Чтение онлайн

Все говорили, что Олаву очень не повезло, так как Эрлинг и его люди погибли бы, если бы Олав действовал умнее. Люди стали звать его с тех пор Олавом Несчастье, а некоторые называли его людей колпаками.

Войско Олава, как и раньше, ходило по стране, а Эрлинг ярл вернулся в Вик к своим кораблям и оставался там до конца лета. Олав со своими людьми держался в Упплёнде, а иногда на востоке в пограничных лесах. Его войско не расходилось и вторую зиму.

Следующей весной Олав со своими людьми отправился в Вик и взял там конунговы подати. Они долго оставались там летом. Эрлинг услышал об этом и двинулся со своим войском на восток навстречу им. Они сошлись на восточном берегу фьорда в месте, которое называется Стангир. Завязалась жаркая битва, и Эрлинг одержал победу. Сигурд Колпак и многие из людей Олава были убиты, а Олав спасся бегством. Он направился на юг в Данию и следующую зиму был в Алаборге в Йотланде. А следующей весной он заболел и умер. Он погребен в Церкви Марии. Датчане считают его святым.

Николас Улитка, сын Паля сына Скофти, был лендрманном Магнуса конунга. Он захватил Харальда, о котором говорили, что он сын конунга Сигурда сына Харальда и Кристин конунговой дочери и единоутробный брат Магнуса конунга. Николас отвез Харальда в Бьёргюн и передал его Эрлингу ярлу. Когда враги попадали в руки Эрлинга, то у него было в обычае не говорить ничего или говорить мало и сдержанно, если он решил, что их надо убить, и осыпать их руганью, если он хотел, чтобы они остались в живых. Эрлинг говорил мало с, Харальдом, и люди поняли, что он замыслил. Они попросили Магнуса конунга, чтобы тот заступился за Харальда. Конунг так и сделал. Тогда ярл сказал:

– Так тебе советуют твои друзья. Но ты будешь недолго править державой в покое, если будешь добросердечным.

Затем Эрлинг велел отвезти Харальда на Норднес, и там ему отрубили голову.

Эйстейном звался человек, который говорил, что он сын конунга Эйстейна сына Харальда. Он был тогда еще совсем молодым, когда, как рассказывают, он приехал одним летом на восток в Швецию и явился к Биргиру Улыбка. Тот был тогда женат на Бригиде, дочери Харальда Гилли, сестре отца Эйстейна. Эйстейн рассказал им о своих намерениях и попросил их помочь ему. Ярл и его жена приняли его хорошо и обещали свою поддержку. Он оставался там некоторое время, Биргир ярл дал Эйстейну несколько людей и денег на дорогу и хорошо его снарядил. Он и его жена обещали ему свою дружбу.

Эйстейн отправился на север в Норвегию и приехал в Вик. К нему сразу же стал стекаться народ, и войско его росло. Они провозгласили Эйстейна конунгом и оставались зиму в Вике. Но так как у них не было денег, они занялись грабежом. Лендрманны и бонды собрались и выступили против них и обратили их в бегство. Они бежали в леса и долго оставались в лесной глуши. Одежда у них износилась, так что они завертывали ноги в бересту. Поэтому бонды стали называть их берестениками.

Они часто вовершали набеги на селения, появлялись то здесь, то там, и сразу нападали, когда им противостояло мало народу. Они дали несколько битв бондам, и то одни, то другие одерживали верх. В трех битвах берестеники сражались, построившись в боевые порядки, и во всех них они одержали победу. А в Крокаскоге они чуть не потерпели поражение. Там на них напало войско бондов, очень многочисленное. Берестеники устроили завал из деревьев и затем ускользнули в леса. Берестеники были два года в Вике и за это время ни разу не уходили на север страны.

