Чтение онлайн

Максим нажал на кнопку электропривода, опустил боковое стекло и достал из кармана пачку сигарет.

– Не бережете вы свое здоровье, товарищ майор, – не поворачивая к нему головы, заметил Никиткин.

Не внушительной он внешности, прямо говоря, но его внутренняя сила передавалась через голос – густой, объемный, с легкостью заполняющий пространство без всякого напора. И взгляд у Фраера тяжелый, гнетущий, говорящий о внутренней силе. Не зря Никиткин держался с Лукомором на равных…

– Настоящий опер должен гореть на службе, – пошутил Максим.

– Ну да, если опер начинает заботиться о своем здоровье, значит, ему пора на пенсию, – скупо улыбнулся Никиткин.

– Рано мне на пенсию, дел еще много.

– Например?

– Да есть у нас люди, которые себя над законом ставят.

– Такие люди были, есть и всегда будут. Закон природы – кто сильней, тот и прав.

– Тот и прав, – кивнул Максим. – Кто сильней закона. Но не всем это по зубам.

– Закон что дышло…

– Вы хотите об этом поговорить?

– Нет, у меня к вам конкретный разговор. Я слышал, вы работаете по убийству Нефелина.

– Мы закончили, дальше – следователь.

– На заказчика вышли?

– Не буду этого отрицать…

– Крупную рыбу взяли. Но не главную.

– Вы что-то хотели мне сказать, – напомнил Максим, глянув на часы. Нет у него времени на пустопорожние разговоры.

– Нефелина заказал господин Елецкий, – с каменным лицом произнес Никиткин.

– У вас есть доказательства?

Максим уже общался с Лукомором на эту тему, для чего не постеснялся вломиться к нему в дом среди ночи. Не нашел он признаков, что вор знал о Нефелине, но и о ночном визите не жалел. Профилактика правонарушений – святая обязанность начальника уголовного розыска. Это применимо и к Фраеру…

– А если есть?

– Тогда Елецкий сядет.

– Нужно найти доказательства.

– Пустой разговор, – покачал головой Максим.

– Пустой бывает машина. В базовой комплектации. А если это еще старая «девятка»… Вы могли бы ездить на «БМВ» или «ХS». Как вам такой вариант?

– И машина бывает пустой, и разговор… Если вам нечего мне предложить, вынужден извиниться. – Максим взялся за ручку двери и вышел из машины, чувствуя на себе удивленный взгляд.

Похоже, Никиткин всерьез возомнил себя крутым гангстером современной эпохи. Влез в криминальный мир Бочарова, расширил свой бизнес за счет городского бюджета, раздулся сам, потеснив самого Лукомора. Срастил свои капиталы с административным ресурсом, поднялся на этом и дальше идет. О том, что городской глава – его человек, известно давно. Но, похоже, он поставил в зависимость от себя и начальника ГУВД. Были у Максима подозрения насчет полковника Санькова, хотя вслух он их ни перед кем не озвучивал.

Но если Фраер смог купить полковника Санькова, это не значит, что и майор Одинцов ему по карману. И по зубам. Так что пусть гуляет…

Максим сел в свою раздолбанную «девятку», дождался, когда к нему присоединится Ожогин, и спокойно отправился в управление.

– Чего Никиткин хотел? – спросил Юра.

– На вшивость нас проверить.

– В смысле?

– А в смысле, что машина могла завшиветь, – легонько хлопнул по рулю Максим. – «Жучка» подсадить могли. Или «маячка»…

Он не стал рассказывать Ожогину, о чем говорил с Фраером. Юра парень не болтливый, но вдруг сорвется с языка? Никто из посторонних не должен узнать, что Никиткин замахнулся на Лукомора. Криминальная война – это крайность, которую Одинцов, как начальник уголовного розыска, не должен был допустить. Собирай потом трупы по городу, да и по репутации будет нанесен удар. Еще и самому можно в переплет попасть, а пуля она, как известно, дура…

Не успел он зайти в свой кабинет, как появился Кустарев. Взгляд серьезный, важный, но при этом ему приходилось делать над собой усилие, чтобы сдержать ликующую улыбку. Верный признак, что в зубах у него сахарная кость…

– Что-то нарыл? – спросил Максим, включая чайник.

– Типа того. По делу Нефелина.

Максим выразительно повел бровью. Интересно, кто ставил ему задачу работать по этому делу? Что, если Никиткин уполномочил? На деньги Кустарев не поведется, тут без сомнений. Но у него есть отец, у которого своя строительная фирма. И у Фраера очень серьезные интересы в этой сфере. Может, у них с Александром Германовичем вась-вась? А может, напротив, конфликт интересов, который можно было сгладить за счет Кустарева-младшего… Чего только в жизни не бывает.

– Мужика нашел. Не поверите: он по соседству с Кацуровым живет…

– И что тут удивительного? – не понял Максим.

– Ну, Кацуров домой возвращался, а Лазарев, наоборот, уезжал. Вчера только из командировки вернулся. Он, когда со двора выезжал, обратил внимание на двоих мужчин. Один другому помогал подниматься. Он думал, что это пьяные какие-то. Тот, который поднялся, снова упал. То ли сам упал, то ли его ударили…

– Кто ударил?

– Тот, кто поднимал.

– В какое время это было?

– Ну, где-то в половине одиннадцатого. По времени в принципе сходится. И место то же самое.

– Лазарев? – уточнил Одинцов.

– Лазарев, – кивнул Кустарев.

– Он видел, как один мужчина ударил другого?

– Он не может сказать точно. Темно было, да и машина ехала. Но, кажется, какое-то резкое движение было…

– Может, Вербинский вернулся, чтобы Нефелина добить? Или Фомин…

– Зачем? Не было у них задачи добивать. Да и не принял бы Нефелин от него помощь…

– А он принял помощь?

– Ну, во всяком случае, не сопротивлялся. А он карате занимался. Спортивный мужик. И Вербинский говорит, что схлопотал от него.

– Говорит, – кивнул Максим.

– И еще он говорит, что Нефелина добить могли.

– Глаза у него были открыты. Ты помнишь его глаза? – Максим смотрел на Гришу, а обращался к самому себе.

– Так в том-то и дело. Он с открытыми глазами умер. Практически мгновенно. А Вербинского и Фомина уродами назвал. И тот это подтверждает, и другой… Они, конечно, могли договориться…

– Меня смущает не только это, – покачал головой Одинцов. – Есть еще один момент. Может, это показалось только мне. Удивление у него в глазах было. Так бывает, когда убивает свой в доску человек…

– Ну, врать не буду, – вздохнул Кустарев. – Мне так не показалось…

– А мне показалось. Может, всего лишь показалось… Ты вот говоришь, Нефелин помощь принял. А я скажу, что он мог принять помощь от знакомого. Поднялся и получил коварный удар в горло… Не от Вербинского получил и не от Фомина… Сам понимаешь, это только предположение.

– Ваше предположение, Максим Львович, – кивнул Гриша. – Ваше предположение, которое усиливает мою версию… Прав был Вербинский: кто-то добил Нефелина…

– И что нам теперь делать? Искать эту «черную кошку»?

– Ну, не знаю…

– А зачем ты Лазарева нашел? Кому это нужно? Тебе?

– Ну, и мне тоже. – Кустарев не стушевался под пытливым взглядом.

– А еще кому?

– Кате Лемешевой.

– Что-то я не совсем понимаю.

– Да тут ситуация, – усмехнулся Кустарев. – Из серии «нарочно не придумаешь». Лемешева любит Вербинского, а ее саму любит другой парень. Катя считает, что Вербинский не виноват, а отвергнутый Ромео хочет убедить ее в обратном. Он ко мне обратился, чтобы я ему в этом помог… Ну, я и помог, нашел свидетеля, на которого Вербинский теперь должен молиться. Весело будет, если он окажется невиновным. Ромео будет весело… А парень в принципе неплохой. Положительный и при деньгах. Такой в историю не впутается. А Вербинский впутался. И еще впутается… ну, если выйдет сухим из воды… Кате лучше с Ромео, чем с этим… Но если Вербинский не убивал, то Катя будет с ним… А он, возможно, не убивал…