Чтение онлайн

— Мансур мой родной дядя! Я не мог даже предположить! — Ахиб обхватил голову руками, затем быстро зашагал по залу взад и вперед. — Все сходится!.. Раба, который сбежал во время первого моего визита в Астрабан, на днях поймали. Он признался, что это он поджег казармы Астрабана и намеренно оставил на пепелище арабскую масляную лампу. За это Мансур обещал ему свободу и большую награду. Я не поверил рабу и казнил его.

— Поэтому он сбежал тогда от Герта, — задумчиво произнес я. — Боялся встречи с тобой…

— Но зачем Мансуру устраивать пожар? — вмешалась Тэпия.

— Чтобы настроить меня и горожан против Ахиба, — ответил я. — Он давно задумал захват Гафаса. Твой союз с Ахибом ему был не выгоден. Он не хотел допустить вашей женитьбы. По одиночке одолеть вас проще…

— Что значит нас?.. — в глазах Тэпии пробежала тревога.

— Мансуру приглянулись земли королевства, он строит военный флот для захвата наших земель! Грядет война… Вот такой свадебный подарок я вам привез…

Тэпия вскрикнула и пошатнулась, прикрыв рот рукой. Ахиб бросился к ней и обнял за тонкую талию. Я сжал кулаки. Несколько раз глубоко вздохнул и разжал пальцы. Почему-то я больше не злился…

— Где наш сын? — спросил я королеву. — Я хочу его видеть…

Тэпия подняла на меня вгляд, в ее глазах стояли слезы:

— Эверан в порядке, он очень скучал по тебе... Прошу, Молот, будь моим командующим, возглавь королевскую гвардию… Я очень боюсь за сына…

Тяжелое бремя избранного вновь замаячило на горизонте… Я думал, что избавился от него навсегда и ушел на покой. Но пенсионный возраст мне только что повысили…

Ахиб и Тепия созвали в совещательной палате замка Большой совет. Со всего королевства прибыли купцы и представители знати. Кроме них на совете присутствовали королевские советники, градоуправитель, командиры королевской гвардии высшего и среднего звена, представители оружейного дела, крупных кузниц и староста рыбацких артелей.Во главе огромного круглого стола возвышались два трона, стоявшие друг к другу бок о бок. На отделанных позолотой и рубинами тронах восседали Ахиб и Тэпия. Они держались за руки, словно влюбленные малолетки… По началу я старался не смотреть на них, но спустя минуту привык. Как ни странно…Тэпия встала. Ее большие серые глаза излучали беспокойство. Рука теребила бархат подлокотника.— Я собрала вас здесь, — голос Тэпии раскатами прокатился по залу, навевая трепет, задевая душу. — Чтобы сообщить ужасную весть…На миг наступила гробовая тишина. Затем по залу пробежал ропот.— Грядет война… Боги уготовили нам новые испытания. Княжество Гафас захватил алчный и расчетливый советник Мансур. Он провозгласил себя эмиром и готовится к военному походу на наше королевство…— Но зачем ему королевство? — воскликнул толстопузый градоуправитель. У нас нет несметных сокровищ. Почти вся королевская казна уходит на содержание города, армии и поддержание порядка.— Позвольте я отвечу, ваше величество? — вмешался я.Королева кивнула и я продолжил:— Если бы вы видели в каких бесплодных пустынях они живут, то сразу поняли бы, что основное наше богатство — это плодородные земли, леса, скот и дичь. Если Мансур будет иметь такие ресурсы, возможно в последующем, он сможет захватить весь мир. Быть может наше королевство лишь первая ступень его амбициозных планов…С трона поднялся Ахиб:— Я согласен с Молотом. Теперь королевство Тэпия и моя земля… Я собирался добровольно отказаться от престола в Гафасе в пользу своего советника и остаться здесь навсегда. Но предатель не утерпел и проявил свое истинное лицо Илбиса. Мансур одержим не только жаждой власти и наживы. Он затаил злобу на моего покойного отца — его родного брата… Я считал, что гнев его давно утих и жажда мести угасла… Но я жестоко ошибался. Долгие годы он притворялся верным советником и благородным человеком, выжидая удобный момент. За моей спиной он взрастил целое войско пустынных странников, очевидно, укрывая их поселения в горах дальних побережий. Я ни в чем ему не отказывал. Его богатства были сравнимы с богатством любого эмира. Но шакалу мало жирной кости. Шакал желает стать львом. Только львом не стать, если в душе остаешься шакалом! Я знаю его слабые места… Надеюсь это поможет нам в праведной битве. Если мы не остановим его — государству Исмар грозит опасность. Мансур не остановится и захватит соседние княжества.— Почему нам не попросить помощи у княжеств Исмара? — спросил я.— Они доверяют Мансуру, — вздохнул Ахиб. — Наверняка, он на собрании эмиров объявил меня предателем, покинувшим свои земли и бросившим свой народ. Арабы не пойдут за нами, пока Мансур в открытую не нападет на них.— Да-а, — задумчиво произнес я. — Даже в Гафасе сейчас эмира Ахиба не особо жалуют. Многие так и считают.Вновь встала Тэпия, она подняла руку, и наступила тишина:— С этой минуты начинается подготовка к войне. Если нам суждено погибнуть, на то воля богов… Но лишь один человек может привести нас к победе. Я назначаю Молота командующим королевской гвардией и правой рукой короля Ахиба. Его приказы, касаемые подготовки королевства и города к войне — равносильны королевским приказам и не требуют законоуложения на пергаменте и согласования со мной и королем Ахибом.Я встал. Народ одобрительно закивал и лишь один хлыщ в расфуфыренных сверкающих доспехах и командирской накидке гвардейца недовольно фыркнул и насупился. Очевидно, это только что снятый с должности прошлый командующий. Ну ничего… Переживет. Еще спасибо мне скажет. Не каждый может пройти войну, а отправлять солдат на смерть в десять раз сложнее… чем идти самому в бой… ***

