Чтение онлайн

В качестве его невесты.

Месяцы назад, когда папа рассказал мне о том, что должно произойти, я еще не до конца в это верила. Я даже не осознала по-настоящему, когда Алессандро подарил мне обручальное кольцо или когда мне пришлось упаковать несколько коробок для отправки в его резиденцию.

Но теперь...

Я была Софией Роккетти. Невестой Безбожника.

И я была вся в крови.

Я уставилась на свое отражение в зеркале. Кровь была повсюду. Моя кожа была покрыта ею. Мои волосы, мое лицо, мои ногти.

Я посмотрела на раковину, и меня вырвало.

Эта некогда безупречно чистая ванная комната теперь носила следы крови и рвоты.

Я уверена, что до моего пребывания здесь она видела гораздо худшие вещи.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы сорвать с себя платье, но в редких порывах гнева мне удалось вырваться из него. Я оставила его на полу вместе с вуалью, а сама, спотыкаясь, пошла в душ и вслепую включила воду. Ледяная вода брызнула на меня, но я даже не почувствовала этого.

Все, на что я могла обратить внимание, это кровь, стекающая по мне в канализацию.

В тот момент мне нужна была только моя сестра. Кэт была бы рядом со мной, помогла бы мне вылезти из платья и помыла меня. Она успокаивала бы меня, как могла, заставляя смеяться и нарушать тишину, которую я так ненавидела.

Я прижалась лбом к прохладной плитке и зажмурила глаза.

— Кэт, — ее имя вырвалось всхлипом.

Я хотела знать, что я сделала, чтобы заслужить это. Я потеряла мать, потеряла сестру. Меня вырастили в красивой клетке, следили за каждым моим движением. А теперь меня без раздумий продали Безбожнику. Принцу Чикаго.

Алессандро Роккетти, который в тринадцать лет, убил трех человек одним ударом ножа, стал Полноправным Членом. В 17 лет он стал Капо, лично расправлялся с предателями и голыми руками вырвал человеку язык, потому что тот бросил ему вызов за власть.

Когда я занималась чирлидингом и мечтала о Леонардо Ди Каприо, мой муж пытал и проливал кровь за свою семью и Наряд Чикаго. Он купался в крови и засыпал под крики своих врагов.

Глубоко дыши, сказал голос Кэт в моем сознании. Глубокий вдох.

Я не помню, как вышла из ванной, как вытирала рану, но я не чувствовала никакого желания спать. Вместо того чтобы ощущать последствия адреналина, мое тело, казалось, вновь запустило инстинкты выживания, чтобы справиться со свадебной ночью.

Я прижала к себе халат и стала ждать.

Час пролетел в мгновение ока. В какой-то момент я подумала, что он не появится. Может быть, я ему не нравлюсь или даже не привлекаю его.

Но как только эта мысль пришла мне в голову, кто-то постучал в дверь.

Может, я и не нравлюсь Алессандро, но долг был неизбежен.

— Войдите, — позвала я.

Дверь открылась, и Алессандро проскользнул в комнату. Он не был красивым женихом или кровожадным принцем, вместо этого он выглядел немного более непринужденно. Его волосы были взъерошены, а не идеально уложены назад, на нем были простые брюки с кулиской и футболка.

На его ногах даже не было обуви.

Но расслабленность — это не то слово, которое я могла бы сказать об Алессандро. Его нельзя было назвать спокойным или непринужденным. Не тогда, когда за каждым его движением ощущался зуд под кожей, опасный удар.

Темные напряженные глаза Алессандро остановились на мне. Они не питали особого энтузиазма, по-поводу сегодняшней ночи.

Значит, нас двое, подумала я.

— София, — поприветствовал он. Услышать мое имя из его уст было головокружительно.

— Si (прим. итал. «Да») Алес…, — остановила я себя. Я понятия не имела, как к нему обращаться. — Привет.

Алессандро мрачно посмотрел на меня: — Ты можешь называть меня Алессандро. В конце концов, мы муж и жена.

Я попыталась заставить себя улыбнуться, но это больше походило на гримасу.

В комнате воцарилась тишина.

Мои нервы взяли верх, и я выпалила.

— С Доном все в порядке?

— Дон в порядке, — сказал он резко. — Почему тебя это волнует?

Я открыла рот, потом закрыла его, не зная, как ответить. Дон был Крестным отцом Наряда, разве я не должна заботиться о его благополучии? Но он приложил руку к моему браку. Так что, возможно, я должна его недолюбливать. Однако я достаточно его боялась.

— Моя рана болит, — прошептала я. — Я не могу представить, что чувствует он.

Алессандро издал мрачный звук. Возможно, это был смех.

— Он пережил гораздо худшее. — Как пантера, готовящаяся к убийству, Алессандро наклонился ближе ко мне, пристально глядя в глаза. — Надеюсь, ты не собираешься влюбиться в Дона. Ты моя жена, а не его.

— Я знаю, — ответила я. Перемена в его позе и тоне заставила мои нервы взвыть как по тревоге.

Его темные глаза пригвоздили меня к месту: — Ты должна знать, что нельзя путать верность. Ты находишься в очень информативном положении, жена. Играть между мной и Доном — не в твоих интересах. Играть между кем бы то ни было — не в твоих интересах, — в глубине его глаз мелькнула жестокость. — Потому что я поймаю тебя, София.

— И убьешь меня?

Алессандро склонил голову набок.

— Это конец твоего предложения. Поймать меня и убить.

— Возможно, — что на самом деле означало «да».

Я резко сглотнула. Алессандро, без сомнения, был подозрительным человеком, человеком полным паранойей. Папа был таким же, как и все остальные мафиози, среди которых я выросла. Они с подозрением относились к правительству, другим бандам, друг к другу. Подозревать свою жену — не такой уж большой шаг.

Я сказала слова, которым меня учили всю мою жизнь.

— Я только хочу быть хорошей женой для тебя и хорошей матерью для твоих детей.

Алессандро выглядел справедливо подозрительным, но склонил голову.

Мой взгляд метнулся к часам. Было всего семь часов вечера. Я чувствовала себя на миллион лет старше, чем утром, когда семья и друзья вытащили меня из постели. Я вышла замуж, стала убийцей и была ранена в один день.

А теперь ты собираешься лишиться девственности, сказал голос в моей голове.

Я постаралась казаться смелее, чем чувствовала себя, и сказала: