Чтение онлайн

– Раз уж я во всем этом увяз, – Изар сверкнул глазами, – мне должно быть весело.

В редкие моменты отрывистых пробуждений, когда тягучее беспокойное забвение, которое сложно назвать сном, выпускало из цепкого омута самоистязающий ум, Кара не шевелилась. На краткий миг приоткрывала глаза – удостовериться в реальности произошедшего, и вновь закрывала их в надежде, что в следующий раз не проснется. Боль вытеснила все, оставив лишь горечь безысходности. Проще находиться в беспамятстве, прячась от разрушающих эмоций в пучинах кошмаров. Жалость к себе претила, но девушка не могла сопротивляться этой слабости.

Она хотела исчезнуть. Прекратить дышать. Чувствовать. Ведь так просто это устроить. Так легко прийти к такому исходу. Осознание, что она существует, невыносимо тяготило. То, каким являлось ее прошлое и настоящее все это время, то, кем она себя считала – сплошная ложь. Фикция.

Я – убийца.

За свершенное преступление ее жизнь пустили по фальшивому сценарию. Но даже этого, по мнению Кары, было много. Она не заслужила столь щедрого дара от своего похитителя. Как и смерти от собственной руки, как бы ей ни хотелось это сделать. Жаль, что Ноэль помешал Молли осуществить задуманное. Жаль, что директор не расправился с ней, пока располагал такой возможностью. Теперь Кара вынуждена смиряться с мыслью, что они не могут успокоить свои раны местью. Нет. Она не имеет права на самосуд. Слишком легко прервать собственную жизнь, когда ты виновен в страшном деянии.

Кара будто срослась с мягкими шелковистыми простынями и вязким полумраком, что создавали тяжелые складки темных узорчатых штор, не меняя позу и не двигаясь. Сколько она уже так лежала – не могла с точностью определить. Да ее это, в общем-то, и не волновало. Возможно, жажда иссушит тело раньше, чем его разрушит безразличие к собственной судьбе.

Все это время Лэй смотрел ей в глаза и видел перед собой палача своей невесты. Человека, выжегшего его сердце. Отправившего его любовь на тот свет. Оставившего его одного.

Почему он передумал?

Моменты проявления директором участия и доброго к ней отношения, заставляли девушку ненавидеть себя еще больше. Еще неистовей. Она всего этого не заслуживала. Говорить с ним, прикасаться к нему, жить в его доме. Зато заслужила грубость, которая редко, но все же в нем прорывалась. Жестокость и нежность, одновременно существующие в его душе, разрывали сердце на части. Почему? Почему он проявлял теплоту и был снисходителен, в то время как следовало, как и сказала Молли, стереть ее с лица земли. Почему целовал, в то время как должен был казнить? Разве он мог увлечься той, что отняла у него самое дорогое? Подобная мысль не укладывалась в голове. Он не мог. Это невозможно.

Время от времени Вилейн приходила в спальню дочери, тихонько садилась на край широкой кровати, меняла ей повязку на ладони и лаково гладила по волосам. Словно сквозь вязкий кисель Кара слышала, как мать зовет ее по имени, пытается разговорить, шепчет слова утешения, но никак не реагировала. Девушка безмолвствовала, будто превратилась в безвольную тряпичную куклу. Ей казалось, если произнесет хотя бы слово – свершит еще одно преступление. Потревожит мир своей недостойной грешной персоной.

Случайный человек, увязший в паутине чужих тайн, погиб по ее вине. Да, она виновна и в смерти Танана. Невольный участник интриг, сгубленный планом чужого отмщения, поплатился за связь с ней.

Кто она? Какой была? Ни единого воспоминания о себе прежней не сохранилось. Кроме рек крови. Полнейшая пустота внутри. Жуткая, затаившаяся, выжидающая. Что за страшная сила когда-то ее наполняла?

Вилейн зашла в гостиную и вздрогнула от устремившегося на нее ледяного взгляда правителя. Изар расположился на ее любимом бархатном диване, закинув обутые ноги на сиденье, облокотившись о подлокотник и подперев лицо кулаком. Немигающие темные глаза пригвоздили женщину к месту, вопрошая.

Глава клана Сагири с невозмутимым видом рылась на полках стеллажа, откладывая в сторону заинтересовавшие ее книги.

Вилейн перевела взгляд с девушки на юношу и низко поклонилась.

– Доброго дня, господин, – голос ее звучал мягко и излишне раболепно.

Она опасалась, ожидая от его присутствия в своем доме чего угодно.

Нервозно поправив идеальную прическу, глава клана Вельфор устремилась к бару, принявшись неторопливо перебирать коллекционные вина. С совершенно спокойным видом, на какой только была способна, женщина сосредоточенно гремела бутылками, выбирая подходящую выпивку.

– Желаете что-нибудь, мой лорд? – учтиво произнесла она, стараясь не глядеть на юношу, зорко следящего за каждым ее движением.

– Пить – вредно.

От глубины его недовольного голоса женщина на мгновение замерла.

– Прошу прощения. Не подумала о том, что вам необходимо беречь свое здоровье. А я, с вашего позволения… – чуть улыбнувшись, Вилейн поставила хрустальный с золотой росписью бокал на высокий круглый столик рядом с баром и откупорила одну из бутылок.

– А я разве позволял? – поинтересовался он.

Женщина замерла с опрокинутой над бокалом бутылкой. Ее струящееся алое платье и рубиновый гребень в волосах гармонировали с кроваво-красной этикеткой.

– Твоя дочь в раздрае, а ты развлекаться собралась? – юноша уничижительно прищурился.

Вилейн сглотнула.

– Это лишь для того, чтобы успокоиться, господин.

Прикрыв веки, Изар терпеливо вздохнул.

Женщина поспешно отставила бутылку в сторону и отошла от стола.

– Успокоишься ты, когда я буду доволен. А пока что мне хочется раскрошить стены этого вычурного «дворца» до самого основания. Вместе с твоими костями.

От глухого хлопка упавшей на полке книги, Вилейн чуть не подпрыгнула.

Изар кинул на Нилен мимолетный взгляд. Девушка торопливо подняла зеленый увесистый том с графичным деревом на обложке, бережно прислоняя его обратно к собратьям. Специально или случайно она разрядила обстановку – не суть важно, однако это и правда сняло чрезмерное напряжение и позволило лорду слегка расслабиться.

– Итак, – сказал он. – Есть прогресс? Докладывай.

– Мой лорд, – осторожна начала Вилейн, – на восстановление после таких известий необходимо время.

– То есть, все по-прежнему.

Недовольство, проскользнувшее в его словах, мурашками пробежалось по спине женщины.

– Я прошу дать мне еще немного времени. Каранель должна примириться с собой.

– Время сейчас может только навредить. Кто знает, что за мысли ее посещают, – Изар не спускал глаз с главы клана Вельфор, отчего она не знала, куда себя деть. Но ни сесть, ни облокотиться на стол, ни пригубить вино – не смела.

– У тебя есть книги, – с охапкой разноцветных томов, прижатых к груди, Нилен повернулась к хозяйке дома, – Орнела Дарси?