Я валялся на огромной пуховой кровати в просторной комнате, выделенной мне Тэпией в королевском замке, и смотрел в узкое окно. Солнце уже садилось и прощалось с городом…Жизнь интересная штука — вновь я командующий… Да еще правая рука мужа своей бывшей!.. Ничего более удивительного не мог предположить. Сюрпризы бывают двух видов: от одних у людей появляются улыбки, а от других исчезают… Не знаю — улыбаться мне или грустить…Мои подозрения по поводу Ахиба развеялись. Он не собирался захватывать королевство… Его действительно покорили красота и харизма Тэпии… Еще бы… Но к сыну его не подпущу. У Эверана только один отец…Дверь распахнулась без стука и в комнату бесцеремонно ввалился Нур. Впервые я видел его лицо чистым, а гриву не спутанной:— Не могу я здесь! — громыхнул разбойник. — Кровать мягкая, как задница у толстухи! Белая, белая, что плюнуть нельзя! Вино дрянь, будто не из винограда! Посуда блестит, как серебро… Смотреть противно!— Это и есть серебро, а вино из сливы и персиков, — улыбнулся я.— Не могу я так жить! Небо не видно, мошек не слышно, песок на зубах не скрипит. Всюду чистота, что ступить страшно! Может мне в конюшню переехать?..— Привыкай к королевским покоям, ты теперь на королевской службе и получаешь за это большие деньги. Ты моя правая рука и всегда должен быть рядом, а не глыкать пойло на конюшне!— Правая? — из-за широкой спины Нура выглянул Герт, я его сразу и не заметил. — А как же я?!— Ну ты тоже правая, — хохотнул я. — У Люпуса лапы одинаковы — обе правые…Герта и Нура я назначил своими помощниками. В мое отсутствию любой гвардеец от простого солдата до командира, обязан был им беспрекословно подчиняться. Единоначалие — залог успеха на войне. Армия должна думать, дышать и двигаться как единый организм. Демократия в военное время неприемлема и губительна. Как говорил один философ: “Если бы существовал народ, состоящий только из богов, то он управлял бы собою демократически. Но правление столь совершенное не подходит людям”.***

