Чтение онлайн

 Глаза командующего обратились на север, на безбрежную пустыню Мара. Иногда он чувствовал, что его влечёт туда, влечёт к чему то большему, например, к потрясающей добыче в виде богатого города Эдинополис, лежащего неподалёку. Эдинополис, несмотря на свою близость к пустыне, граничил с океаном. Несколько раз завоеватели пытались пополнить свои сундуки богатствами города, но каждый раз набег оборачивался полным разгромом. Эдинополис был не только хорошо укреплён, его, по видимому, защищала техномагия. В сущности, Асклизиус полагал, что техномагия эта не что иное, как прямое колдовство. Нечто присматривало за городом.

 И это «нечто» сейчас как никогда мучило командира. Каким то образом оно связано с его стремлением завладеть и полностью присвоить себе наследство Еранаса. Мысли Асклизиуса сами собой то и дело возвращались к этому.

 — Скоро, — прошептал он самому себе. — Скоро… И что ты станешь делать с этим наследством? — внезапно зазвенело в голове. — Подражать Еранасу, копировать его? Повторять не только его победы, но и ошибки?

 — Нет…

 Он так не поступит. Несмотря на силу и власть Полководца, несмотря на его войско извергов, у Еранаса был один недостаток, простить который командующий не может. Еранас не был профессиональным воином. Мифический Кровавый Полководец, притча во язытцах, в первую очередь был колдуном. Магов, конечно, можно использовать, особенно Лилит, но они слишком непостоянны и слишком многое пытаются решить с помощью своего искусства. Истинный командир всегда будет внимателен к происходящему на поле боя, ко всем предсказуемым и внезапным поворотам сражения. Именно это частично и было причиной того, почему Асклизиус не мог достичь настоящего умения и развить собственные колдовские способности; его истинной страстью оставалась военная карьера.

 -Но с доспехами и магией Еранаса ты сможешь стать могущественнее, чем он. Будешь отличным сплавом солдата и волшебника! Ты станешь больше, чем Еранас, ты затмишь его…

 — Да а а а… да а а а…

 Командующему рисовался его образ, навсегда запечатлённый в сердцах и умах тех, кому предстоит жить в будущем. Командующий Асклизиус, правитель мира.

 И даже демоны склонятся перед тобой и назовут повелителем.

 Демоны. Да, вместе с доспехами наверняка придёт и способность вызывать демонов. Все сны, явившиеся ему с той поры, как он впервые надел шлем, указывали на это. Воссоединить шлем с доспехом — и магическая броня даст ему могущество.

 Доспех… Он нахмурился. Ему нужен доспех!

 И дурак, надевший их.

 Асклизиус отыщет наглеца, этого безмозглого мерзавца, и сдерёт с него доспехи кусок за куском. А потом удостоит кретина чести стать первым, умершим от рук нового Кровавого Полководца.

 Да, командующий сделает смерть жалкого идиота запоминающейся!

 Асклизиус шёл, мечтая о грядущей славе, мечтая о том, что сделает с тёмными силами, обладателем которых скоро станет. Но, шагая и мечтая, он продолжал дотошно осматривать лагерь, ибо хороший командир всегда наблюдает, чтобы быть уверенным, что среди его войск не распространились небрежность и неопрятность. Завоёванные империи рушились из за того, что упускались подобные мелочи.

 И всё же, отмечая, с каким тщанием преданные ему воины исполняют свои обязанности, Асклизиус упустил из виду тень, не повинующуюся дрожанию трепетных факелов. И ещё он не заметил, что эта самостоятельная тень неотступно следует за ним, нашёптывая военачальнику то, что он считал собственными мыслями, собственными вопросами. Собственными мечтами.

 Тень баатезу свернула к шатру Лилит, более чем удовлетворённая сегодняшней ночной работой. Эта женщина обладает кое какими интересными возможностями, которыми можно воспользоваться. Призрачному существу давным давно открылось, что доспехи Еранаса никогда не примут ни сущности демона, ни сущности изверга как своего хозяина, поскольку, хоть Полководец и пришёл к вере в дороги Ада, он также пронёс по всей своей жизни полное недоверие к кому либо, кроме себя. Нет, если дух Еранаса остался хотя бы в части древних лат, он потребует более восприимчивой, поддающейся управлению сущности человека, пусть его тело и непрочно, и недолговечно.

