Чтение онлайн

Открывая сообщение, Сэкстон мгновение собирался с мыслями, чтобы прочитать, наконец, слова, и первое, что он заметил, — в тексте не было опечаток, грамматических ошибок, пунктуация соблюдена. Но, это же Блэй. Сдержанный и последовательный мужчина, который все всегда делал тщательно и доводил до конца. И, разумеется, он изложил факты и просьбу в логичном и уважительном стиле…

Сэкстон нахмурился, снова перечитывая пять коротких параграфов.

И еще раз.

По всей видимости, родители Блэя несколько месяцев назад переехали в дом в человеческом районе на окраине пригорода. Разумеется, Сэкстон там не бывал, ведь все произошло уже после него, но он подслушал, как Блэй рассказывал остальным о красоте дома с прудом, крыльцом и кучей комнат. Его мамэн не особо любила это место, ведь оно было слишком новым, но она привыкала.

Проблема касалась соседки их родителей, пожилой вампирши, которая проживала на огромном участке рядом с жилищным комплексом. Человеческие застройщики, которым была необходима площадь в той местности, вынуждали женщину продать дом, чтобы они смогли продолжить расширяться и построить поле для гольфа и загородный комплекс. Но она не хотела съезжать. Она жила в фермерском доме, который они с мужем построили еще в тысяча восьмисотом году, и это — все, что осталось от него и их совместной жизни. По словам Блэя, ей осталось жить не так много, лет десять или чуть больше, и остаться там — ее единственное желание. Но ее внучка беспокоится о безопасности своей бабушки.

Люди долбились в дом в дневные часы, названивали ей по телефону, писали письма, присылали кучу бумаг с угрозами. Это продолжалось уже полгода, и все только набирало обороты, хотя женщина ясно дала понять, что не собирается уезжать. Отец Блэя, Рок, однажды вечером даже сходил к ней, пытаясь вмешаться, но люди не унимались.

Сэкстон покачал головой. Ни женщина, ни ее семья не могла обратиться в человеческую полицию: «Здравствуйте, технически я не существую в вашем мире, но я связана вашим имущественным правом, и у меня возникли проблемы с нарушителями границ. Вы могли бы помочь мне?

Ой, и не обращайте внимания на клыки.»

Сэкстон мог лишь представить, как переживала ее семья. Пожилая женщина, одна, человеческие бандиты мучают ее, а она ведь хочет всего лишь спокойно дожить оставшиеся годы.

И неясно, когда все прекратится.

Да, люди эволюционно стояли на ступень ниже, но они тоже могли быть смертельно опасными.

Набрасывая в голове план действий, Сэкстон пытался игнорировать тот факт, что понимание благой цели омрачало иррациональное желание быть необходимым для Блэя, решить эту проблему не потому, что это — его работа, а чтобы, возможно, впечатлить бывшего любовника.

Что, естественно, в его гипотетической фантазии, побудит Блэя расстаться с Куином, оставить двух чудесных малышей и по своей воле сбежать из Колдвелла с Сэкстоном.

Да, все это станет результатом одного грамотно написанного ответного письма.

Ну, это и успешный отпор бандитам, докучающим соседке его родителей.

Сэкстон закатил глаза и начал печатать.

Отбрасывая романтические грезы, он озвучит проблему Рофу, и они посмотрят, что можно будет сделать. По крайней мере, он мог поступить по совести по отношению к беззащитной старушке, и было в этом своего рода утешение.

Нажав «отправить», Сэкстон повернулся кругом и поднял жалюзи, чтобы взглянуть на зимний ландшафт. Все было покрыто толстым слоем снега, ведь судя по прогнозным сводкам с человеческих новостных порталов, день выдался холодным. В сиянии особняков зимний пейзаж светился голубым светом.

Одиночество подобно зиме, подумал он. Холодное и вездесущее, заставляющее тебя уходить внутрь от жестокости окружающей реальности.

Он когда-нибудь в жизни почувствует тепло?

***

В трех кварталах, в особняке аналогичного размера и красоты, только в тюдоровском, а не федеральном стиле, Пэйтон вышел из душа и потянулся за полотенцем, украшенным принтом с монограммами. Пока он вытирался, воздух в ванной был таким густым от пара, словно он попал в пелену тумана над морем, зеркала покрылись слоем влаги, в каждом вдохе, казалось, кислорода было столько же, сколько и воды, а кожу пощипывало от жара.

Пэйтон только вернулся домой из учебного центра, автобус высадил их возле магазина в парах миль от дома, и у него в распоряжении был час перед тем, как отправиться на поле боя в центре города. Он умирал с голоду, с похмелья, был выжат как лимон… и душ нисколько не помог.

И была еще другая проблема.

— Черт подери.

Несколькими рывками он свернул мокрое полотенце и со всей дури зашвырнул через мраморную ванную комнату. А потом просто стоял там, с голой задницей, упершись ногами в теплый пол, а руками в бедра — чтобы не разнести помещение в щепки.

То… что бы это ни было… в комнате физио с Ново, оно не покидало его. Каждый раз, закрывая глаза, он видел ее лежащей на массажном столе, с закрытыми глазами, лицо безэмоциональное, как у гребаного трупа. И визуальные образы — не самое худшее. Ее циничный, жесткий голос бился в его голове, насмехаясь над ним, провоцируя, заставляя чувствовать себя идиотом.

Оставив ее, он отправился в комнату отдыха, добил остатки водки и потом окопался через три двери, в свободной палате. В течение дня приглушенные крики того ненормального мужика соперничали с ночными кошмарами, в которых голый Пэйтон оказался среди роя жалящих ос. Он постоянно просыпался, и еще вопрос, какая из причин его пробуждения была хуже.

Когда на улице, наконец, достаточно стемнело для отправки автобуса, он устроился на передних сидениях… потому что Ново всегда уходила на галерку. И во время всей поездки в город он четко ощущал ее присутствие, словно ее тело было маяком. Но она не произнесла ни единого слова.

Хорошие новости? Он был столь озадачен, что и думать забыл про бардак с Пэрадайз.

И вот он здесь, пытается навести в голове порядок, чтобы не самоубиться, когда выйдет против врага…

Раздался аккуратный стук в дверь, от чего он сразу понял, кто это. Охренеть как кстати.

— Да, — рявкнул он.

Доджен по ту сторону двери заговорил в своей надменной мелодичной манере:

— Мой господин, прошу меня простить, но ваш отец желает поговорить перед вашим уходом.

Ну, во-первых, дворецкий вообще ни за что не извиняется, и, во-вторых, это прямой приказ. Никаких «желает».

Положив руки на раковину, Пэйтон оперся на них.

— Он сказал, зачем? — выдавил он. — У меня мало времени.

Это была правда, но суть не в этом. Лишь одно раскурочит ему мозги еще хлеще: царский призыв от Папочки, тема разговора — алко- либо наркозависимость Пэйтона. Подобные представления по королевскому указу происходили на регулярной основе последние несколько лет, и всегда проходили ну оооооооочень мииииииило.

И, да ладно. Он начал исправляться после вступления в учебную программу. Ну, по крайней мере, так было до убийства его кузины Эллисон. С тех пор он вернулся к старым привычкам, но кто посмеет бросить в него камень? Именно он отправился в ее квартиру и обнаружил кровавые пятна. И да, конечно, пофиг, тот факт, что из него с потом выходила вчерашняя водка, не сулил ничего хорошего, если он надеялся отмазаться от темы пристрастий… или, по крайней мере, не мог считать это хоть сколько-нибудь убедительным контраргументом.