Вступив в должность командующего я в первый же день принялся за подготовку города к войне. Первым делом я направил гонцов в королевство Солт с посланием для королевы Даяны, где подробно описал нависшую над королевствами угрозу. Я просил королеву выделить для обороны Астрабана максимально возможное количество воинов. Даромир расположен далеко от Большой реки и ему пока ничего не угрожает. Войска Мансура пойдут на кораблях до Астрабана. Если падет Астрабан, у захватчиков будет своя крепость и они смогут подготовить переброску оттуда уже сухопутных войск в любую точку. Тогда не поздоровится Даромиру. Перешибить хребет “арабскому дракону” лучше на подступах к Астрабану, и не допустить врага вглубь родных земель…Несомненно флот попытается высадиться на берегу, не защищенном крепостной стеной со строны Большой реки. Туда нельзя допустить вражеские корабли. Эх… если бы я был инженер, то соорудил бы на устье Большой реки плотину и преградил бы путь кораблям. Но я специалист в другой области… В области лишения людей жизни… Мансур прибудет примерно через месяц, максимум два. Моих знаний не хватит, чтобы за такой короткий срок перегородить реку. А местные зодчие не обладают опытом постройки подобных сооружений. Значит корабли нужно остановить как-то по другому… Но как?..Население Астрабана около десяти тысяч человек. Из них гвардейцев — тысяча. После войны с темными королевство стало больше уделять внимания содержанию регулярной армии. Любое средневековое государство могущественно ровно настолько, насколько сильна его армия. Даже в мирное время нужно готовиться к войне. Такова человеческая природа… Захватывать и порабощать… Таков закон жизни и в том, и в этом мире… Не даром говорят: “Хочешь мира — готовься к войне”. А я бы перефразировал: “Хочешь мира — нападай первым”.Я разработал проект королевского указа о введении военного положения. Король и королева, не задумываясь его подписали. Согласно указу каждый житель Астрабана, за исключением стариков, детей и женщин с малолетними детьми, должен был отработать безвозмездно не менее трех часов в день на государственных работах, связанных с подготовкой города к войне. Мастерские и кузницы города заработали в круглосуточном режиме, снабжая армию копьями, мечами и стрелами. Мастера-оружейники изготавливали арбалеты, мечи и луки.Плотницкие мастерские совместно с двумя лучшими кузницами выполняли мой особый заказ. Я вручил им чертежи на пергаменте и дал в помощь сотню горожан в качестве подмастерий.— Что это? — недоумевал старший плотник, уставившись на мой корявый рисунок на выбеленном куске кожи.— Эта чудо-машина поможет нам в борьбе с флотом противника, — ответил я. — Ваша задача — изготовить таких минимум десяток. Одну нужно сделать как можно быстрее и испытать — возможно я ошибся с расчетами. После испытаний приступите к изготовлению остальных экземпляров.Старший плотник поскреб макушку и собрал на совет мастеров. Никогда никто из них не занимался постройкой подобных невиданных механизмов.Из близлежащих деревень я организовал поставки резервного продовольствия. Возможно, предстояло выдержать осаду. Копченое мясо, вяленую рыбу, зерно, овощи и сыр свозили в центральное хранилище в подвалы королевского замка. Скупали их за средства казны у сельского населения по “оптовой” цене.Я объявил набор добровольцев в ряды королевской гвардии. Семьи добровольцев освобождались от налогов, а сами рекруты получали жалование и довольствие аналогичное штатным гвардейцам. Добровольцев набралось около пяти сотен. Неплохое подспорье… Но, учитывая отстутствие у них военного опыта и ратной подготовки, действующую армию они усилили пока незначительно.Королевские казармы за мое долгое отсутствие восстановили от последствий пожара. Тренировочные площадки кишели новобранцами. Боевая подготовка по разным дисциплинам велась полным ходом. В этом Тэпия на утратила мое наследие… Я очередной раз восхитился королевой. Ах, какая женщина… Мне б такую.. Но… Сам профукал. А может оно и к лучшему. Лучше служить сильной королеве, чем сидеть под каблуком сильной жены… Тем более, что в моем понимании, жена должна быть хрупкой и беззащитной, варить борщ и ждать своего мужчину, когда тот принесет добытого мамонта. Может поэтому у нас и не сложилось — два дракона в одной пещере не уживутся… А может и не поэтому. Не нравились мне блондинки, но Даяна…Новобранцев определили в ряды алебардщиков-копейщиков. Как показал мой прошлый опыт, учить с нуля за короткое время сносно владеть мечом или луком — дело неблагодарное и малоперспективное. А тыкать копьем с крепостной стены в ползущих наверх врагов каждый может.Специально для “зеленых” разработал особую усиленную программу подготовки, взяв за основу базу тренировок, придуманную мной еще во время войны с королем Солтом.В казармы новобранцы не вмещались и для них разбили отдельный тренировочный лагерь за городом на берегу реки. Тренировки в “учебке” начинались на рассвете. Утренний кросс пять миль, купание в реке и завтрак. До обеда обучение тактике ведения боя в условиях осады с расстановкой боевых групп на крепостной стене. Обед. Отдых два часа и возможность вздремнуть. Далее обучение ратному делу: владение копьем и алебардой. Ближе к вечеру занятия рукопашным боем и борьбой. Еще с прошлой войны некоторые гвардейцы хорошо усвоили мои уроки и сносно овладели элементарными приемами рукопашки: броски, удушающие и простые болевые (в основном рычаги на кисть и локтевой сустав). Их я назначил инструкторами и поручил им подготовку зеленых. Вечером по расписанию спаринги, ужин и отбой.Первая неделя для новобранцев далась особенно тяжелой. Непривычный режим, высокие нагрузки, полное отсутствие алкоголя и домашнего уюта подготавливали организм к тяготам войны. Но все выдержали и никто не дезертировал. К концу второй недели рекруты втянулись и у многих прослеживался явный прогресс в боевых дисциплинах. Но основная масса зеленых пока была совсем не готова столкнуться с подготовленным врагом. Сделать из вчерашних торговцев, ремесленников и пекарей умелых воинов — задача не простая, но интересная… Дополнительно я отправил расчеты по окрестным поселениям для вербовки в армию добровольцев владеющих луком. Через десять дней королевская гвардия пополнилась еще на сотню лучников. То были охотники. Они не участвовали в битвах, но стреляли не хуже штатных лучников-гвардейцев. А некоторые даже лучше. Я присоединил их к корпусу лучников-арбалетчиков и целыми днями они тренировались бить по цели с разного расстояния и в разных услових: с крепостной стены, в лесу из-за дерева, лежа и на бегу в условиях ближнего боя.Далеко не каждый из них останется жить… Война близко. Я это чувствовал…***