 Командир жаждет играть Полководца. Это отлично подходило баатезу. У ведьмы свои цели, но стоит отыскать преемника Кровавого Еранаса — и властелин баатезу, Белиал, вознаградит своего покорного слугу за такую находку. Не то чтобы война в Девяти Адах была несправедливой, но тревожные слухи проникли даже в мир людей — козлоногий архидьявол Диспатер совершил побег из своей тюрьмы. Если так, то он будет искать способ освободить своих братьев Ваала и Мефисто, а потом они постараются вернуть свои троны, отобрав их у Асмодея и Белиала. И эта троица не станет цацкаться с извергами, столь преданно служившими их мятежным повелителям.

 — Чем это ты занимался?

 Тень замерла, едва скользнув в жилище колдуньи.

 — У этого слишком много работы, и этот не может вечно бежать, когда ты поманишь или позовёшь, человечек Лилит…— Он издал треск, который мог бы произвести Песчаный Человек, сокрушающий добычу жвалами. — Кроме того, ты спала…

 — Не так уж глубоко, чтобы не почувствовать в воздухе твою магию. Ты же обещал, что не будешь разбрасывать тут заклинания. Асклизиус кое что умеет; он мог заметить и заподозрить, что это я!

 — Здесь нет опасности

 — Я спрашиваю вновь, изверг! Что ты делал?

 — Немного изучил шлем, — солгал Баатезу, перемещаясь в другую половину палатки. — Искал нашего дурня, не сознающего, что носит…

 Гнев женщины сменился интересом:

 — И ты определил, где он? Если бы я могла рассказать Асклизиусу больше…

 Гелугон хихикнул, звук резанул по ушам, как гудение разъярённой пчелы, угодивший в кувшин.

 — Как, разве мы не договорились, что доспехи никогда не станут его?

 — Идиот, шлем все ещё у него, и пока мы ищем латы, Асклизиус нужен нам!

 — Правда, — задумался баатезу. — Эти узы засели глубоко… этот сказал бы — это кровные узы.

 Подбородок женщины вздёрнулся, когда она откинула волосы назад — признак того, что ведьма рассердилась всерьёз, Баатезу давно понял это.

 — И что же это означает?

 Тень не колыхнулась.

 — Этот просто хотел пошутить, колдунья. Просто пошутить. Мы говорили о вещах, касающихся Еранаса, не так ли?

 — Изверг с чувством юмора. — Лилит не выглядела развеселившейся. — Прекрасно, оставляю тебе шутки, а ты оставь мне Асклизиуса.

 — Этот не собирается занять твоё место в генеральской постели…

 Волшебница одарила тень испепеляющим взглядом и покинула шатёр. Баатезу знал, что она отправилась на поиски Асклизиуса, чтобы упрочить своё влияние на него. Гелугон уважал её способности в этом смысле, хотя и был уверен, что в схватке между Лилит и им самим ведьма, несомненно, проиграет. В конце концов, она всего лишь смертная, а не одна из ангелов. Будь она таковой, Баатезу беспокоился бы больше. Ангелы коварны, они действуют исподтишка, устраивая всякие каверзы, вместо того чтобы встретиться с неприятелем лицом к лицу.

 Тень изверга попятилась, прячась в самом тёмном углу. Никакие ангелы не проникают так далеко, но Баатезу намерен был оставаться начеку. Если покажется хоть один, он поприветствует его когтями и медленно распотрошит, обрывая конечности по одной, наслаждаясь сладкозвучной песней его воплей.

 — Идите ко мне, если осмелитесь, ангелы, — прошептал он тьме. — Этот встретит вас распростёртыми объятиями… а также зубами и когтями!

 Скудный огонёк единственной масляной лампы внезапно вспыхнул, на краткий миг озарив палатку Лилит, сделав её куда светлее, чем обычно. Непривыкшая к такому тень зашипела и скорчилась. Гигантский силуэт сине-голубого насекомого на мгновение стал ясно виден и тут же расплылся вновь — пламя потускнело.