Чтение онлайн

– Ты, Раца-Бард, говорил и при этом бил себя в грудь: «из этой груди пошел весь заговор!»

Бард сказал:

– Я был помешан, господин мой, когда говорил такое.

Им ничего не оставалось кроме как предоставить Эрлингу решение по всему этому делу. И тот взял уйму денег с многих людей и объявил, что за убитых не будет выплачена вира. После этого он вернулся на юг в Бьёргюн.

Вальдамар конунг собрал в ту весну большую рать в Дании и направился с ней на север в Вик. Как только он вторгся во владения конунга Норвегии, бонды собрали большое войско. Конунг держал себя мирно и спокойно, но всюду, где они подплывали к материку, люди, даже если их было всего один или два, стреляли в них из луков, и датчане поняли, что их тут сильно не любят. Когда датчане приплыли в Тунсберг, Вальдамар конунг созвал там тинг в Хаугаре, но никто из окружающей местности не явился. Тогда Вальдамар конунг выступил и сказал:

– Из того, как ведет себя этот народ, ясно, что они все против нас. У нас есть только две возможности: одна из них – пройти с огнем и мечом по стране, не щадя ни добра, ни людей; другая – вернуться на юг не солоно хлебавши. Но мне всего больше по душе отправиться на восток в языческие страны, которых вдоволь, и не убивать здесь крещеный люд, хотя они вполне заслужили это.

Все остальные хотели пройти по стране с огнем и мечом, но конунг настоял на том, чтобы вернуться на юг. Все же они пограбили на дальних островах и когда конунга не было вблизи. Затем они вернулись в Данию.

Эрлинг Кривой услышал, что войско датчан нагрянуло в Вик. Он созвал по всей стране ополчение, и собралась огромная рать, и он направился с ней на восток вдоль берега. Когда он доплыл до Лидандиснеса, он услышал, что войско датчан вернулось в Данию, пограбив там и сям в Вике. Тогда Эрлинг отпустил домой все ополчение, а сам поплыл с несколькими лендрманнами на очень многих кораблях в погоню за датчанами в Йотланд. Когда они приплыли к реке, которая называется Дюрса, они увидели датчан, вернувшихся из похода. У них было много кораблей. Эрлинг напал на них и сразился с ними. Датчане вскоре обратились в бегство и потеряли много народу, а Эрлинг и его люди пограбили корабли, а также торговый город и захватили там огромную добычу. Затем они вернулись в Норвегию. Некоторое время между Норвегией и Данией было немирье.

Кристин, конунгова дочь, отправилась осенью на юг в Данию. Она поехала в гости к Вальдамару кенунгу, своему родичу. Они были детьми сестер. Конунг ее очень радушно принял и пожаловал ей доходы, так что она могла хорошо содержать своих людей. Она часто беседовала с конунгом, и он был очень дружествен к ней. И вот весной Кристин послала людей к Эрлингу и пригласила его приехать к конунгу датчан и помириться с ним. Следующим летом Эрлинг был в Вике. Он снарядил боевой кврабль, взял на него своих лучших людей и отправился в Йотланд. Он услышал, что Вальдамар конунг в Рандаросе. Эрлинг отправился туда и приплыл в город в то время, когда большинство людей сидело за столом. Когда они бросили якорь и разбили шатер на корабле, Эрлинг сам двенадцатый сошел на берег. Они были все в кольчугах, на шлемах у них были колпаки, а мечи спрятаны под плащами. Так они вошли в палату конунга. В это время как раз вносили еду, и двери были открыты. Эрлинг подошел со своими людьми к престолу. Эрлинг сказал:

– Мы хотим мира, конунг, и надеемся, что ты отпустишь нас с миром.

Конунг взглянул на него и сказал:

– Ты здесь, Эрлинг?

Тот ответил:

– Да, Эрлинг здесь, но говори скорей, отпустишь ли ты нас с миром.

В палате было восемьдесят людей конунга, но все они были безоружны. Конунг сказал:

– Я отпущу вас с миром, Эрлинг, как ты просишь. Я никогда не поступаю низко с теми, кто приходит ко мне.

Тут Эрлинг поцеловал руку у конунга, а затем вышел и отправился на свой корабль. Он оставался там некоторое время в гостях у конунга. Они беседовали о примирении между ними и между их странами, и они договорились, что Эрлинг останется заложником у конунга датчан, а Асбьёрн Петля, брат Абсалона архиепископа, поедет заложником в Норвегию.