С тех пор как мы вернулись в Астрабан прошло три недели. Наш корабль отремонтировали. Прибывшие с Ахибом арабы совместно с городскими плотниками соорудили новую грот-мачту.

Судно снарядили провизией, экипаж урезали до минимума, — оставив на бору четверых арабов и троих добровольцев из числа рыбаков и отправили вниз по Большой реке.

На экипаж я возложил функции разведки. Корабль должен был курсировать в прибрежных водах океана близ устья Большой реки и следить за приближением флота противника.

Больное место Астрабана — это выход к реке. Там нет крепостной стены. Стена, опоясывая город, врезалась в воду на десять метров от берега на глубину достаточную, чтобы скрыть с головой конного воина. Пехоте и коннице стену по воде не обойти, а для флота открывалось побережье длиной около двух миль, примыкающее непосредственно к городу. Хорошо хоть большая часть берега непригодна для швартовки кораблей — прибрежная мель простиралась на десятки метров в воду. Несомненно, враг попытается высадиться в райне центрального рыбацкого пирса. Лишь там большие суда могут вплотную подойти к берегу.

Основные оборонительные позиции я решил выстраивать на побережье. Еще после прошлых битв крепостная стена не требовала каких-либо доработок и дооснащений. Запас булыжников, бревен, песка в чанах и промасляной соломы на гребне стены в избытке. Гигантские арбалеты-баллисты, выкованные во время войны с темными, я оставил на стене. Против кораблей они бесполезны, а прикрыть город со стороны степи — самое-то.

Герт и даже Нур прониклись духом единства, охватившим весь город, и помогали мне в подготовке. Первое время Нур ворчал и плевался, когда я отправлял его по различным поручениям: проверить постройку укреплений на берегу, посмотреть как проходит подготовка бойцов и поставка продовольствия. Но потом “втянулся” и молчал. Как бывалый воин, знающий тактику боя арабских мечников, он оценивал мои “военные разработки” свежим критическим взглядом. Я слушал его советы и иногда даже следовал им.

Герт больше выполнял функцию моего связного и гласа командующего. Я не мог контролировать все и вся и одновременно находиться в разных местах. Эту функцию выполнял Герт. Ему нравилось быть фантомом командующего и от моего имени проверять ход работ по подготовке города к обороне на различных участках. Он отдавал приказы от моего имени, предварительно согласуя их со мной, и чувствовал себя очень важной птицей. Минимум пингвином… Королевским.

Ночь выдалась особенно темной и глухой. Звезды совсем утонули в кустистых тучах, а молодая луна стеснялась вылезти на небо.Я спал в своей комнате, как вдруг услышал шорох и почувствовал на себе чей-то взгляд. Я открыл глаза и рефлекторно выхватил спрятанный под подушкой кинжал. В нескольких шагах от моей кровати стоял Ахиб. Я сразу узнал знакомый силуэт, увенчаный царственным тюрбаном.— Какого черта ты делаешь в моей комнате, ваше величество? — я сел на кровать, потирая глаза. — Как ты сюда попал?— Ты забыл, что я король? Стражники впустили меня в твои покои, не задаваясь лишними вопросами, — Ахиб сел в глубокое кресло.— Как ты так близко подошел? Почему я сразу не услышал тебя? А-а-а… Ты же кот!..— Не кот… Андар.— Ты тоже оборотень?— Не совсем. Я могу принимать облик черного леопарда лишь ночью… Эта способность передается по мужской королевской крови, я унаследовал ее от своего отца, а он от своего.— Зачем ты пришел?— Уже месяц как ты здесь, а возможности поговорить у нас не было…— Не мешай мне готовиться к войне, а в остальном можешь делать все, что хочешь. Ведь ты же король…— Ты злишься на меня, почему?— Тебе кажется…— Я понимаю тебя, но теперь мы на одной стороне… Ты всегда можешь на меня положиться. Кто-то думает, что просить о помощи значит проявить слабость. Это не так. Как бы ты ни был силен, союзники сделают тебя еще сильнее.— Союзники не уводят женщин у своих. А у тебя это семейное…— Кода я сделал предложение Тэпии, она была свободна…— Сейчас это неважно, — отрезал я. — Война близка. Не поворачивайся ко мне спиной в бою, а то я в себе не уверен. ***

