Чтение онлайн

У неё было неприятное ощущение того, что она знала, что именно ей следовало сделать. Эта перспектива делала её ворчливой. Она прибыла в Наморн для того, чтобы учиться, а не учить.

–  Скажи мне, где я могу её найти.

Джори снова пожала плечами:

–  Когда я оделась, её уже не было.

Даджа скрестила руки на груди:

–  Ты знаешь, где она.

Джори замотала головой.

–  Тебе меня не одурачить, - сказала ей Даджа. - Вчера Ниа знала, где ты была.

–  Только она так может, - весело сказала Джори. - Я — нет.

Даджа вздохнула. Ей подумалось, что смыкать ряды против чужих людей для близняшек полезно.

–  Больше никогда не лги мне, - посоветовала она. - Мне лгал мастер своего дела. По сравнению с Браяром твоя ложь очевидна как корова в грязной луже.

Джори упрямо насупилась.

Было ещё слишком рано для того, чтобы тягаться силой воли.

–  Ну, ладно, - сказала Даджа.

Она подошла к камину, который ещё не почистили, взяла уголёк, затем поманила Джори к одной из стен.

–  Встань лицом к стене и поставь посохом верхний блок, - приказала она.

Джори повиновалась. Даджа поправила хватку девочки, угол наклона её посоха и позу. Когда всё было так, как Дадже требовалось, она отметила с помощью уголька положение верхнего и нижнего концов посоха — на стене, и расположение стоп Джори — на полу. Подвинув девочку на сажень вбок, она отметила на полу и стене правильное положение для среднего блока, затем сделала то же самое для нижнего блока.

–  Домоправительницу удар хватит, когда она это увидит, - заинтересованно сказала Джори, почти перестав дуться.

–  Отправишь её ко мне. У тебя руки в правильном положении?

Даджа проверила, как Джори держит посох.

–  Держи его вот так.

Она выдернула жар из пылающего кухонного очага двумя этажами ниже, пропустила его через своё тело в свою ладонь. Затем она ущипнула посох большим и указательным пальцами, выжигая на древесине метки, где Джори должна была располагать свои пальцы. Девочка взвизгнула, почувствовав жар, и увидев, как чернеет обожжённая древесина, но посоха не выпустила.

Даджа вернула заёмное тепло обратно в кухню, но оставила при себе достаточное его количество, чтобы получить ответ на свой вопрос. Её ладонь всё ещё была достаточно горячей, чтобы прожигать ткань, но не дерево. Она приложила ладонь к кисти Джори. Девочка улыбнулась:

–  Тепло! - воскликнула она. - А другую?

Даджа обхватила ладонью холодные пальцы Джори и призвала столько жара, сколько хватило бы на то, чтобы вскипятить воду. Джори широко улыбнулась.

–  Ну, рукавицы тебе на кухне никогда не понадобятся, - заметила Даджа.
–  Ты когда-нибудь бралась за горячий котелок голыми руками?

–  Ты шутишь? - спросила девочка. - Никто мне не позволяет делать ничего, что может оставить шрамы на руках. Бабушка сердится даже когда видит, как я мою овощи — говорит, что мои руки потрескаются, и никто не поверит, что я из хорошей семьи.

Даджа улыбнулась:

–  Ну, моя ладонь была обжигающе горячей, а ты лишь заметила, что она тёплая. Ты можешь не бояться брать горячие кастрюли голыми руками. Но не могу сказать, что будет с твоей кожей, когда ты что-то моешь. Так, я хочу, чтобы ты упражнялась ставить десять высоких блоков своим посохом, чтобы ладони и стопы были на отметинах. Потом десять средних блоков, потом — десять нижних. Когда закончишь, если я ещё не вернусь, начнёшь заново и будешь продолжать упражнения. Я пойду искать Ниа.

Она направилась к двери.

–  Но я думала, что ты будешь учить меня драться этой штукой! - воскликнула Джори. - Я не хочу сидеть в круге и думать ни о чём, и пытаться не чесать, когда чешется. Ненавижу это!

–  Упражняйся ставить блоки, - твёрдо сказала Даджа. - Снова и снова, чтобы всё соответствовало отметкам.

–  Как я вообще чему-то могу так научиться? - начала жаловаться Джори.

–  Повторяя снова и снова простейшие движения, ты обучаешь им своё тело. Это — первый шаг. Начинай. Поговорим о медитации после того, как к нам присоединится Ниа.

Джори встала в позу верхнего блока:

–  Ты её не найдёшь.

–  А взрослые ещё говорят, что нынешняя молодёжь ничего не знает, - парировала Даджа, качая головой. - Если бы только эти взрослые знали о том, что ты, Джоралити Банканор, знаешь всё, это вернуло бы им надежду на будущее.

Даджа подумала, что может дойти до этого, и потому носила в кошельке на поясе своё новое провидческое зеркало. Она вынула его и очистила свой разум от всего, даже от звуков, издаваемых упражняющейся в блоках Джори. Даджа вспомнила, как она ощущала Ниа, затем выдохнула в зеркало. Её дыхание сконденсировалось на металле, затем медленно испарилось. Когда поверхность снова прояснилась, Даджа увидела Ниа в комнате с деревяшками, где она прежде отыскала им посохи.

Убрав зеркало обратно в кошелёк, Даджа потрусила вниз по лестнице.

Она обнаружила зевающую Ниа за изучением горстки деревянных пуговиц. Они выпали из пальцев девочки, когда Даджа вошла в комнату.

–  Я не буду! - закричала Ниа.

Она упала на колени, пытаясь собрать раскатившиеся деревянные кругляши.

–  Это не медитация! Никто никогда не говорит о том, что во время медитации дерутся!

–  Значит они не знакомы с Посвящённым Скайфайром, - сказала Даджа, подбирая подкатившуюся к её ноге пуговицу. - Ты не можешь решить, что тебе не нравится, после первой же попытки.

–  Ещё как могу, - сказала Ниа, упрямо выпятив подбородок и зыркнув на Даджу снизу вверх. - Мне всё это не нравилось ещё до того, как мы закончили тот урок. Я — не Джори! Она всегда увлекается, и начинает бить сильнее, а потом она всегда сожалеет об этом, но от этого пальцы не перестают болеть, и мне нравился другой способ, когда мы сидели и считали… почему ты так на меня смотришь?

–  Хочу увидеть, как далеко ты сможешь растянуть это предложение, - созналась Даджа. - Честно говоря, я думаю, что ты говорила бы вплоть до завтрака.

Какое-то время Ниа просто смотрела на Даджу, явно сбитая с толку. Наконец она сказал:

–  Ты ведь действительно не такая, как все, так ведь?

Даджа улыбнулась:

–  Такая, но я не думаю, что тебе понравилось бы общаться с теми, на кого я похожа.

Она снова посерьезнела. Она знала, к чему всё идёт, и её сердце бунтовало. Она хотела для себя больше времени, а не меньше — чтобы работать над перчатками Бэна, и может быть даже над костюмом, в котором он мог бы ходить через огонь. «И вообще, я не хотела быть наставницей», - сказала она себе.