Чтение онлайн

– У меня трое живых братьев, но тот, которого встретила ты, - Маркус – один из старейших в нашем роду. Ему пятнадцать сотен лет.

Джослин недоверчиво покачала головой, а потом стала вдруг отстраненной, ее светлые глаза потемнели и затуманились, кожа заметно побледнела. Она выглядела неуверенной. Будто не знала, как задать свой следующий вопрос.

И, инстинктивно, он понял...

– И мы, наконец, вернулись туда?

– Куда? – пробормотала она, ее голос был едва слышен.

– Назад к тому, что беспокоило тебя все время. Назад к тому, что произошло ранее в том лесу. К страху, который заставил тебя – теперь уже дважды – пытаться покончить с собой.

Джослин медленно выдохнула и кивнула, но продолжала молчать.

Словно не могла говорить.

Ее глаза закрылись, и ладонь, до этого спокойная, начала дрожать в его руке.

– Что это, ангел? – спокойно спросил он. – Чего ты так боишься?

Она просто покачала головой.

– Ты не можешь сказать мне?

Она всхлипнула.

– Я хочу, но...

– Но что?

– Но просто... я просто... я боюсь.

Натаниэль попытался успокоить ее дрожь.

– Скажи мне тогда, чего ты так боишься, что ты думаешь должно произойти, если ты расскажешь мне?

Джослин не ответила.

– Если ты боишься, что я буду зол…

– Нет, не этого, – прошептала она.

– Тогда чего? – его взгляд проникал в нее и притягивал, словно магнит. – Скажи мне, Джослин. Да, у тебя мало причин доверять мне, но один раз...

– Я знаю, что ты планируешь сделать со мной, ясно? – она протараторила слова, как будто это был единственный способ их произнести. – И я говорю тебе, что не смогу вынести это. Ты понимаешь то, что я говорю? Я не смогу вынести это!

– Что ты думаешь...

– Почему ты это делаешь? – в ее голосе чувствовалась боль. – Давишь на меня вот так. По крайней мере, сейчас, в этот момент, я могу притвориться. Немного дольше я могу притвориться, что все хорошо. Но когда все это выплеснется наружу... – ее глаза потускнели, и она медленно отвела взгляд.

Натаниэлю стало неловко, хотя он попытался продолжить проектировать уверенность.

– Джослин, я не собираюсь делать что-либо без твоего разрешения.

– Ты не слышишь меня, Натаниэль, – произнесла она с нотками отчаяния. – Я знаю.

Натаниэль откинулся назад и сделал глубокий вдох.

Великие Небесные Божества, что, по мнению этой женщины, он собирается с ней сделать? Этого не могло быть – никак не могло – чтобы она знала о Проклятии Крови. И даже если и так, у него не было намерения принуждать ее.

У него было больше веры в нее. Больше веры в предусмотрительность богов. В правильность их союза.

– Ладно, – он поднял обе руки, уговаривая ее как напуганного ребенка, – тогда мы могли бы вместе столкнуться с тем, что ты знаешь… верно?

– Пожалуйста, не надо, Натаниэль... просто остановись.

Джослин резко замолчала и уронила голову на руки, длинные волосы, спадали вперед, защищая ее от его взгляда.

Она казалась настолько уязвимой, что это заставило что-то сжаться в внутри Натаниэля, и он рассеянно потер грудину.

– Ты правда не можешь рассказать мне?

– Нет, – прошептала она,– я правда не могу.

Натаниэль мягко убрал ее руки с глаз и начал массировать ее виски. Он легко пропустил пальцы сквозь шелковистые волосы, а затем поднял ее подбородок, вынуждая ее встретить его пристальный взгляд.

– Посмотри на меня, Джослин.

Она скривилась.

– Посмотри на меня.

Ее глаза встретились с его.

– Я собираюсь попросить твоего разрешения для кое-чего.

– Нет.

– Джослин, просто послушай.

Она покачала головой.

– Пожалуйста...

– Выслушай меня.

Она вздохнула.

– Я хотел бы войти в твой разум и посмотреть твои воспоминания.

– Нет! – ее глаза широко распахнулись, и она резко втянула воздух.

Натаниэль не отступал.

– Это позволит мне видеть все, что ты непосредственно видела сама. Ты понимаешь, что я говорю? Я могу увидеть воспоминание сам, и тебе не придется говорить мне ни единого слова, но я прошу твоего разрешения.

Джослин выглядела бледной... усталой.

– А если я не дам его тебе? – ее голос дрогнул.

Он расслабился и посмотрел на нее прямо.

– У нас есть вся ночь, ангел. Если ты скажешь нет, то мы будем ждать, – он сел прямо и сжал ее плечи. – Но, рано или поздно, мы столкнемся с этим.

Глаза Джослин наполнились слезами, и крошечные капли начали катиться одна за другой вниз по ее тонким скулам, оставляя следы глубокого горя. Неохотно она кивнула.

Натаниэль удивленно приподнял брови, затем обхватил ее лицо руками.

– Значит, да?

– Да, – зажмурившись, прошептала она.

И задержала дыхание.

Глава 8

Впервые, с того момента как они встретились, Джослин казалась действительно потерянной, словно ветка, уносимая бесконтрольным течением реки. Ее страх был очевиден, и Натаниэль ощутил, что она ненавидит собственную уязвимость.

Он начал проникать в ее разум, распутывая воспоминания. Углубляясь в память, от недавних событий к моменту, когда она впервые вошла в дом.

Ему была невыносима мысль, что Джослин думала о его жилище как о тюрьме, почти как о камере смертников, в ожидании приговора. Натаниэль чувствовал неприкрытый ужас, испытываемый ею из-за их противостояния с Маркусом, абсолютное отвращение при виде его животной натуры и изменений в теле. Он неловко заерзал на диване и вопреки тому, что видел, заставил себя улыбнуться, внушая ей спокойствие.

Продвигаясь дальше, в воспоминания, когда они были в лесу и шли по тропе, он узнал, как в ней зарождалось доверие. И с восхищением увидел, что, несмотря на все ее худшие опасения, она испытывала сильное физическое влечение.

Ему стоило усилий, не улыбнуться от приятного открытия: Джослин находила его невероятно сексуальным. Это было естественно. В конце концов, эта женщина создана для него, даже если сама не понимала их связи.

И затем он увидел страх, почувствовал страдания, когда она убегала из каньона... но от чего? – ее мысли путались, и картинки рассеивались.