— Корабль! Корабль! — заорали дозорные на пристани.Я проверял сооружение портовых укреплений, когда услышал их крики. Я выскочил на пирс и, обратившись в первача, напряг волчье зрение.— Что там? — заерзал рядом Герт.Вдалеке, просвечивая сквозь утреннюю дымку темным силуэтом, приближался знакомый корабль.— Разведка возвращается... — ответил я.— Значит, Мансур близко! — Нур плюнул в воду и добавил:— Знатная битва предстоит, а то засиделся я уже, как жирный кот в колбасной лавке. — Кому война, а кому мать родная, — повернулся я к разбойнику. — Сколько душ ты загубил на своем веку?— То не души были, а выродки, исторгнутые преисподней! — захохотала Нур. — Такие же как я и ты!Судно бухнулось о пирс и прижалось бортом к бревенчатому причалу. С корабля упала перекидная лестница и команда сбежала вниз. На их изможденных лицах отпечаталось беспокойство.Последним вели связанного араба — я точно помнил, что он был членом команды.— Что случилось? — спросил я. — Почему вы его связали?Капитан подбежал ко мне и, поклонившись, ответил:— Предатель пытался подать сигналы вражескому флоту, когда наш корабль стоял у устья Большой реки. Ночью он махал им факелом и выдал наше местоположение. Мы еле ушли от вражеских кораблей, укрывшись в русле Большой реки. В открытом море у нас не было шанса спастись, но в русле незнакомой реки громоздкий флот не рискнул преследовать нас по темноте.— Далеко флот Мансура?— Мы шли по реке днем и ночью, они будут идти только днем. Завтра они уже будут здесь.— Я хочу поговорить с предателем.Связанный немолодой араб с побитым лицом предстал передо мной. В его глазах читались мученические презрение и ненависть. Не похож он на предателя… Скорее на партизана, попавшего к фашистам в плен.— Почему ты подавал сигналы врагу? — спросил я. — Ты предал Ахиба?— Предатель — это тот кто отказался от своих принципов. Ахиб не достоин моего признания. Я всегда служил одному господину… Истинному эмиру Гафаса — Мансуру. Я сделаю все, чтобы мир пал к его нам, — араб брызгал слюной, фанатично закатывая глаза.— Сколько кораблей идет в Астрабан? Какова численность армии?— Я не знаю сколько кораблей и сколько солдат ведет эмир Мансур, но если бы и знал — не сказал…— Что с ним делать, господин Молот? — спросил капитан.— Отдайте его королю Ахибу, возможно, у него есть вопросы к предателю и способы его разговорить.Вдруг, пленник рванул к воде, словно собирался уплыть со связанными руками. Стянутые за спиной руки не дали развить скорость, и Герт без труда его перехватил, сбив подножкой. Он приставил меч к горлу валяющегося в пыли араба:— Куда ты собрался? Ты прям как кот — нагадил и в кусты!— Я не собирался убегать, — скривился в улыбке шпион. — Я собирался принять смерть в водах океана. Скоро здесь будут тысячи таких как я, готовых без колебаний умереть в праведной войне. Пусть сегодня я умру… Но моя смерть приблизит вашу!С этими словами араб дернулся вверх и насадил свое горло на острие клинка Герта. Герт рефлекторно одернул руку с мечом, и шпиону не удалось мгновенно себя убить. Он катался в песке, хрипя и пуская кровавые пузыри из перерезанной трахеи.Я подошел и наступил ему на грудь:— Смерть нас не страшит. Все когда-то умрут. Важно как ты умрешь… Ты умрешь, как свинья на скотном дворе… И так будет с каждым, кто посягнет на Королевства! Я выхватил кинжал и воткнул шпиону в сердце …***

