Чтение онлайн

Корчась от боли, причиняемой светом, Чернов Николай, попытался произнести хоть слово, но лишился чувств еще до того, как в него вновь полетели проклятия.

***

Его тело вновь трясло в жутком ознобе. Он посмотрел на свои руки с почерневшими пальцами и не поверил своим глазам. Ногти расслоились так сильно, что несколько сошли вовсе. Суставы скрючило, превращая конечности в подобие птичьих лап. Скрипя зубами от ноющей боли, расходящейся по всему телу, он поднялся на колени, оглядываясь по сторонам. Плохо освещенное помещение с одним-единственным крохотным окошком, было полностью выстроено из каменных глыб. Потолком служил щит из деревянных досок, а по земляному полу была разбросана солома. Складывалось ощущение, что Чернова бросили в некое подобие темницы, где даже деревянная дверь, обшитая железом, выглядела неприступной.

Он попытался подняться на ноги, но металл, врезавшийся ему в лодыжку, удержал от возможности встать. Чернов задрал штанину, обнаружив, что прикован цепью к металлическому кольцу, вделанному в стену.

– Это тюрьма?! – прошептал он, опустившись на соломенную подстилку и прижимая к груди искалеченные руки. Его пальцы, которые еще не так давно могли держать скальпель, умело орудуя в теле человека, теперь выглядели как обожженные ветки дерева. Они совершенно не слушались, трясясь, словно листья от порывов ветра.

– Эй! Кто-нибудь! – крикнул он, глядя в сторону двери. Страха уже не было, он остался в поместье Звягинцевых, откуда Чернову удалось вырваться, пожертвовав собственным здоровьем. Здесь, в этой темноте среди затхлого воздуха, жило только отчаянье и чувство безысходности. Прислонившись к стене, он закрыл глаза, ощущая, как голод пробуждается в теле. Это было не то привычное ощущение, которое можно подавить, съев хоть что-нибудь. Нет, это был другой голод, похожий на жажду. Нестерпимое чувство ощутить вкус свежей плоти, желание вкусить то запретное из чего состоит человек и навсегда раствориться в блаженстве удовлетворенности.

За дверью послышались шаги. Николай встал на колени, ожидая того, кто спас его от лютой смерти, но в то же время, пленивший цепями. Дверь открылась, и вошел высокий мужчина с чисто выбритой головой. Его монашеские одежды висели на нем клочьями, они были местами зашиты грубыми нитками. Именно этого человека Чернов видел перед собой в момент своего пробуждения, когда толпа жаждала линчевать его, приняв за чудовище.

Монах закрыл за собой дверь, поставил свечу в центре комнаты, зажег фитиль. Огонек свечи осветил его лицо, и Николай увидел приятные славянские черты, мужественный подбородок, правильной формы нос и очень сосредоточенные, темные глаза, смотревшие на пленника в молчаливом ожидании.

– Кто вы? – прохрипел Чернов на что монах, слегка улыбнувшись, ответил:

– Я рад, что ты можешь говорить. Когда я нашел тебя, мне казалось, что ничего человеческого в тебе уже не осталось. Ведь не каждому зверю суждено выжить на таком холоде. Похоже, демоны ада хранят тебя как свое лучшее создание.

– О чем вы? – Чернов в отчаянье протянул вперед свои изувеченные руки, словно показывая этим, насколько сильно он стал жертвой обстоятельств. – Я врач. Хирург. Я хотел спасти ее. Софию. Николай уронил голову на грудь, опустив руки.

Монах подошел к ближе. Опустившись на корточки, он обхватил голову Николая обеими руками, заставляя запрокинуть ее, затем большими пальцами задрал мужчине верхнюю губу, обнажив ровные ряды белых зубов, среди которых сильно выделялась пара клыков.

– Ты зверь, – сказал он совершенно спокойно, – Но еще не вкусивший чужой плоти.

Отпустив голову, он вернулся к свече и придвинул ногой пустую миску, стоявшую возле стены. Достав из складок мантии сверток, монах, развернув тряпицу, положив в миску кусок еще теплой свежей плоти.

– Я это понял сразу же, как только принес тебя сюда. У зверя регенерация происходит за считаные дни, у тебя же кожа хотя и заживает, но медленно, как у обычного человека. К тому же, ты не выл по ночам.

– Я не выл? – переспросил Чернов, глядя на то, что лежало в миске и источало манящий аромат свежей крови.

– Голод мучает тебя, но не столь сильно. К тому же ты не призываешь о помощи своих братьев. Значит, ты одиночка, который совсем недавно стал зверем. Но вот только как? Я не нашел на твоем теле укусов. Лишь только маленькие точки на венах рук непохожие на следы клыков.

– Это аппарат для переливания крови, – прошептал Николай.

– Это что еще за диковина такая? Для чего она? Ты – алхимик?

– Нет, – Чернов отрицательно покачал головой, – я говорил, что я – врач. Я спасал человека, для этого нужна была кровь. Я отдал свою.

– Все это колдовство, которое привело тебя к тому, что ты теперь из себя представляешь!

Он ногой придвинул миску ближе к Чернову, словно дразня его содержимым.

– Твоя звериная сущность скоро пробудится, это всего лишь вопрос времени. Вкусив кровь, ты станешь одним из них, и только тогда у меня будет полное право проткнуть твое сердце. Ешь, не мучай себя, ведь рано или поздно ты не сможешь бороться с самим собой.

Монах поднял свечу с пола, направляясь к двери, но Чернов, прохрипев, спросил:

– Как тебя зовут?

Тот обернулся, освещая свое лицо свечой и, перед тем как покинуть темницу, ответил:

– Здесь меня зовут проповедник Эракул. Но не думаю, что мое имя тебе придется запомнить. Твоя смерть – это вопрос времени.

Он закрыл за собой дверь, оставив Чернова Николая в одиночестве. Он смотрел на миску. Кусок мяса со свернувшимися сгустками крови на поверхности, манил к себе. Стиснув зубы он закрыл глаза, продолжая вдыхать сводящий с ума аромат.

Легенды гласили, что вампиры – это ночные жители, короли ночи, охотники на заблудших путников. Кровожадные монстры без жалости и упрека стремящиеся утолить собственный голод. Будучи врачом в третьем поколении и большим специалистом в своем деле, получившим лучшее в России образование, Чернов полностью отрицал всевозможную нечисть, в которую верили обычные крестьяне. Рассказы о существах, проявление природной способности которых полностью отрицала современная медицина, казались не более чем сказками. Ведь никто не владел доказательствами существования обитающих в ночи тварей. Мало того, в высших кругах даже говорить о подобном было оскорбительно, поскольку сказки должны рассказываться лишь детям перед сном, а отцы медицины не могут тратить время на народные заблуждения.

Николай помнил, как когда-то в институте они изучали повадки летучей мыши, питающейся кровью домашних животных. Ее привезли из Южной Америки и преподаватель, профессор биологических наук с гордостью заявил, что перед ними представлен образец Diaemus youngi – белокрылый вампир. Существо сидело в клетке, озираясь черными глазками, раскрывая маленькую, клыкастую пасть.

В дальнейшем Чернов позабыл о странном существе, решив, что в будущей практике ему вряд ли понадобится знание анатомии летучей мыши, которой не суждено прижиться в местных климатических условиях.