Кровь Янтаря
Шрифт:
— Давай.
Я поднялся и помог встать ему. Мы двинулись направо вокруг склона, нашли место, где взобраться было полегче, и я втащил его наверх.
Как только мы добрались до входа в грот, он навалился на посох и уставился в провал.
— И никакой возможности легко спуститься, — сказал он. — Для меня, по крайней мере. Я-то думал, что можно бы подкатить из кладовой бочонок, а я уж как-нибудь спустился бы сперва на него, а потом уж на пол. Только высота тут побольше, чем мне помнилось… Какая-нибудь рана точно откроется…
— М-м, — сказал я. — Погоди-ка. Есть идея…
Я спустился вниз и вдоль подножия холма потопал направо — до тех пор, пока не завернул за два сверкающих выступа и полностью не скрылся из поля зрения Льюка.
Раз уж мне пришлось задействовать Логрус, не следовало делать этого в присутствии Льюка. Я не хотел, чтобы он видел, как я работаю с Логрусом, — это дало бы ему возможность составить представление о моих возможностях — и их границах. Я не настолько беззаботен, чтобы позволять другим знать обо мне слишком много.
Логрус явился на мой зов, и я потянулся в него… сквозь него… Желание оформилось, стало целью. Посланные отростки искали мысль. Дальше, дальше…
Продолжалось это чертовски долго. Пришлось дойти до самой сердцевины Тени…
Контакт.
Я не стал дергать — просто медленно и не спеша потянул. Я почувствовал, как что-то движется ко мне через тени.
— Эй, Мерль! Все в порядке? — услышал я голос Льюка.
— В порядке, — ответил я лаконично. Мне было не до подробностей.
Ближе, ближе…
Вот!
Я пошатнулся, когда эта штука прибыла — одним концом она чуть меня не задела. Другой конец грохнулся на землю. Я подошел к середине, ухватился поудобнее и потащил к скале.
Я установил ее возле крутого откоса недалеко от того места, где сидел Льюк, и быстро взобрался наверх. Затем я подтянул ее наверх.
— Хорошо, но где ты ее достал? — спросил Льюк.
— Нашел.
— На том конце она, похоже, только что покрашена…
— Наверное, ее кто-то только что потерял.
Я начал спускать лестницу в пещеру. После того как она уперлась в пол, из дыры торчало еще несколько футов. Я приладил ее поустойчивей.
— Я спущусь первым, — сказал я, — и буду тебя страховать.
— Возьми мои трость и клинок.
— Конечно.
Когда я сделал шаг с последней ступеньки, Льюк уже ухватился за лестницу, влез в дыру и начал спускаться.
— Как-нибудь научишь меня этому фокусу, — сказал он, тяжело дыша.
— Не понимаю, о чем ты. — ответил я.
Льюк спускался медленно, останавливаясь отдохнуть на каждой перекладине. Когда он добрался до пола, то весь раскраснелся и пыхтел. Льюк тут же шлепнулся на пол, прижав к груди правую ладонь. Спустя некоторое время он отполз назад и привалился к стене.
— Ты в порядке? — спросил я.
Льюк кивнул.
— Буду в порядке, — сказал он, — через пару минут. Черт, столько неудобств, когда тебя так порежут…
— Принести одеяло?
— Спасибо, обойдусь.
— Ну, отдыхай пока, а я пойду проверю кладовую и посмотрю, не добрался ли кто до припасов. Хочешь, принесу что-нибудь?
— Воды, — сказал он.
Припасы оказались в порядке, и спальный мешок по-прежнему лежал там, где я его оставил. Я принес Льюку питье — на память пришло несколько забавных воспоминаний о том времени, когда он делал то же самое для меня.
— Похоже, ты в порядке, — сказал я. — Там всего полно.
— Ты там не все вино выпил, а? — спросил Льюк между глотками.
— Нет.
— Это хорошо…
— Ну-с, ты говорил, что у тебя есть информация, жизненно важная для Янтаря, — сказал я. — Может, соизволишь изложить?
Льюк улыбнулся.
— Не сейчас, — сказал он.
— Я думал, мы договорились именно так.
— Ты не дослушал. Нас прервали.
Я покачал головой:
— Согласен, нас прервали. Досказывай.
— Я должен встать на ноги, напасть на Крепость и освободить мою мать…
Я кивнул.
— Так вот, информацию ты получишь после того, как мы ее спасем.
— Эй, погоди! Ты не слишком много просишь?
— За такую информацию это почти даром.
— Похоже, я покупаю кота в мешке.
— Да, так оно и есть. Но, поверь мне, это окупится.
— И не протухнет, пока я буду ждать?
— Нет, я все подсчитал. За пару дней по времени Янтаря я встану на ноги. Вряд ли проблема обострится так скоро…
— Льюк, это начинает напоминать блеф.
— Это и есть блеф, — сказал он. — Но результат этого блефа пойдет на пользу и Янтарю, и мне.
— Это другое дело. С трудом представляю, чтобы ты сделал что-то себе во вред… или на пользу противникам.
Льюк вздохнул.
— Может быть, этого хватит даже на то, чтобы снять меня с крючка, — добавил он.
— Ты хочешь отказаться от кровной мести?
— Не знаю. Думал-то я много… Но раз уж я решил идти этим путем, нужно обставить свой выход с как можно большей помпой.
— А если ты решишь идти другим путем, то получается, что ты сам облажался. Так?
— Ну, это-то я как-нибудь переживу. Моя задача станет труднее, но останется решаемой…
— Не знаю, — сказал я. — Если хоть словечко о нашей сделке просочится, а я не получу ничего, что можно выложить как оправдание того, что отпустил тебя… Вот тогда я действительно сяду на сковородку.
— Я никому не скажу, если не скажешь ты.
— Есть еще Винта.
— Так она же продолжает трындеть, что цель всей ее жизни — тебя защищать. Кроме того, когда ты вернешься, ее там уже не будет. Скорее, там будет настоящая Винта, проснувшаяся после тяжелого сна.
— Ты в этом уверен?
— Ты же ушел. Она наверняка уже тебя ищет.
— Ты знаешь, кто она такая на самом деле?
— Нет, но если тебя интересуют мои предположения, то когда-нибудь…
— Не сейчас?
— Нет, сейчас я немножко посплю. Меня снова прихватило…
— Тогда давай пройдемся по пунктам еще разок. Что ты собираешься делать, как намерен действовать и что обещаешь мне?
Льюк зевнул.
— Я останусь здесь, пока не приду в норму, — сказал он. — Когда буду готов напасть на Крепость, я свяжусь с тобой. Кстати, о птичках — мои Козыри все еще у тебя.