Магнус конунг пробыл тринадцать лет конунгом, когда появились берестеники. На третье лето они раздобыли корабли. Они стали плавать вдоль берегов, добывая добро и вербуя людей. Сначала они оставались в Вике, но к концу лета они отправились на север страны и плыли так быстро, что об их приближении ничего не было известно до тех пор, пока они не приплыли в Трандхейм.

В войске берестеников большинство было из пограничных лесов и с Гаут-Эльва, но многие из них были из Теламёрка. Они были тогда хорошо вооружены. Эйстейн, их конунг, был человек статный, с узким, но красивым лицом, не очень большого роста. Многие называли его Эйстейн Девчушка. Магнус конунг и Эрлинг ярл были в Бьёргюне, когда берестеники плыли на север мимо них, но они не знали, что те плывут мимо.

Эрлинг был человеком могущественным и умным, очень воинственным, если шла война, умелым и властным правителем. Его считали крутым и суровым и в основном потому, что он мало кому из своих врагов разрешал остаться в стране, как они ни просили об этом, сдаваясь на его милость, и поэтому многие сразу же примыкали к тем, кто восставал против него. Эрлинг был высок и крепко сложен, у него была несколько короткая шея, длинное лицо, острые черты лица, светлые сильно поседевшие волосы. Голову он держал немного вкривь. Он был обходителен и степенен. Одевался он по-старинному: носил длинную безрукавку, куртку и рубашку с длинными рукавами, вадьский плащ и очень высокие сапоги. Он так же заставлял одеваться и конунга, пока тот был молод. Но когда конунг стал самостоятелен, он одевался очень нарядно. Магнус конунг был легкомыслен и склонен к шутке. Он любил повеселиться и был большим женолюбом.

Матерью Николаса, сына Сигурда сына Храни, была Скьяльдвёр, дочь Брюньольва Верблюда, сестра Халльдора сына Брюньольва и единоутробная сестра конунга Магнуса Голоногого.

Николас был могущественный муж. На острове Энгуль в Халогаланде у него было поместье, которое называется Стейг. У Николаса была также усадьба в Нидаросе выше Церкви Йона, где были владения Торгейра капеллана. Николас часто бывал в Каупанге, и горожане его слушались. Скьяльдвёр, дочь Николаса, была замужем за Эйриком сыном Арни. Тот тоже был лендрманном.

Случилось, что когда во время праздника рождества богородицы [568] люди возвращались с ранней мессы в городе, Эйрик подошел к Николасу и сказал:

– Тесть, какие-то рыбаки, которые вернулись с моря, рассказывают, что боевые корабли плывут с моря по фьорду, и люди предполагают, что это берестеники. Вели трубить сбор, тесть, чтобы горожане собрались во всеоружии на Эйраре.

Николас ответил:

– Болтовня рыбаков мне не указ, зять. Я пошлю разведчиков во фьорд, и созовем сегодня тинг.

Эйрик отправился домой, и когда зазвонили к высокой мессе, Николас пошел в церковь. Эйрик подошел к нему и говорит:

– Я думаю, тесть, что слух справедлив. Здесь сейчас люди, которые говорят, что видели паруса. Я полагаю, что надо выезжать из города и собирать войско.

Николас говорит:

– Больно ты настойчив, зять. Вот послушаем мессу, а потом примем решение.

И Николас вошел в церковь. А когда месса кончилась, Эйрик подошел к Николасу и сказал:

– Тесть, мои лошади оседланы. Я выезжаю.

Николас ответил:

– Счастливого пути! Вот соберем тинг на Эйраре и увидим, сколько у нас войска.

И Эйрик ускакал, а Николас пошел в свою усадьбу и сел за стол.

В то самее время, когда еда была поставлена на стол, вошел человек и сказал Николасу, что берестеники уже плывут по реке. Тогда Николас крикнул своим людям, чтобы они вооружились, а когда они вооружились, он велел им выйти на галерею, что было очень неразумно, так как если бы они стали защищать усадьбу, то горожане пришли бы им на помощь. Между тем берестеники уже заполнили всю усадьбу и ходили вокруг галереи.