Чтение онлайн

С этими новостями я помчался к Ах-Кукуму, который это подтвердил, расставляя у меня в голове организацию местного строя и взаимоотношения городов между собой.

— Так, поправь меня, если я ошибаюсь, — стал быстро обобщать полученную информацию со всех источников, — есть халач уиник, который живёт в городе Майяпан, он является главой союза трёх городов-государств: собственно Майяпана, Чичен-Ица и Ушмаль. Под ним есть шесть советников, которые заправляют жизнью города, а также жрецы, говорящие что и когда кому делать, в зависимости от дня в году, удачного гадания и милости богов. Та же ситуация, и в других двух главных городах, в которых властью, полученной от халач уиника правят батабобы. У них также имеются свои советники и жрецы. Общего войска нет ни у одного города, когда нужно воевать, военачальники накома с помощниками собирают воинов с каждой общины, которые выставляют женатых мужчин, владеющих оружием. Когда война заканчивается, всех распускают. Общины не имеют никаких прав, живут вне стен городов на землях, принадлежащих богатым и знатным людям, обрабатывая свою землю и их, платя с этого налоги. Всё так, или я что-то упустил?

Жрец открыв рот, смотрел на меня, шевеля губами, стараясь уложить всё, в свой разум. Поняв, он изумился, бросившись на землю.

— О, великий, халач уиник Витале, — бился он в истерике, ударяясь головой о землю, — прикажи принести меня в жертву, я недостоин находится даже рядом с тобой.

— Это мы всегда успеем Ах-Кукум, — успокоил его я, — ты по делу скажи сначала.

— Всё так, о великий, — он снова стал кланяться, — только батабобов обычно два, один, вместе со своими советниками постоянно живут в Майяпане, и правят своими городами издалека. Второй же, находится на месте, чтобы видеть лично, как выполняются эти приказы.

— Хм, — задумался я, — а объясни тогда пожалуйста, какой смысл крестьянам, кормить всю правящую элиту в городе?

Жрец с удивлением на меня посмотрел.

— Так хотят боги. Эти люди созданы ими для того, чтобы служить высшим!

— Ага, понятно, — в голове стал раскручиваться маховик вариантов, как я могу столь малым войском, повлиять на майя. Понимание их истории, религии, уклада жизни, давало мне многое к этому. Нужно было попробовать сменить вектор их верований, чтобы понять, насколько они способны воспринимать другую культуру. Приказав запереть жреца, я отправил солдат собирать оставшихся женщин и стариков на центральной площади, прямо у подножья пирамиды. Сам же, пошёл переодеться в простое монашеское одеяние и взять деревянный крест и Евангелие. Выходя и дома, я едва не хмыкнул, видя, как офицеры крестят меня вслед, шепча молитвы.

Живых, оставшихся в самом городе и его окрестностях, осталось не так уж и много, всего несколько тысяч, которые покорно ждали своей участи. Взгляды женщин были испуганными, не понимающими и полные ожидания. Старики же по большей части сидели, склонив головы. Я пока не понимал почему майя, так чётко различаются между собой: одни были ухожены, хорошо одеты, имели татуировки и роспись краской на теле, а другие имели на теле лишь набедренные повязки, с этим тоже нужно было тоже разобраться.

— Вы любите игры и состязания, так что давайте поиграем в одну игру. Правила простые: я буду задавать вопросы, на которые хотел бы получить ответы, — начал я, — если ответов не будет, никто отсюда не уйдёт? Это понятно?

На лицах появился испуг, но все промолчали.

— Это был первый вопрос, — я недоумённо покачал головой, — хорошо, посидите тут ещё два часа, подумайте, а я вернусь позже.

— Стойте! Да, нам понятно! — из толпы поднялась одна женщина, — это засчитывается за ответ?

— Да. Тогда следующий вопрос, — я спустился вниз со ступеней, и стал ходить вдоль сидящих на земле людей, а им приходилось сопровождать меня взглядами, — всё ли решают боги?