Корабли появились на следующее утро. Более двух десятков огромных трехмачтовых судов заполонили реку. Белые паруса, словно крылья драконов, распластались в утренней дымке. Вот уже видны застывшие головы чудовищ, скалившихся на нас с носовых частей судов.Каждый корабль может вместить себя две сотни воинов. Плохо дело… Не думал, что их так много. С ночи Астрабан не спал в ожидании битвы.— Приготовиться! — скомандовал я. — Зарядить катапульты!Герт и Нур находились возле меня и разносили мои приказы дальним береговым позициям, после чего сразу возвращались на командный пункт, расположенный на деревянном помосте на пирсе.Чудо-машины, сконструированные по моим чертежам, представляли собой огромные четырехметровые катапульты. Дальность полета снаряда при испытаниях составила до полумили. Парусники вышли на прямой курс к пристани и набирали скорость. Началось! Двенадцать катапульт расставленные в районе пирса ждали моей команды.Я стоял на возвышенности облаченный в доспехи, в шлеме с молотом в руке. Рано… Еще далеко… Армада приближалась. Вот уже слышны крики арабов и лязг ятаганов. На бортах кораблей толпились лучники. До нас им пока не достать, но скоро подойдут ближе, и… Басурмане уже накладывали стрелы.Мое войско выстроилось на берегу под прикрытием алых щитов — чуть больше тринадцати сотен бойцов. Из них пять сотен лучников. Не густо. Особенно если учесть, что численность врага нам не известна. Разведку на море проводить тяжело — не моя стезя.Три сотни новобранцев-копейщиков пришлось оставить на крепостной стене — южную часть города без прикрытия оставлять нельзя. Возможно, враг высадил ниже по реке “десант” и ударит с двух сторон: со строны реки и крепостной стены.Хоть я и выставил в окрестностях города расчеты разведчиков, но в случае нападения на центральные ворота мобильно перебросить войска на другую часть города могу не успеть.Корабли входили в зону покрытия катапульт. С Богом!..— Приготовиться! — прокричал я, вздернув молот вверх. — Первый пристрелочный!… Пли!Удары метательных рычагов одновременно наполнили пространство глухими стуками. Булыжники взвились вверх и устремились навстречу парусникам. Град камней вспенил воду, не долетев до флота несколько десятков метров. Я напряг зрение первача, оценивая ошибки в точности попадания.— Недолет! — крикнул я. — Зарядить легкие камни!Катапульты натужно заскрежетали, натягивая пусковые механизмы. Готово…— Приготовиться! Пли!Более легкие камни с воем прорезали воздух и засыпали передние ряды кораблей. Такими снарядами борта не пробить, но ряды лучников они покосили и попортили паруса.— Заряжай тяжелые камни! Приготовиться! Пли!Бух! Бух! Сыпался адский дождь, сметая людей и оснастку с палуб. Крики ужаса и предсмертные вопли донеслись до побережья, лаская мой слух.— Заряжай! Пли!На перезарядку уходила почти минута. Чем больше катапульта, тем дольше ее взводить. Следующий залп разорвал лишь паруса и повредил оснастку мачт — арабы спрятались в трюм и на палубе оставались лишь несколько рулевых. Камни сейчас бесполезны.Корабли сбавили ход, чтобы не налететь на берег и сейчас самое время использовать мой основной козырь.— Горшки на позицию, заряжай!Я приготовил для врага сюрприз. Простейший коктейль Молотова из смеси скипидара и льняного масло поместил в огромные глиняные горшки. Горшки плотно закупорены и обмотаны промасляной ветошью. Зажигательные снаряды в этом мире никто никогда не использовал. Мне не терпелось передать врагу привет из “современности”. Катапульты приведены в готовность, в метательных чашах уложены горшки.— Зажигай! — скомандовал я, махнув рукой.“Артиллеристы” поднесли факелы, и ветошь на горшках пыхнула синим пламенем.— Пли!!!Огненные шары взвились в небо, оставляя позади пламенный след.Бух! Бух! Бух! Словно зажигательные бомбы черепки взрывались, ударяясь о борт, и разбрасывали брызги пламени на палубы. Огонь плясал на оснастке и пожирал паруса.— Заряжай!Корабли уже близко. Арабы высыпали на палубы, готовясь к высадке.— Лучники! Пли!Смертельный рой стрел накрыл ближние палубы, сея смерть. Крики раненых эхом раскатились по океану.— Лучники! — заорал я. — Огонь по врагу без команды!Залповые выстрелы перешли в хаотичный град стрел, сыпавший уже на швартующиеся корабли.Наконец катапульты заряжены.— Пли! — прокричал я, с надеждой провожая последний залп — корабли близко, больше перезарядиться не успеем.Огненные шары нанесли в этот раз максимальный урон. Словно напалм они выжигали живую силу противника. Горящее масло мгновенно прожигало доспехи и плоть до самых костей.Враги горели заживо и прыгали в воду. На ближних кораблях началась паника. Арабы топтали друг друга и катались по палубе, пытаясь добраться до спасительной воды.— Кидайте горшки на берег! — скомандовал я.Оставшиеся огненные “бомбы” огнеметчики поджигали и кидали уже вручную, вздыбив полосу огня на береговой линии.