Чтение онлайн

– И я выйду за него замуж. Зачем тогда ты будешь ему помогать?

Борис, казалось, не слышал ее, внимательно глядя на дорогу.

– Все, я поняла. Ты хочешь взять с меня слово. Если вытащишь Семена, я должна буду выйти замуж за тебя.

– Не надо никакого слова.

– Тогда что?

– Всего лишь условие. Ты должна будешь помогать мне. Милицию я беру на себя, а по адресам будем ходить вместе.

– По каким адресам?

– Свидетели, Катя, свидетели. Если кто-то кого-то там добивал, то этого кого-то должны были видеть.

– А если не видели?

– Если не видели, то сидеть твоему… то сидеть Семену и сидеть. И тут моей вины не будет.

– А кто-то тебя в чем-то винит?

– Никто. Но это пока. Все начнется, когда ты выйдешь за меня замуж. А ты выйдешь за меня, можешь в этом не сомневаться.

– Ну, ты и… – Катя осеклась.

Борис, конечно, нахал, но это его право – надеяться на лучшее. Как она может отказать ему в этом праве? И вообще он очень хороший. И ей не хотелось его обижать.

Походка расслабленная, а шаг твердый, уверенный. На губах добродушная улыбка, но взгляд жесткий, цепкий. И парень сам по себе рослый, плотный, и движения у него как у хорошо тренированного человека. Вряд ли он обычный мент, скорее всего опер.

Но для опера этот парень был слишком хорошо одет. Куртка у него неброская, но дорогая, наверняка брендовая. И джинсы с виду самые обычные, но наметанный взгляд может разглядеть в них прошлогоднюю коллекцию от Армани. И в ботинках угадывался стиль…

Парень шел прямо на Бориса. Вот он достал из кармана ключи от машины, нажал на кнопку, и с легким писком разблокировались замки стоящего рядом «Гранд Чероки». Машина не самая новая, но дорогая, с мощным бензиновым двигателем… Нет, этот парень не может быть опером.

Борис потерял к нему интерес, но сам попал под прицел цепких глаз. Парень подошел к нему и спросил:

– Вы что-то хотели?

А взгляд у него ментовской, иначе бы он и не заметил проявленный к нему интерес.

– Да вот смотрю на вас и не могу понять, опер вы или просто посетитель, – кивнул Борис на здание ГУВД.

– А если опер?

– Ну, есть один вопрос.

– По поводу? – Парень улыбался, но смотрел жестко, напористо. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.

– Если вы не работаете здесь, то и говорить не о чем.

Парень кивнул, достал из куртки удостоверение и развернул его:

– Старший лейтенант Кустарев, оперуполномоченный уголовного розыска.

– Григорий Александрович, – успел прочитать Борис.

– Я вас слушаю. – Старлей свел руки за спину и чуть покачнулся на слегка разведенных ногах.

– Меня интересует гражданин Вербинский.

– А по какому вопросу? – Взгляд Кустарева стал еще жестче, улыбка с лица исчезла.

– По личному. Я представляю девушку Вербинского. Ее зовут Катя, фамилия Лемешева.

– Допустим.

– Катя считает, что Вербинский не виноват. И сам он говорит, что не убивал человека, в убийстве которого его обвиняют… В общем, мужчину мог кто-то другой добить.

– Да, и этот другой сидел в машине с женщиной, – усмехнулся старлей. – После того как Вербинский с подельником ушли, он вышел из машины и добил потерпевшего.

Борис растерялся. Он был уверен, что Семен убил человека, но ему хотелось провести по его следу Катю. Она должна была побывать на месте преступления, поговорить с женой покойного, увидеть его детей, прочувствовать всю глубину горя, которую принес в эту семью Вербинский, и понять, в какое чудовище влюбилась. Понять и отказаться от него… И вдруг выясняется, что Вербинский не убийца. Это удар ниже пояса…

– Да нет, это всего лишь домыслы. Угадай чьи? – усмехнулся старлей.

– Вербинского? – облегченно вздохнул Борис.

– Ужом вьется. Только у нас сковородка с высокими бортами, не выскочишь. Хочешь попробовать? – вкрадчиво глядя ему в глаза, спросил Кустарев.

– Я?! – встрепенулся Борис.

– Если ты от Лукомора, мой тебе совет: беги отсюда, пока цел.

– От какого Лукомора?

– А ты не знаешь?

– Боюсь, что я не из этой сказки.

– А из какой?

– Из Москвы я.

– Сами мы не местные? А вот Катя местная.

– Она у меня работает. Я заместитель директора мебельной фабрики, у нас салон при фабрике, там она работает.

– Заместитель директора? – Если Кустарев и поверил ему, то не очень.

– Вот! – Сначала Борис вручил ему визитку, затем показал водительские права.

– Мебельная фабрика «Рубикон»… Серьезное предприятие, – рассматривая права, кивнул опер.

– Да, представительства практически во всех регионах страны.

– Двадцать четыре года, и уже замдиректора.

– Отцовская фабрика.

– Знакомая ситуация… Значит, Вербинского вытащить хочешь?

– Ну а вдруг он не виноват?

– Странно все как-то… – Кустарев смотрел куда-то в сторону, но Борис буквально чувствовал его взгляд на себе. – Катя работает на тебя, а ты ее представляешь… Личный вопрос, говоришь?

– Я говорю?

– А разве нет? – удивленно вскинул брови старлей.

– Ну да, ну да, – вспомнил Борис. – Личный вопрос, было такое.

– Личный вопрос хочет вернуть Вербинского? А тебе это нужно?

– Катя не верит, что Вербинский убивал. Я хочу, чтобы она поверила.

– Теперь понятно, – кивнул Кустарев. – Где Катя?

– В машине, – показал Борис в сторону контрольно-пропускного пункта, за которым стоял его «Лексус».

– Даже не знаю, что сказать… Я работал по этому делу, опрашивал жильцов дома, возле которого… э-э… отличился Вербинский. Не скажу, что опросил всех, далеко не всех, – задумчиво проговорил старлей.

– Почему?

– А потому, что нашелся свидетель, который видел Вербинского. Он его уже опознал. Работу, разумеется, свернули… А может, кто-то и видел человека, который добил потерпевшего…