Однажды Вальдамар конунг и Эрлинг беседовали друг с другом. Эрлинг сказал:

– Государь, наверно, всего больше способствовало бы миру, если бы Вы получили ту часть Норвегии, которая Вам была обещана в нашем договоре. Но если бы Вы ее получили, кого бы вы назначили ее правителем? Какого-нибудь датчанина.? Нет, – продолжал он, – никакой датский вельможа не захотел бы ехать в Норвегию и там иметь дело с упрямым и непокорным народом, когда им и здесь у Вас достаточно хорошо. Я приехал сюда потому, что не хотел бы ни за что потерять Вашу дружбу. Сюда в Данию уже раньше приезжали люди из Норвегии, Хакон сын Ивара и Финн сын Арни, и Свейн конунг, Ваш родич, обоих сделал своими ярлами. У меня не меньше власти в Норвегии, чем было тогда у них, а конунг отдал под их власть Халланд, землю, которой он владел раньше. Я полагаю, что Вы вполне могли бы отдать мне Вашу землю в Норвегии, если я стану Вашим ленником, при условии, что я получу от Вас эту землю. Также и Магнус конунг, мой сын, ничего не будет иметь против этого, а я буду служить Вам так, как подобает ярлу.

Такие и подобные им слова говорил Эрлинг, и кончилось тем, что Эрлинг сделался ленником Вальдамара конунга, а конунг возвел Эрлинга на престол ярла и дал ему Вик в леи. И вот Эрлинг вернулся в Норвегию и с тех пор был ярлом, пока жил, и всегда оставался в мире с конунгом датчан.

У Эрлинга было четверо сыновей от его наложниц. Одного звали Хрейдар, другого – Эгмунд. У них была одна мать. Третьего звали финн, а четвертого – Сигурд. Их матерью была Аса Светлая. Они были младшие. У Кристин, конунговой дочери, и Эрлинга была дочь, которую звали Рагнхильд. Она была замужем за Йоном сыном Торберга из Рандаберга. Кристин уехала из страны с человеком, которого звали Грим Русли. Они поехали в Миклагард и жили там некоторое время, и у них было несколько детей.

Олав, сын Гудбранда сына Скавхёгга и Марии, дочери конунга Эйстейна сына Магнуса, воспитывался у Сигурда Колпака в Упплёнде. Когда Эрлинг был в Дании, Олав и его воспитатель Сигурд собрали войско, и к ним примкнули многие жители Упилёнда. Олав был провозглашен конунгом. Они прошли со своим войском по Упплёнду, бывали иногда в Вике, а иногда на востоке в пограничных лесах. Кораблей у них не было.

Когда Эрлинг услышал об этом войске, он отправился со своими людьми в Вик. Он оставался летом на кораблях, а осенью был в Осло и там же праздновал йоль. Он выслал разведчиков вглубь страны и сам углублялся в страну в поисках войска Олава. С ним был Орм Конунгов Брат. Когда они подошли к озеру, которое называется (…) [567] они захватили все корабли, которые были на озере.

Священник, который служил в Рюдъёкуле – это на берегу озера, – пригласил ярла на пир на сретенье. Ярл принял приглашение. Он решил, что хорошо послушать там службу. Они поплыли туда через озеро вечером накануне праздника. Но у священника был злой умысел. Он послал людей к Олаву, чтобы сообщить тому о приезде Эрлинга. А вечером он напоил Эрлинга и его людей крепким напитком. Им были приготовлены постели там, где они пировали. Проспав немного, ярл проснулся и спросил, не пора ли начинать раннюю мессу. Но священник сказал, что еще только начало ночи, они могут спокойно спать. Ярл ответил:

– У меня сегодня много снов, мне не спится.

Затем он снова заснул. Еще раз он проснулся и велел священнику встать и начинать службу. Но священник сказал, что еще только полночь и можно спать. Ярл лег, но, проспав немного, вскочил и велел своим людям вставать и одеваться. Они так и сделали и взяли свое оружие. Затем они пошли в церковь и оставили свое оружие снаружи, а священник начал раннюю мессу.

Олаву донесли вечером, и они прошли за ночь шесть миль пути, и его людям показалось, что это ужасно много. Они пришли в Рюдъёкуль во время ранней мессы. Еще была темная ночь. Олав и его люди бросились к дому, издав боевой клич. Они убили в нем несколько человек, которые не пошли в церковь.

Когда Эрлинг и его люди услышали боевой клич, они кинулись к своему оружию и затем направились к кораблям. Олав и его люди сошлись с ними у какого-то забора, и завязалась битва. Эрлинг и его люди пробирались к озеру вдоль забора, и он их защищал. Их было много меньше, и многие из них были убиты или ранены. Больше всего помогло им то, что люди Олава не могли их разглядеть, такая была темь. Люди Эрлинга упорно пробивались к кораблям. Тут погиб Ари сын Торгейра, отец Гудмунда епископа, и многие другие дружинники Эрлинга. Эрлинг был ранен в левый бок, и некоторые рассказывают, что он поранился, вынимая свой меч. Орм был тяжело ранен. Еле-еле они добрались до кораблей и сразу же отчалили.