Лучники били по кораблям почти в упор. Арабы переваливались через горящие борта и гроздьями сыпались в мелководье. Часть падала уже мертвыми, пронзенная стрелами.Передние корабли с маху разнесли пирс в щепки, уткнувшись в песчаный берег. Задние суда встали не доходя пару десятников шагов. Воины прыгали с них в воду и плыли к берегу. Лучники переключились на плывущих — оптимальная мишень. Нашпигованные стрелами, арабы тонули десятками. Вода вспенилась красными пузырями, поглощая убитых и раненных.На развороченный пирс сыпались с палуб арабы в черных балахонах. Пустынные странники сходу бросались в бой. Кроме них были воины в белых одеждах — не такие умелые как странники, но их гораздо больше.— Держать строй!Я подтянул войска к пирсу, сформировав римское построение — копейщики сомкнули тяжелые щиты, прикрывая меченосцев. Арабы натыкались на выставленные копья и пытались продавить строй количеством. Если это удавалось и на некотрых участках копейщики падали, на их месте вырастали меченосцы и рубили врага, давая возможность копейщикам подняться и вновь сомкнуть строй.Римская тактика приносила плоды — захватчикам не удавалось просочиться в город. Половина кораблей противника полыхала, другая часть утопала в дыму, не давая вражеским лучникам прицельно бить по берегу. Мои лучники сыпали смерть, не останавливаясь. Казалось все под контролем и победа близка, но арабы не кончались. Они настырно вылезали из воды и с ревом бросались на смерть.Каждый из них бился сам за себя — бесстрашно и отчаянно. Отсутствие тактики групповой защиты и нападения — сыграло нам на руку, но их количество и безбашенность давали свои плоды. На нескольких участках боя врагам удалось прорвать строй и задавить меченосцев. Лучники не могли помочь — бить врага не попав по своим стало невозможно.— Убрать луки! — заорал я. — Мечи наголо!Отряд лучников вмиг переквалифицировался в меченосцев и ринулся на подмогу. Все смешалось — песок, кровь, крики, пламя и дым. Моих приказов больше никто не слышал.— Вперед! Держитесь рядом! — крикнул я Герту и Нуру и ринулся в самую гущу.Я нырнул в живой поток странников, разбрасывая их молотом. Ятаганы отскакивали от лат, словно орех. Некоторые попадали меж пластин и причиняли ранения, но серьезных ран удавалось избежать, а мелкие залечивал камень. Главное -— не потерять много крови… Иначе конец.Я бил по бесшлемным головам в тюрбанах, разламывая их словно перезрелые тыквы. Пространство вокруг меня усеялось трупами. Рядом пыхтел Нур. Он яростно крошил врагов, пытавшихся обойти меня. С другого фланга прикрывал Герт. Орудуя тонким мечом, словно жалом, он убил уже троих и ранил с десяток. Наше трио врезалось в поток врага, разбив его армию на две части. Но там где нас не было, враг напирал все больше. Вот уже несколько копейщиков обратились в бегство.— Стоять! — орал я. — Не отступать, иначе умрем!!!Меченосцы более стойкие, не отступали и пропускали врага лишь ценой жизни. Но арабы все прибывали. Откуда вас столько?!Я выхватил красный платок и вздернул его вверх. Условный знак для резервного отряда. Ахиб ждал его с отрядом конных арабов численностью в три десятка. Они выскочили на пристань словно ураган со свистом и улюлюканьем и врезались в самую гущу. Но небольшой отряд растворился в армаде черно-белых балахонов. Слишком мал резервный отряд…Враг теснил нас к городу, оставляя за собой горы изрубленных трупов.— Отходим! — крикнул я Герту и Нуру. — Плечом к плечу!Мы оступали. Песок больше не впитывал кровь и чавкал под ногами. От римского построения не осталось и следа. Каждый бился со всеми и за себя. Плохо дело! Призывы держать строй ничего не давали. Гвардейцев охватывала паника. Пока держались, но еще немного и нас сметут.Конница Ахиба разбита, сам он пеший примкнул к нам и бился, словно леопард. Уворачивался и колол двумя мечами сразу. Герт и Нур совсем выдохлись и еле ворочали мечами. Больше отбивались, чем атаковали.Мы отступили еще на десяток шагов. Здесь арабов ждал сюрприз. Гвардейцы стали отступать организованно и группами по невидимым маршрутам. Арабы перли сплошным потоком, не замечая странного отступления противника. Еще шаг! Еще!А-а-а! Испуганные крики захватчиков разнеслись по побережью. Басурмане провалились в замаскированные ямы, рассыпанные по всему берегу. Дикие крики насаженных на колья воинов не предостерегли остальных. Задние ряды, опьяненные кровью, напирали и сваливались в ямы с кольями на дне.Арабы дрогнули, мгновенно потеряв около сотни бойцов. Но через некотрое время опомнились и стали обходить западню. А через минуту их армия миновала линию ловушек и вновь теснила нас к городу. Если доберутся до города — нам конец. Многочисленный враг растечется по улочкам и больше его не остановить. Неужели это конец?! Сквозь шум битвы я услышал далекий топот многочисленных копыт по городской брусчатке! Я узнал его… Его я не спутаю ни с чем!***