Усиление моих фангов и Рух, например.

И это была лишь небольшая часть того, что сделал для меня вождь Детей Угла. Помимо того, что инициация, которая прошла возле их странного живого дерева, сделала меня гораздо сильнее в магическом плане, друид мне дал очень много информации относительно устройства их мира, быта, племен и много другого.

Плюс, ожерелье подаренное мне Избранником Угла и сделанное Принявшей разложение, спасло мне жизнь и я считал, что я все еще оставался должен жене за это.

А еще я был Ло’Онг их племени, а это много значило, как для меня, так и для всех жителей Земель Великой Матери.

Причем, не важно каких племен.

— Правда?! — тем временем воскликнула Принявшая разложение и я усмехнулся про себя.

Ага, как будто ты не этого добивалась, — подумал я, но озвучивать свои мысли вслух не стал.

— Да, — кивнул я, после чего посмотрел на Багровую росу, лицо которой, просто, светилось от счастья.

— Я тоже с вами! — довольным голосом произнесла четырехрукая шаманка.

Ну, еще бы, — усмехнулся я про себя, смотря на счастливую дочь Утопающего в крови.

— А вот твоим друзьям лучше остаться здесь, — дочь Избранника Угла стала очень серьезной. — Одно дело ты, и другое — твои друзья, — добавила она, и заметно напряглась, явно понимая, что ее слова придутся мне не по вкусу.

И это так и было.

— Почему? — прямо спросил я Иную.

— Ты Ло’Онг нашего племени, а твои друзья… — она задумалась, видимо, подбирая подходящие слова. — Они, просто…Человеки, — нехотя произнесла она.

Хм-м, значит, просто человеки… — хмыкнул я про себя.

Признаться честно, мне было неприятно слышать, что Иная так отзывается о моих друзьях.

Что для нее, как скорее всего и для Багровой росы, они всего лишь «Человеки».

В тоже время, я никак не мог на это повлиять. Слишком уж напряженными были отношения у Иных с людьми, и даже тот факт, что между коренными жителями другой стороны Разлома и Иллерийцами завязался условный мир, это вовсе не говорило, что в отношении Иных к людям, что-то изменилось.