Чтение онлайн

Разделавшись с этим долгом, я продолжил путь по Восточной Виноградной пешком. Ближе к горе, но там, где уклон не стал еще ясно ощутим, я уловил запах готовки и решил не откладывать обед до возвращения во дворец. Я остановился и стал озираться в поисках источника ароматов. Его я обнаружил в проулке по правую руку, там дорога выходила на большую площадь с фонтаном в центре, в котором вставший на дыбы медный дракон, покрытый роскошной зеленой патиной, писал в бассейн розового камня. Дракон был обращен мордой к расположенному в подвальчике ресторану под названием «Яма». Еще десять столиков стояли на улице, огражденные изгородью из медных колышков, по периметру которой были расставлены растения в горшках. Проходя мимо фонтана, я увидел в чистой воде огромное количество экзотических монет, включая юбилейный четвертак США. Я прошел за загородку, открыл дверь и уже собрался спуститься по лестнице, когда услышал, что меня окликают по имени.

— Мерль! Давай сюда!

Я оглянулся по сторонам, но не узнал никого из тех, кто сидел за четырьмя занятыми столиками. Затем, когда мой взгляд вновь прошелся по ним, я заметил, что человек постарше за угловым столом справа от меня улыбается.

— Билл! — воскликнул я.

Билл Ротт поднялся из-за стола — больше для демонстрации, чем отдавая дань какой-то формальности, как я понял. Сразу я его не узнал: теперь он отпустил седую бороду и усы. К тому же он был одет в коричневые штаны с серебряной отделкой по внешним швам, уходящие в пару высоких коричневых сапог. Рубашка его была серебристого цвета с коричневым кантом, а на кресле справа от него лежал свернутый черный плащ. Широкая черная перевязь брошена поверх плаща, а на ней — средних размеров клинок в ножнах.

— Совсем натурализовался, не так ли? Вдобавок немного похудел.

— Верно, — сказал он, — и думаю о том, чтобы после выхода на пенсию переехать сюда. Мне этот городок по нраву…

Мы сели.

— Ты уже заказал? — спросил я Билла.

— Да, но вон официант на лестнице — давай-ка я его для тебя отловлю.

Он так и сделал — и заказал и на мою долю.

— Твой тари стал заметно лучше, — сказал я после всей суеты.

— Практики много, — отозвался он.

— Чем занимаешься?

— Ходил по морям с Джерардом. Был в Дейге и в одном из лагерей Джулиэна в Ардене. Еще посетил Ратн-Я. Изумительное место. Беру уроки фехтования. А Дроппа показал мне весь город.

— Все городские бары, так будет верней.

— Ну, не все. В общем-то, я здесь именно поэтому. Он владеет половиной пая в «Яме», и я обещал ему, что в основном буду питаться здесь. Впрочем, место неплохое. Когда ты вернулся?

— Только что, — сказал я, — и у меня для тебя есть еще одна длинная история.

— Это хорошо. Твои рассказы обычно причудливы и запутанны, — заметил он. — В самый раз для холодного осеннего вечера. Ну что ж, послушаем.

Я говорил в течение всего обеда и еще долго после того, как он закончился. Затем вечерняя прохлада прогнала нас оттуда, и мы направились во дворец. В конце концов я завершил свое повествование за горячим сидром перед камином в одной из малых комнат восточного крыла.

Билл покачал головой.

— Ты действительно ухитряешься грузить в кузов по самые борта, — сказал он наконец. — У меня вопрос.

— Ну?

— Почему ты не привел Льюка сюда?

— Я уже говорил…

— Это не причина. Ради неизвестно какой информации, которая, по его словам, важна для Янтаря? И ты собрался подцепить Льюка и вытащить из него эту информацию?

— Все совсем не так…

— Он — торговец, Мерль, и он продал тебе кучку дерьма. Вот что я думаю.

— Ты не прав, Билл. Я его знаю.

— Да, вы давно знакомы, — согласился он. — Но насколько хорошо? Мы, помнится, это уже проходили… Все, чего ты не знаешь о Льюке, явно перевешивает то, что ты о нем знаешь.

— Он мог пойти куда угодно, но пришел ко мне.

— Это входило в его планы, Мерль. Он хочет через тебя пробраться в Янтарь.

— Не думаю, — сказал я. — Это не в его стиле.

— А я думаю, что он воспользуется любым средством, которое подвернется под руку… или любым человеком.

Я пожал плечами.

— Я ему верю. Ты — нет. Вот и все.

— Видимо, так, — сказал он. — И что ты намерен делать теперь — ждать, что будет дальше?

— Есть у меня один план, — сказал я. — Льюку я верю, однако это еще не значит, что я не собираюсь подстраховаться… Но у меня к тебе вопрос.

— Да?

— Предположим, я привел его сюда, Рэндом решил, что факты неоднозначны, и пожелал устроить слушание дела — ты взялся бы защищать Льюка?

Глаза его распахнулись, а затем Билл улыбнулся.

— Что за слушание? — спросил он. — Я же не знаю, каковы здесь процедуры ведения дел.

— Как внук Оберона, — объяснил я, — он подпадает под Закон Дома. Рэндом сейчас — глава Дома. От него будет зависеть, забыть ли обо всем, вынести ли скорый приговор или назначить слушание дела. Как я понимаю, такое слушание может быть официальным или неофициальным — это уж как Рэндом захочет. В библиотеке есть книги по этому вопросу. Но у человека всегда есть право на защиту, если он того пожелает.

— Конечно, я возьмусь, — сказал Билл. — Редкий случай обогатить практику. Но тут может возникнуть конфликт интересов, — добавил он. — Я же работаю на Корону.

Я прикончил сидр, поставил стакан на каминную полку и зевнул.

— Ну, мне пора, Билл.

Он кивнул.

— Пока это все чисто гипотетически, так? — спросил он.

— Да, конечно! — сказал я. — Все может закончиться слушанием моего дела. Доброй ночи.

Билл внимательно смотрел на меня.

— Ну… та страховка, о которой ты упомянул, — сказал он. — Наверное, это несколько рискованно, да?

Я улыбнулся.

— Насколько я понимаю, я тебе помочь не смогу?

— Это точно.

— Ну, удачи.

— Спасибо.

— Завтра увидимся?

— Может быть, днем, попозже…

Я пошел в свою комнату и прилег. Прежде чем пойти на дело, которое я задумал, нужно передохнуть. Не помню, снилось ли мне что-нибудь…

Когда я проснулся, было еще темно. Приятно сознавать, что по крайней мере будильник у меня в голове работает нормально.

Было бы здорово перевернуться на другой бок и снова дать храпака, но я не мог позволить себе такую роскошь. Предстоящий день был расписан по минутам. И, согласно расписанию, я встал, умылся и оделся в свежее.

Затем отправился на кухню, где приготовил себе чай, тосты и яичницу с чилли, луком и чуточкой перца. К этому я добавил фруктов из Снелтерса — давненько я их не пробовал.

Я вышел через заднюю дверь и прошел садом. Было темно, безлунно и сыро, лишь несколько полос тумана обшаривали невидимые тропинки. Я пошел по дорожке, которая вела на северо-запад. В мире стояли тишина и спокойствие, и мыслям своим я позволил течь так же — тихо и спокойно. Этот день пройдет под девизом: «Всему свое время», и я хотел начать его с нужным душевным настроем.