Чтение онлайн

— Да, очень верное сравнение.

Почему нас не рвут на куски? Где все съеденные, ну, не считая тех, кто прячется во тьме. Как никак, но всё же мы с Шоном излучаем немного света, не знаю причины этому. Но я решил переложить всё на Листочка которого достал из кармана. Тварь что-то недовольно пробурчала.

— Увеличивайся насколько это возможно, съешь тут всё, — приказываю я с надеждой на исполнение.

— Неееет… Сил неет… — вяло отвечает Скат.

— Шон, мне кажется, что сейчас тебе и мне придётся разминаться. Сейчас будет мясорубка.

***

— Что за звуки? Амадео, ты слышал? — спросил падший другого падшего. Они были разумными, и выживали как могли в чреве Змея.

— Кажется крики. Погоди… Зловещий безумный смех… Неужели сюда занесло и жреца безумия? Что по ауре? Сайл?

— Ты ошибся, брат. Это не жрец… ЭТО АВАТАР! А С НИМ И ЖРЕЦ УЖАСА!

— Быть того не может. Самого Шона? Ещё и Аватар? Так тише… Я слышу… Слышу… Они приближаются, и рвут всех остальных голыми руками. Так голос Шонарда:

— Давно я так не пачкался. Абразина, если их будет и дальше столько появляться, то твоя сила не выдержит страха, тебе стоит увеличить свой напор.

— Кусачие твари. Что ещё тебе порвало, кроме руки?

— Кажется, щеку. А ты весь порван. Прекращай драться голыми руками и кусать их, они тебе не игрушки.

— Шон, нам встретились всего трое, и если бы не я, ты бы был порван весь.

— Это всё твоё отчаяние. Впереди ничего не видно, тц. Драться вслепую неудобно.

— Амадео? Они далеко?

— В пяти километрах от нас.

— Успеем спрятаться?

— Да, — начали они собирать все свои пожитки и спешно бежать в убежище. — Второй парень, с ним что-то не так. Он смертный… Смертным здесь не место.

— А разве Шон… — его перебили.

— Шон бессмертен. После освобождения узников его ждут чертоги его бога. Не упиваясь он слезами перводракона… А вот его напарник… Его разорвут на части, на нём печать Крови, Отчаяния, Тьмы… Безумия… И даже… Иссушения. О, нет. Это запах твари иссушения, хммм… Ну надо же, королевская гончая. Эта тварь способна съесть эту планету и не подавится. Интересно. Друг мой, брат мой. Сегодня нас ждёт свобода.

***

С точки зрения Онита:

— Ну надо же. Прихлопнул двух… Задействовав при этом малую часть силы отчаяния… Тогда количество повышается до пятидесяти. Удачи, Тони! — передал я эти мысли я своей второй части. Ох, сколько негодования слышу я.

Сейчас я сижу н голове энта, который и не подозревает об этом. Сижу, и смотрю на Уробороса, что съел их. Большая Змеюка пытается сейчас съесть себя. Безуспешно. Жду Тони… Или может разбудить чёрного пса? Нет, не стоит. Отрываю от себя кисть, она чернеет. Кидаю её далеко. Кисть упала на землю, ожила. Указательный и средние пальцы стали спереди, большой и мизинец сзади. Средний смотрит вверх. Ожившая кисть стала перебирать и оглядываться, заметила меня. Бежит ко мне. Средний палец превращается в чёрную лошадиную голову из которой исходит дым, подобная метаморфоза перешла и на остальную часть кисти. Указательный и безымянный, что были передними, стали копытами. Задние тоже. Кисть стала большой чёрной лошадью, что неслась с невероятной скоростью ко мне. Перемещаюсь к ней на место где должно быть седло… Неудобно, чуть не упал. Скачу прямо в пасть Змею. Пора разобраться со всем личным и не только. Успешно запрыгиваю. Теперь он отравлен тьмой. Темно тут, но благо что я прекрасно ориентируюсь во тьме. Пф. Я же её аватар. Ух ты, надо же. Ещё пятерых? Силён… С силой отчаяния. А раньше бы их порвал в пыль. Нет, сила его настоящая к нему возвращается, и это радует, но я хотел не такие тепличные условия. Я представлял его одного на поле против целого войска, а в его глазах играет азартный огонёк. Наверное, если бы не новость о Роберто, он бы и дальше хотел пускать свою жизнь на нытьё. Кстати, моя кисть отросла заново. Я не безрукий псих.