— Да! — откуда-то раздался возглас, и я повернув голову, увидел симпатичное лицо, с татуировками на шее и руках. Хотя впрочем большинство женщин постарше были татуированы и вдобавок имели расписанное лицо и тело красками. Здесь это считалось модным, как впрочем и широкие лбы с косоглазием у мужчин, таких лиц было гораздо больше у мужской половины сидящих передо мной, чем у женской. Также стоило отметить что среди майя в принципе было много симпатичных девушек и женщин, что меня если честно очень удивляло. Ведь в Европе, даже без свирепствующей пока ещё инквизиции, нужно было ещё постараться их найти.

— Ага, значит и наше прибытие на вашу землю, они тоже предопределили?

Тут, перед ответом была большая пауза, но стоило мне сделать вид, что я ухожу, как его поспешили дать.

— Да!

— Отлично! — обрадовался я, — мы все, пришельцы, представляем нашего бога, который един и властвует над всем сущим. Мы молимся ему, задабриваем только его, а следовательно, если все люди неважно каких профессий и занятий просят его о помощи в делах, он отвечает всем сразу, поскольку он великий Бог.

Некоторые после таких моих заявлений стали ёрзать, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Поэтому мне интересно, если ваши боги, в том огромном количестве, что у вас есть, знали о нашем появлении, но всё равно проиграли нашему, говорит ли это о том, что один наш бог сильнее и могущественнее всех ваших?

— Это слишком сложно для простых людей чужак, — раздался дребезжащий голос старика, — нам нужен жрец, чтобы разобраться.

— Жреца мы позовём позже, — покачал я головой, — я хочу сначала понять вашу точку зрения. Если вы уверяете меня, что за всё на свете отвечают боги, которые проигрывают новому, то значит ли это, что они слабы? И нужны ли такие боги вообще?

Никто не посмел ответить мне на эти вопросы, поскольку на их лицах появилось непонимание и паника.

— Хорошо, давайте позовём жреца, — решил я усложнить себе задачу.

Когда привели Ах-Кукума, тот конечно же сказал, что это ничего не значит и как это бывает в сражениях, боги просто отступили, чтобы понять силу нового врага, но это нисколько не значит, что они слабее нового бога.

Лица народа мгновенно посветлели, от его ответов.

— А где та черта? — спросил я его, — до которой они будут всё время отступать, чтобы это не превратилось в бегство? Если ты привёл пример сражения, то да, я признаю, армия может отступить, перед превосходящими силами врага, но всегда есть переломный момент, после чего отступление, превращается в бегство. Как увидеть это в нашем примере, с богами?

Жрец, открыл рот, собираясь мыслями, затем, чтобы не молчать, просто ответил.

— Они просто отступают, чтобы затем собраться и наброситься на вашего всеми силами.

— Странно, — я задумчиво погладил себя по подбородку, — то есть, если они сбегут и бросят свой народ, то об этом вы узнаете, только когда вам на молитвы и жертвоприношения никто не будет отвечать?

Лица обеспокоенных майя, повернулись к жрецу, поскольку этот вопрос их действительно взволновал. Остаться без богов, на основе чего была построена вся их жизнь — это было бы катастрофой.

Он замялся и это заметили все.

— Я лишь младший жрец в небольшом городе, — наконец, нехотя ответил он, — я не могу отвечать на такие вопросы — это не мой уровень. Ответ можно узнать у верховного жреца в Майяпане.

— Странно, — я демонстративно развёл руками, — я тоже небольшого сана для своего бога, но могу спрашивать и отвечать на любые вопросы, его касающиеся. Может, если вам так будет проще, вы спросите у меня про Иисуса?

Жрец, думая, что поймал удачу за хвост, и сейчас сам потопит меня в вопросах веры, первым бросился задавать вопросы, не понимая, что на самом деле попал в простейшую расставленную ловушку. Тягаться ему с человеком, всю жизнь прожившему в цифровом веке лжи, обмана и манипулированием созданием людей, точно не стоило и уже через три вопроса, он почему-то сдулся, и больше не отсвечивал, зато у майя, заинтересовавшимися моими словами, они возникли и я чётко и подробно всё рассказывал, чтобы они видели, что я нисколько не сомневаюсь в своих ответах. Их это впечатлило.