***

Должен признаться, драться вслепую тяжко, особенно когда с каждым разом от тебя всё больше и больше рвётся лоскутов плоти. И это меня очень злит. Услышав звук приближающейся острой лапы, ставлю блок, но кожу это не спасло, хватаю эту лапу и тяну на себя. Виден чёрный силуэт, трепыхается рычит, я ему отвечаю. Взглядом нахожу шею, и делаю то что у меня получается лучше всего. Ещё одна тварь сдохла. Шон прикрывает меня от стрелы, откуда здесь стрела? И как он её увидел? Надоело стоять, поэтому просто бегу вперёд, и начинаю разгонятся. Шон мне кричит вслед про то что я его опять бросаю. О дааа. Вот, вижу контуры толпы. Отбиваю удар сбоку, ударяю лбом о нос. Что было силы вцепляюсь пальцами руки в живот тёмной фигуры. И начинаю рвать все внутренности, не обращая внимания на то что мою спину кто-то оседлал, а шею душат. Ударяю затылком, точно разбиваю нос. Резко разворачиваюсь. Придавливаю тварь к полу… Локтем бью в кадык, силуэт хватается за горло. Я быстро встаю и со всей силы опускаю стопу на горло твари. Булькая кровью, та теряет признаки жизни. На меня надвигается двоица, из той твари у которой разорван живот, пускаю руку туда. Нащупываю рёбра, прикладываю усилия и ломаю их. Но ударом ноги меня отправляют в полёт. Пошатываясь встаю, они бегу прямо на меня. Перехватываю выломанные рёбра нижним хватом, и бегу на них. Главное попасть каждому в глаз. О дерьмо! Они разделились. Каждый заходит с бока. Кстати, а почему я вижу так далеко?

"Если не я, ты бы уже погиб, глупец. Не отвлекайся, " — пробубнил отчаяние.

Быстро ложусь на пол, и кидаю импровизированные ножи в стороны. Они недостаточно тяжёлые… Подошедшему ближе, делаю подножку, тот падает. Подбираюсь к нему перекатом, еле уклонившись от удара второго. Встаю и быстро падаю всё ещё лежащему первому на горло своим коленом. Но получаю удар ногой по голове. Отлетаю на пол метра. Очень-очень больно! Гнев берёт вверх, я не понимаю, что делаю. Встаю, достаю из кармана кристалл что достался от бога мертвецов, бросаю им во второго, что нёсся на меня. Камень попадает ему прямо в сердце, происходит реакция. Того забило припадками, начались метаморфозы. От камня пошли прожилки, всё вокруг осветилось, и около меня их не меньше пятисот, каждый дерётся друг с другом, поедают друг друга. Метаморфозы закончились, тело стало походить на человека, с бледной кожей, зелёными одеждами что отдавались бирюзовым. Я посмотрел в его пустые глаза, и понял. Передо мной кукла. Может сработает если приказать? Ну-ка:

— Убей всех падших, — приказал я, выискивая Шона.

— …

— Опять мне дерьмо подсунули… Свернись клубочком, и спрячься в темноте, — никакой реакции.

— АБРАЗИНА! НА ПОЛ ЖИВО! — слышал я вдалеке голос Шона, и послушно подчинился.

Огромную толпу падших разбрасывало в разные стороны, их словно урожай, словно жатва. Рубил косой всадник на чёрном коне. Он поскакал, и пролетел прямо надомной. Ускакал вглубь темноты. Так. Значит битва продолжается? Я уже начинаю выдыхаться, да что там. Я скоро упаду от потери крови, или от болевого шока умру нахрен.

***

После ещё десятерых я рухнул на пол. И уснул. Мне ничего не снилось, внутреннего мира больше нет… Если бы не чёртовы членороги, то я бы не плутал в этом, мать его, лесу. Да! Карта вся запачкалась в крови, и нет. Это был просто красный лист, бесполезная бумага. Теперь ещё и кукла появилась. Интересно, что с ним… А всадник, кто он? И как мне воскресить удачу? Благо есть камни с душой и жизнью. Это кто такой умный что бы облизывать мне уши!? Ева… Какого хрена тебе от меня нужно? Неужели не нашлось других?

"Хахахах. Только ты такой глупыш, Тони. Вот и выбрала тебя. Хахахахах. Давно меня не звали этим именем… Ещё встретимся… Антонио".

***

Проснулся я уже, как ни странно, не в чреве Змея. А на траве, слышу разговоры, но мне плевать. Голова так болит… Твою мать. Они что там жарят? Протираю глаза, оглядываюсь. И вижу, мать её, вот какую картину…

Рядом горит костёр, на котором жарится какое-то мясо. Сидит Шон, и он… То есть я. Моя тёмная сторона.

— Молодец, Тони. Уже не тряпка как раньше, я насчитал ты убил двадцать пять падших. Шон осилил семнадцать, зато он цел. А ты весь порван. Ещё и эту хренотень сделал… В общем-то говоря, рад тебя видеть, говнюк, — бросился он на меня, и как следует обнял. Кажется, позвоночник хрустнул, а ещё мне было очень больно, ведь раны не зажили, что я и выразил своим шипением, на что тот ответил: — Знаю-знаю. Больно, но эти объятия ты запомнишь на долго.

После чего я почувствовал, как меня обхватило много рук, со всех сторон. Посмотрел на эти руки… И ужаснулся! Все они исходят от Онита, и все чёрные.

— Ну и мать его… Будь эти руки женскими… — подумал я о… О.

— Они и могут… — ответил мне он, медленно отстраняясь. — Норма выполнена.

— Но я же… Ты говорил про пятьдесят, а у меня половина, — пока есть шанс я должен извинится за всё.

— Задай я планку в сотню, и ты бы убил пятьдесят. Понял фокус? Я на тебя не в обиде. Сейчас восстановите силы и поедем к Шо'Ому. Договариваться.